Чтение онлайн

Майкл положил большую руку ей на голову, — Мэри чуть вздрогнула, и проникновенно сказал:

«Братья, мои, давайте помолимся за душу грешницы, и пусть Иисус дарует ей прощение.

Ибо Господь милосерден».

— Аминь, — пронеслось по площади.

— Я хочу помолиться сама, Майкл, — прошептала она, одними губами, глядя ему в глаза.

«Помолиться за свою душу, за душу Николаса. Пожалуйста».

— Хорошо, — он вздохнул и отступил.

Она, так и стоя на коленях, повернулась ко всем спиной, и вдруг, сквозь шум ветра, услышала доносящийся от реки собачий лай. Мэри быстрым, мгновенным движением сунула руку в ворот платья, и спрятала нож в рукаве. Она перекрестилась и встав, медленно пошла к виселице. «Собак тут нет, — подумала Мэри, забираясь на ящик. «Значит, индейцы. Как раз вовремя».

— Были бы они поумнее, — Мэри почувствовала петлю у себя на шее, — связали бы мне руки.

Роберта тоже — в тот раз казнил не палач, не нашли палача, а какой-то солдат испанский, доброволец. Вот и поплатился».

— Господи, дай ей приют в обители твоей, — Майкл сошел с помоста и стоял у края толпы, подняв вверх Евангелие. Он кивнул, и Мэри, почувствовав, как шатается под ней ящик, — быстро, незаметно вскинула руку и перерезала веревку.

Она спрыгнула с ящика, и, уперев пистолет в спину мужчине в черном капюшоне, сказала звонким, холодным голосом: «Сейчас я пройду к воротам, и он, — Мэри кивнула на мужчину, — мне их откроет. Иначе я вышибу мозги и ему, и первому, кто к нам приблизится. Ну! — она подтолкнула мужчину дулом пистолета.

— Что вы стоите! — высоким, внезапно испуганным голосом крикнул священник. «Пистолет не заряжен!»

— Хотите проверить? — поинтересовалась Мэри у мужчины, второй рукой доставая нож, щекоча его под ребрами.

— Нет, — еле слышно сказал тот, и Мэри узнала голос мистера Брамли, одного из членов совета поселения. «Миссис Мэри, я прошу вас, не надо, у меня жена и сын, его преподобие принес нам еды, только поэтому я согласился… — мужчина чуть не плакал, и Мэри спокойно сказала: «Откроете мне ворота — будете жить, нет — оставите сына сиротой. Решайте».

— Не надо, я все сделаю, все, — затрясся Брамли, и они, спустившись с эшафота, миновав застывших в изумлении людей, — пошли к воротам поселения.

Питер посмотрел на створки ворот и велел племяннику: «Посмотри, куда я выстрелю, и сам — целься туда же. Думаю, засов мы собьем, рано или поздно».

Мужчина вскинул пистолет и замер — ворота стали медленно открываться.

— Черт, — подумал Питер, — а ведь у них там мушкеты. Еще подумают, что индейцы на них нападают, начнут палить. Хорошо, что я велел всем остальным ждать нас в камышах.

Он, так и не опуская пистолета, шагнул вперед, и увидел маленькую женщину в коричневом платье грубой шерсти и чепце, тоже с оружием. Она улыбнулась, не видя его, и сказала мужчине в черном капюшоне палача: «Отлично, мистер Брамли. А сейчас вы закроете ворота. До свидания. Кланяйтесь миссис Сьюзен и маленькому».

— Мэри! — изумленно сказал Питер.

Женщина вскинула лазоревые глаза и, поджав губы, приказала: «А, впрочем, нет, мистер Брамли, не надо закрывать. Мы тут сами разберемся. А вы идите, идите, — она подтолкнула мужчину дулом пистолета в спину.

Тот со всех ног бросился обратно в поселение, и Мэри, поцеловав брата в щеку, деловито спросила: «Энни с вами? Порох есть у вас?»

— Энни с нами, — Питер все смотрел на нее, — и порох, да, там, в пироге, в камышах. Там Полли, и все остальные. Ради всего святого, Мэри, что за мерзость на тебе надета, в такой шерсти даже прислугу держать стыдно!

