Чтение онлайн

По тому, как больно заложило уши, Дайнека поняла, что самолет пошел на снижение. Загорелось табло, стюардесса велела занять свои места и пристегнуть ремни. Так и не дождавшись своей очереди в туалет, Дайнека решила вернуться.

Впереди возникла неразбериха. Дайнека видела, что ее центром было то место, где сидела она. Приблизившись, поняла, в чем дело.

Оказалось, что упитанная девушка, сидящая впереди, не желала расставаться со своим ухажером Петушком. И только вовремя подоспевший стюард разлучил два любящих сердца, не позволив им пристегнуться одним ремнем.

Уши закладывало все больше. Усевшись в свое кресло, Дайнека откинулась на его спинку. Она разевала рот, как выброшенная на берег рыба.

Заложив вираж, самолет накренился, и под его крылом открылась картинка из волшебной сказки. Маленькие домики с оранжевыми черепичными крышами, деревья – непривычно зеленые в это время года. Убегающее прочь в белых барашках море, и над всем этим – веселое южное небо.

Светило незнакомое солнце. Не то, тусклое и холодное, что проводило их в Москве, а необычайно яркое, оно согревало лицо Дайнеки, обещая другую, лучшую, жизнь.

С первыми шагами по итальянской земле к ней пришло ощущение радости и беспечного спокойствия. Воздух был напоен ароматом душистых трав, цветов и волнующим запахом моря. Дайнека чувствовала себя счастливой посреди этой удивительной февральской весны.

Паспортный контроль был весьма необременительным. Подхватив свою сумку с движущейся ленты транспортера, она подошла к стойке, за которой стоял представитель известной фирмы по аренде автомобилей.

– Vorrei… 3 – начала было по-итальянски Дайнека, но улыбающийся мужчина перебил ее, сказав почти без акцента:

– Я говорю по-русски. Здравствуйте, какую машину вы хотели бы взять в аренду?

Дайнека, немного посоображав, нашла единственное и главное слово:

– Недорогую.

– Разумное решение. – Мужчина улыбнулся, его белоснежные зубы показались ей фарфоровыми, – «Фиат Мареа» вас устроит?

– Вполне, – ответила она и тут же спросила: – А что это такое?

Предвкушение чего-то приятного и необыкновенного охватывало ее все больше. Вслед за чарующим запахом настоящего кофе она почувствовала аромат свежеиспеченных булочек. Получив ключи от машины и пакет документов, Дайнека легким шагом направилась к барной стойке. Вместе с тягучим сладким эспрессо в нее вливалась уверенность в том, что отныне жизнь обретает смысл иной и ясный.

Дайнека вынула из сумочки телефон и сначала позвонила отцу.

– Папа, я прилетела, – сказала ему коротко. Потом, немного подумав, набрала номер Маурицио.

– Дайнека! Как хорошо, что ты позвонила! Я сделал все, как мы договорились. Будь осторожна!

– Спасибо, спасибо, Мура!

– Mamma mia! Ты в Италии! Ciao! – В трубке раздались гудки отбоя.

Дайнека осмотрелась.

«Никого».

Никто не прохаживался рядом, никто не дышал ей в затылок…

«Странно…»

Она ехала на машине из аэропорта в город.

Непривычной была, пожалуй, не сама дорога, она очень походила на российскую. Потрясало количество указателей. Глядя на них, можно было узнать, как называлась ближайшая пиццерия, куда ехать, если тебе нужен бассейн, и в какой стороне море.

Вспомнив, что отель, в котором остановился Костик, находится на lungomare 4 , Дайнека направила автомобиль в сторону, куда была повернута коричневая стрелка с надписью «Marе».

Пустынные улицы указывали на то, что в этом курортном городе сейчас не сезон. Должно быть, Римини летом – другой город, ничем не похожий на этот, зимний.

Навстречу ей бежали частные домики. Слепые окна, закрытые железными жалюзи, не провожали ее взглядом. Город замер, он дышал и существовал вполсилы, жил в полусне.

Огибая транспортное кольцо у самого моря, Дайнека увидела крышу «Гранд-отеля», проплывающую в пронзительной синеве неба куполами и зубцами своих причудливых башен. Ее охватило ощущение восторга при виде этого монстра итальянской курортной индустрии.

Проезжая мимо фонтана, украшенного скульптурой лошади, заметила указатель – «Сквер Федерико Феллини».

Она без труда нашла отель «Тибериус». Придорожная надпись напомнила ей, где именно нужно свернуть. Машина въехала в маленький дворик, условно обозначенный ажурным забором, и остановилась на красной брусчатке. У входа в отель лежала большая собака, очень старая немецкая овчарка. Лениво подняв голову, она спокойно посмотрела, и лишь ее хвост поприветствовал Дайнеку, хлопнув несколько раз по красному камню.

– Bongiorno! – Дайнека с удовольствием выговаривала это итальянское приветствие. Собака снова приподняла голову, покряхтывая встала и подошла к ней, помахивая хвостом. Дайнека поставила сумку на землю и запустила пальцы в лохматую клочковатую шерсть. Собака прикрыла глаза, привалилась всем телом к ее коленям. Потом, громко вздохнув, почти рухнула досыпать на брусчатку.

Наконец Дайнеке удалось проверить свое знание итальянского языка. Из разговора с портье она узнала, что Константин Мачульский останавливался в отеле «Тибериус», но вчера съехал.

– Он не сообщил куда?

– Нет. К сожалению, не сообщил. Мне очень жаль… – Служащий растянул губы в улыбке. – Не желаете снять номер?

– Желаю. У вас есть бронь на фамилию Дайнека… И, если можно, дайте мне тот, где жил Мачульский. Номер еще не занят?

– No! Certo! 5 – воскликнул портье и протянул ключ.

Комната вполне соответствовала своему четырехзвездочному статусу. Бросив сумку, Дайнека потянула за кордовый ремешок. Металлические жалюзи раздвинулись, впустили солнечный свет, и скоро морской воздух ворвался в комнату через распахнутую балконную дверь. За ней простиралась терраса, по величине равная комнате.

Спустя полчаса Дайнека вышла из ванной. Она улеглась в кровать и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на том, как найти Костика за те два дня, которые остались до отъезда в Венецию.

Незаметно она заснула. Когда проснулась, полотенце совсем сползло с головы, а волосы высохли.

«Сколько же я спала?»

Дайнека поняла, отчего проснулась. За тонкой перегородкой, у самого ее уха, кто-то плакал. Это был женский голос, тоненький и жалкий, он причитал и всхлипывал. По интонациям, паузам и покорному горькому смирению в нем легко угадывалась национальность. Плакала русская.