Чтение онлайн

– Сначала лови катушку…

– Поймала!

– Теперь - меня. Поехали!..

– Ты как Гагарин перед прыжком в космос, - сказала Юлёна, не без нового ушиба отловив подругу.
–  Мы с тобой и впрямь поумнели: оставили след за собой, как в лабиринте искатели сокровищ…

– Здесь прохладно, - сказала Маша, поёживаясь.
–  Ой, трусы порвала…

– Заштопаем. Мы на космическом корабле как пещерные люди - должны всё уметь делать своими руками. Назовём этот сектор «подвалом номер один», чтобы ориентироваться. Подлиза, даю задание: ищи всё живое, человеческую еду и питьё. Ищи, верный пёс!

По очень слабо освещённому коридору двинулись по стеночке на ощупь.

– Ну и темница, - прошептала Маша.
–  Я ни Подлизы, ни собственных ног не вижу. Может, спичку зажечь?

– А вдруг газ взорвётся? Чуешь, пахнет чем-то. Глаза привыкнут: иди пока так…

– Ой, что это?! Юля!

Маша отпрянула и опустилась на корточки, прижавшись спиной к прохладной стенке. Юлёна инстинктивно присела рядом. Девушки вглядывались в темноту. Там вырисовывались три неподвижные двухметрового роста зелёного цвета фигуры, стоящие в ряд.

– Похожи на тех МЧСовцев с поляны в Заветном лесу, - зашептала Юлёна.

– Значит, зортеки, - тоже шёпотом ответила Маша. Она содрогнулась, сжалась в комок и на мгновение покрылась гусиной кожей.

– Не шевелятся…

– Может, мёртвые?

– Думай, подруга! Под стеклянными колпаками, подсвечены изнутри, шланги, проводки, и без оружия…

– Тогда запасной экипаж корабля.

– Точно! В состоянии анабиоза. А наши меронийцы и не знали.

– Корабль новой модели. Мы с тобой быстрее их всё разузнаем.

– Подлиза!
–  тихо позвала Юлёна.

Робот не отозвался.

– Ну, разведка, вперёд!
–  подтолкнула Юлёна Машу.
–  Врага нужно знать в лицо!

– Врага нужно уничтожать… - медитируя саму себя, Маша, как сомнамбула, медленно поднялась и качнулась в сторону неподвижных фигур.
–  Главное, не трусить… Пусть враг боится тебя… Наш Ванька уже бил зортеков, и мы сейчас… поглядим!

– Да они в отключке, как Нибара. В космических полётах без анабиоза делать нечего. Идём!

Девушки приблизились к фигурам. В прозрачных цилиндрах во весь рост стояли похожие друг на друга, но всё же немного отличающиеся, одетые в лёгкие скафандры зортеки. Морфологически они походили на людей: четыре конечности; череп округлый, только расширен и поднят в затылочной части, что придавало голове несколько рахитический вид; вместо ушей, носа и рта дырки; рот плотно сжат сухими кольцеобразными кожными складками, нос и уши закрыты полупрозрачными мембранами; глаза большие и, скорее всего, круглые, закрыты влажными складками…

– Церола говорила: у них нет зубов, - прошептала Юлёна в самое ухо Маше.
–  Они, наверное, едят пасты и пьют растворы.

– А чего ты шепчешь, если они в анабиозе?
–  храбрясь, сказала Маша во весь голос.

– Действительно!
–  сразу воодушевилась Юлёна.
–  Они, считай, наши пленники. Мы их можем выбросить в открытый космос - пусть, красавчики, полетают! Те, с небоскрёба, увидят - не захотят больше лезть!

– Нет, лучше давай одного свяжем, как следует, и разбудим: пусть всё откроет и покажет, где у них здесь запасы.

– Чем свяжешь: ниткой с катушки? И как разбудить?

– М-да… И вдруг у них под скафандром оружие?

– Похоже, анабиоз вызывает этот вонючий газ.

– Значит, из цилиндра началась утечка, когда корабль тряхнуло.

– Тогда и мы сейчас впадём в состояние покоя.

– Не впадём пока что: концентрация слабая.

– Подлиза, ты где?

– Вон он лежит, у приборной панели.

Юлёна подошла к Подлизе и бережно, словно любимую собачку, подняла его на руки.

– Ах! Мой верный пёс, как же ты не вовремя отрубился!

Вдруг корабль сильно тряхнуло. Девушки подлетели. Юлёна ударилась головой и локтём о приборную панель - и сразу та расцветилась и замигала, в отсеке вспыхнул свет, и резко запахло удушливым газом.

– Пацаны там всё воюют!
–  сказала Юлёна, приходя опять в вертикальное состояние.
–  Катушка улетела куда-то…

– Давай выбираться отсюда! Скорей!

Девушки метнулись к люку, но он оказался наглухо закрытым.

– Похоже, наш подвал пришёл в рабочее состояние, - со страхом сказала Маша и зажала себе нос.

– Хуже, если вся система жизнеобеспечения отсека начала работать автономно.

– Чем хуже? Я и так уже дышать не могу…

– Система заработала не для нас… Зортеки дышат совсем другой газовой смесью… Сюда, в подвал номер один, теперь надувает не воздух Церолы, а…

– Что делать-то?!

– Попробуем отключить или открыть дверь. Ты засекла, о какое место панели я ударилась?

Девушки, кашляя и щуря слезящиеся глаза, подбежали к приборной панели и, почти теряя сознание, стали беспорядочно тыкать и давить на все значки и символы.

– Они зашевелились!
–  крикнула Юлёна, обернувшись к фигурам.
–  Скорей!

– Сделана не из мервуда!
–  выдавила кое-как Маша, тыча в панель.
–  Давай разобьём! Тогда, может, всё отключится…

– Прости, дружок!

Юлёна свела гибкие ноги робота, сплела их в одну рукоять, размахнулась и как кувалдой ударила по панели. Тут же погас свет, но приоткрылась одна из дверей, из которой в отсек коридора проник тусклый свет.

– Выходят!
–  в ужасе закричала Маша.

– Бежим!

Юлёна, на автомате, бросила Подлизу в ближнюю фигуру ожившего, но ещё заторможенного, зортека и подруги кинулись в приоткрытую дверь. Юлёна машинально захлопнула её за собой и заперла. Девушки оказались в очень тёмном коридоре, даже углов не было видно. Спустя несколько секунд в дверь стали ломиться, пытаясь открыть.

– Повезло нам!
–  прокашлявшись, сказала Юлёна.
–  Дверь прочная и механический запор есть. Они там в ловушке. Панель-то я - вдребезги! Бейтесь, лягушата, теперь головами…