Сестра широко улыбнулась, и, нагнувшись, поцеловав Александра в лоб, сказала: «Его преподобие учит нас, что скромность — прямой путь к праведности, дорогой брат. Пойду, заряжу пистолет, а ты пока, — он кивнула в сторону ворот, — поговори с общиной, а то сейчас они сюда с мушкетами явятся».

— Оставайся тут и присмотри за всеми, — велел Питер племяннику, и, убрав пистолет, быстро скрылся за воротами.

— Так вот кто лаял! — рассмеялась Мэри, увидев большую, рыжую собаку, которая сидела, склонив голову, глядя на нее янтарными глазами.

— Это Цезарь, — Александр опустился рядом со псом, обняв его за шею. «Он просто в реке купался, он это любит».

— Мамочка! — Энни, в кожаной юбке и отороченной мехом безрукавке, выбралась из камышей и нырнула к ней в объятья.

— Мамочка, — сказала девочка, нежась в ее руках, — милая, как я по тебе скучала! А с нами все было хорошо, рысей мы не встретили, и медведей тоже, только оленей видели, и еще таких смешных зверьков, с полосатыми хвостами. Чарли и Маргарет велели передать своим родителям, что они остались у индейцев, и чтобы родители не волновались. А еще я видела своего кузена Дэниела, сына тети Тео, он дом для вождя строит, а капитан Смит и Покахонтас поженились и дядя Питер тоже! — девочка выдохнула и прижалась щекой к плечу матери.

— Питер женился? — удивилась Мэри, целуя сестру, что появилась вслед за Энни, в смуглую щеку.

— Так, — Полли махнула рукой, — для вида, иначе Вахунсонокак бы нас не отпустил.

Познакомься, — она подтолкнула вперед худенькую, невысокую девушку в индейской одежде, с рыжими, коротко стрижеными волосами, — донья Ракель да Сильва, из Мехико. Она, правда, только по-испански говорит.

— Роберт меня учил, — улыбнулась Мэри, — я помню кое-что, правда, медленно будет.

— Это ничего, — обрадовалась девушка, — ничего. Вы же сестра сеньора Питера, вас казнить хотели. А как вам сбежать удалось?

— Перерезала петлю и приставила пистолет к спине палача, — безмятежно ответила Мэри, возясь с оружием. «Он, правда, не заряжен был, ну да теперь, — она отряхнула руки от пороха, — заряжен. Добро пожаловать в Джеймстаун, донья Ракель».

— Глаза, какие красивые, — подумала Мэри, разглядывая девушку. «Испанка, ну и что, ничего страшного. И она молоденькая, ей двадцати нет. А Питеру двадцать шесть в марте, не мальчик уже. Как раз хорошо».

Полли увидела чуть заметную, легкую улыбку сестры и сама — усмехнулась.

Питер спокойно прошел к площади, следуя возбужденному гулу голосов, и, остановившись, оглядел вооруженную мушкетами толпу.

— Она снюхалась с индейцами, с погаными язычниками, — визжал его преподобие, стоя на помосте, потрясая Евангелием. — Долг каждого христианина — втоптать их в землю, пройти по стране огнем и мечом, и установить здесь царство заповедей Божьих! Идите, и убейте их всех!

— Позвольте пройти, — вежливо сказал Питер, отодвигая рукой дуло мушкета.

Он пробрался к деревянному помосту, и, взойдя на него, тронул священника за плечо, — тот, стоя на коленях, закрыв глаза, раскачиваясь, бормотал: «Царство праведности грядет! Я вижу, я вижу Иисуса, спускающегося к нам с небес, слышу его шаги, здесь, рядом с нами!

Идите, братья, и убейте их всех!»

Питер вздохнул, и, подняв пистолет вверх — выстрелил.

Толпа вздрогнула, и он услышал грубый голос снизу: «А это еще кто такой?»

— Здравствуйте, — громко сказал Питер, доставая бумаги. «Меня зовут мистер Питер Кроу, я уполномочен его величеством, королем Яковом, провести полную проверку деятельности Виргинской компании здесь, в Джеймстауне. Вот мои документы, извольте поинтересоваться».

Он посмотрел в набухшее дождем, серое небо, что нависло над поселением, и добавил: «Я буду работать в здании совета, и прошу его членов собраться там, как только вы отнесете мушкеты на оружейный склад. Вас тоже, кузен Майкл, — добавил он, наклоняясь к уху священника.