Чтение онлайн

– Да ладно! Прямо так и читает? У Сони загорелись глаза.

– Вот прямо так и читает, – передразнивая подругу, ответила она. – Даже не по себе как-то стало. Как же они живут с такими способностями? Ужас!

– А каково их бабам?

Надя покачала головой влево вправо, влево вправо.

– Ты права, Сонька, с годами поверишь, Бог знает во что. Хотя. Тут верь или не верь, а факт налицо. Даже мне, образованному человеку, приходится признать, что есть люди, которые читают мысли. А еще он сказал, что я не умею готовить. Посмотрел на ладонь и сказал.

– Вот, вот. Я же тебе говорила. В нашей жизни еще столько непонятного. Может и жизнь после смерти есть.

– Может и есть… – философски заметила Надя. – Может и есть. Только это точно никто проверить не сможет.

– Алло, Шерлок Холмс, это я – доктор Ватсон, – громко сказал в трубку Алексей. – Говорить можешь, или занят?

– Могу. Дмитрич, ты что ли?

– Нет, блин, дядя Феликс с Лубянки.

Они оба засмеялись.

– Короче, пацана твоего похитили.

– ?!

– Чего ты там, умер с горя?

– Как похитили? – Кривцова пробил холодный пот.

– Я же тебе всегда говорю. Надо менять привычную картину мира. Убили, отправили на органы, ушел сам и упал в канаву. А про похищение никто и не подумал.

– Да кому нужен трехлетний пацан? А похищение с целью выкупа – это вообще бессмысленно, учитывая материальное положение мамаши.

– Воруют, Кривцов, детей любого возраста для разных целей. Киднепинг – очень распространенный вид преступлений во всем мире. Не мне тебе об этом говорить. Но тут очень непростая история. Во всех смыслах непростая. Мы с Ромкой кое-что выяснили. Уж извини, часть вашей работы взяли на себя.

– Мне не жалко, если это не выходит за границы правового поля.

– Если мы и выехали за какое поле, то точно не правовое, а кукурузное, пока ехали в Соровск. Мальчик там. Только ты не торопись туда с визитом. Нам надо с тобой все обсудить. Давай, лучше встретимся у меня в офисе.

– Нет, Дмитрич, я не поеду к вам. Вдруг меня засекут наши пацаны. Потом ведь засмеют. Мол, Кривцов по колдунам ходит. Нет, лучше вы к нам, как говорится.

– Ладно, давай тогда у тебя дома. Я вечерком заеду, чтобы никто меня не видел.

– Отлично. Я попрошу Машу приготовить ее фирменные булочки.

– Можно и без булочек. Разговор чисто мужской.

– Водочки?

– Нет, я не пью. Ты что забыл? Уже три года ни грамма в рот.

– А, ну да! Забыл я, Дмитрич, прости. – Кривцов хлопнул себя по лбу. – Народ то кругом постоянно пьет.

– Это точно. В наших краях трезвенников практически нет. «Где они вообще есть? Весь мир пьет, потому что счастливым мало кто хочет быть, – подумал он, но не стал этого говорить следователю. – Все равно не поймет». – А я теперь чайком зеленым балуюсь. Хорошая вещь, кстати. Давление понижает.

– Слышал, слышал. Ну, у меня пока с давлением, тьфу-тьфу-тьфу, все в порядке. Так что, пока будем водочкой расслабляться.

– А ты не напрягайся. – Алексей засмеялся. – Не напрягайся, Кривцов. Хотя, это – дело каждого. Кстати, знаешь, с алкоголиками я больше не работаю. Устал. Надоели мне эти алкаши. Чуда ждут. Щас я тут руками помашу, и они к стакану не притронутся, а бутылка будет бить их током! Нет, Кривцов, в этом деле нужна помощь и самого клиента. Я не волшебник. Чудеса – это дело коллективное. Давай, до вечера.

Алексей приехал в гости к Кривцову ближе к одиннадцати вечера. Оставил свой джип на обочине дороги недалеко от набережной, и несколько кварталов прошел пешком. Дождь наконец перестал лить, и ему захотелось немного подышать свежим осенним воздухом. В городе было тихо, сыро, при этом, как ни странно, очень уютно. «А в Москву все равно придется переезжать. Придется», – подумал Дмитрич, и остановился около кованой ограды на набережной. Внизу плескалась темная речная вода, издавая характерный, слегка тухловатый запах. Этот запах всегда появлялся в городе после обильных дождей. Алексей немного перегнулся через перила, и тяжело вздохнул. «Эх, моя речка-вонючка. Возьми печали мои. Унеси с водой горе мое. Да принеси мне чистой воды, радости и благополучия».

Он вспомнил один из старинных заговоров, но усомнился в правильности его произношения: «Кажется, я слова забыл. Или не забыл? Ну, речка-вонючка, ясное дело, лишнее. А остальное, вроде правильно сказал».

У Кривцовых была однокомнатная квартира недалеко от отделения милиции, где работал Федор. Автомобиль он пока не приобрел, потому что особенной надобности в нем не видел. До работы пешком всего пять минут. Дачи нет. А к родственникам Кривцов предпочитал ездить «своим ходом», чтобы спокойно выпить и закусить, не смущая народ отказом от полноценного застолья ввиду наличия авто.

Федор Кривцов уже хлопнул сто граммов для храбрости перед приходом Алексея, поэтому был весел и мил, принимая экстрасенса в своем доме. Хоть они и были уже давно знакомы, но следователь все равно слегка побаивался его.

– Чайку с булочками?

– Не откажусь, – ответил ему Алексей, усаживаясь за кухонным столом. – У тебя курить можно?

– Да, на кухне можно. В комнате только на Новый год супруга курить разрешает. Да, Машуль? – Он по-доброму обратился к жене.

Она стеснительно улыбнулась и кивнула ему:

– Я накрыла на стол. Разговаривайте, а я пойду, – и Маша удалилась в комнату.

Алексей пристально посмотрел ей вслед. «Детей нет. Два выкидыша из-за того, что ее били». Затем кинул взгляд на Федора. «Вот, подлец. Девочку жалко. Детишек у них уже не будет. Но Маша сама виновата. Чего терпит? Хотела бы уйти, давно ушла бы от него. А так – типичная жертва. И наверняка имеет сто причин, чтобы не уходить от него. Ладно, дело не мое. У нас сегодня на повестке дня Никита Закорев. Всем не поможешь. Всех не спасешь».

Кривцов без формы был похож на сутенера-наркомана. Щупленький, белобрысенький, глазки маленькие. Юркий такой. Дома он обычно ходил в приличных трениках и футболке с надписью «Динамо». Его жена Маша работала в детском саду воспитательницей, и была типичной домашней женщиной. Тихой, покорной, терпеливой, в общем, жертвенной. Молодая невысокая брюнетка с длинными волосами, аккуратно убранными в пучок. Фигура неспортивная. Бедра широкие. Лодыжки узкие. Размер ноги очень маленький. Мышь, типичная серая мышь. Поговаривали, что Кривцов, как и многие представители силовых органов, частенько поколачивает свою супругу в порыве эротической страсти. Но все это тщательно скрывали. И врачи скорой помощи, и травматологи, и гинекологи, и родственники, и друзья.