Чтение онлайн

У венецианцев была пословица, суть которой сводится к тому, что у человека, который не любит вина, Бог отберет и воду. На протяжении всей истории в Венеции существовало большое разнообразие вин, хотя до XVI века значительная его часть поступала из венецианских колоний – с Крита и Кипра. Однако иностранцы презрительно относились к качеству венецианского вина, один из них даже сравнивал его с уксусом и водой. Это не относится к prosecco (венецианскому шампанскому), которое делают из белого винограда, растущего в регионе Венето. Венецианцы до сих пор довольствуются небольшим бокалом белого или красного вина, известного как ombra, которое пьют с небольшим количеством сыра или зеленых оливок. Это древний напиток, его название означает «тень». Оно восходит к концу XIV века, когда продавцы вина на площади Святого Марка передвигали свои ларьки в тень колокольни, привлекая клиентов.

Венеция всегда больше славилась кафе, чем ресторанами. В XVIII веке кофеен было около двухсот, из них тридцать пять только на площади Святого Марка. Венеция была одним из первых городов Европы, где прижилась привычка пить кофе, заимствованная у константинопольских турок. У патрицианок были любимые кофейни, как и у их мужей. Государственные служащие предпочитали другие заведения, и, подобно Лондону, в Венеции были кофейни для представителей любых профессий. Самая известная из них, «У Флориана», открылась в 1720 году под названием «Победоносная Венеция» и до сих пор обслуживает посетителей.

Венецианцам, по-видимому, нравилось проводить время вне дома с чашкой кофе или шоколада, бокалом лимонада или воды с сиропом. Они могли сидеть и пить эти напитки в парикмахерской или в книжном магазине; излюбленным местом для обмена сплетнями и новостями были также аптеки. Город постоянно наблюдал и обсуждал – себя.

Были таверны и malvasie (винные лавки) для аристократов и купцов, гондольеров и рабочих. Утром туда забегали выпить стаканчик вина, вечером они превращались в закусочные для бедняков. Там можно было заложить какую-нибудь вещь или сыграть партию в карты или кости. Правительство, опасаясь подрывной деятельности, всегда с подозрением относилось даже к умеренному скоплению людей и посылало шпионов в наиболее известные таверны, такие как «Белый лев» или «Черный орел». К тому же Сенат издал закон, ограничивающий размеры подобных заведений, и в результате появилось множество мест, где не могло поместиться больше пяти-шести посетителей одновременно. У задней стены располагались бочонки с вином, над ними образ Мадонны с постоянно горевшей лампадой.

Венеция была небесными вратами. Во время религиозного кризиса, в середине XVI века, некий священник написал, что в скором времени Христос вернется в Италию. «Я верю, – писал он, – что дверью будет Венеция».

Число правителей и судей Венеции сравнивали с числом и чинами ангелов и архангелов. Городу было свойственно вдохновлять своих граждан с помощью aeterna beatitudo, quae in visione Deiconsistit (вечного блаженства, состоящего в лицезрении Божества). В этом контексте Тинторетто создал великий образ рая во Дворце дожей. Провозглашалось, что Конституция и законы республики ниспосланы Богом. Впрочем, мы не знаем, насколько в это верили. Процветание и расширение границ Венецианской империи тогда объясняли осуществлением Божественного замысла на земле. Само существование города на воде было чудом. Венецианцы называли свою родину «наша Святая земля» или «Святой город».

В 1581 году венецианский писатель Франческо Сансовино заявил, что Венеция «почитается всеми как священное место на земле, которому, будь это возможно, следовало бы поклоняться». Разумеется, этого не случилось, так как слишком бы напоминало поклонение иудеев золотому тельцу (один из излюбленных сюжетов венецианской живописи). Однако подобная доктрина отнюдь не нова. В религии Древней Месопотамии город считался божественной сущностью. Едва ли нужно говорить, что поклонение такого рода поощряет деспотизм и авторитаризм, осуществляемые в самых широких масштабах. Вот почему единство Церкви и государства в Венеции было столь могущественным. Оно позволяло правителям Венеции сохранять дистанцию по отношению к юрисдикции Рима и Папы. Папой Венеции был дож, а кардиналами сенаторы. В Вербное воскресенье дож выпускал из портала базилики Святого Марка белых голубей в память о знаке, поданном Ною. Он взывал к небесам о спасении города от волн. Был этот ритуал религиозным или скорее политическим? К венецианской культуре это различие неприменимо.

Возможно, то, что паломники отплывали в Святую землю из Венеции, географическая случайность. Они приезжали туда, чтобы закупить провизию и другие припасы для долгого пути, и постепенно сам город стал восприниматься как неотъемлемая часть святого путешествия. Паломники участвовали во всех священных ритуалах венецианской Церкви. Молились в тех же храмах и часовнях. Почитали те же иконы. К мощам Святого Марка стекались сотни тысяч странников. Гробница Святого Марка источала благоухание, венецианцы знали свое дело. Тесная связь с Востоком также способствовала формированию образа Венеции как части Святой земли, которая сама по себе достойна паломничества, ибо там присутствует отблеск божественного или намек на него.

Город стал священным пространством, содержащим множество намеков на духовный мир. Повсюду в его темных проходах виднелись образы святых и Мадонны. Свечи или лампады перед ними создавали светлое пространство, отгоняющее грех и преступление. В городе было более пяти тысяч capitelli (уличных часовен), они служили не только религиозным, но и политическим целям. Обузданию народных волнений.

Мадонна не стала бы ласково взирать на беспорядки. Юго-западный угол Дворца дожей охраняет архангел Михаил с мечом. В панораме города господствуют колокольни, звонящие: «Святой! Святой! Святой!» Монастыри и церкви города расположены с особым смыслом. Церковь Санта-Мария деи Мираколи стоит на границе двух северных районов – Каннареджо и Кастелло. Одна из старейших церквей Венеции Сан-Джакомо – в самом центре рынка Риальто. Здесь подписывались коммерческие контракты. Макиавелли как-то написал: «Мы, итальянцы… стали нерелигиозны и дурны». К венецианцам это не относится. Они были дурны и религиозны.

Рядом с Божественным всегда присутствует дьявольское. Одно не существует без другого. Есть множество народных историй о дьяволе, уверенно разгуливающем по мостам и улицам города. Согласно одной из них, он насмехался над каменщиком, строившим мост Риальто, утверждая, что никто не сможет построить такую широкую каменную арку, а затем предложил свою помощь в обмен на душу первого, кто пройдет по мосту. Им оказался маленький сын каменщика.

Венеция была священным текстом, который подобало читать и изучать. В XIV–XV веках город впервые стал рассматриваться как единство, которое необходимо тщательно структурировать. Он уцелел благодаря Божественной воле, теперь же его следовало изваять из камня. В центре конфигурации, образованной Дворцом дожей, рынком Риальто и Арсеналом, находились, как полагают, останки Святого Марка, хранившиеся в базилике. Такова священная геометрия венецианской власти.

Примечательно, что на венецианских полотнах библейские чудеса нередко происходят в самой Венеции. Для Тинторетто события Нового Завета виделись в аспекте знакомой венецианской жизни. В молитвеннике под названием «Сад молитвы», предназначенном для венецианских девочек, автор советует читательницам «представить хорошо знакомый… город… удержать в своей памяти места, где могли бы происходить эпизоды из Страстей Господних». Муки Христовы следовало представлять себе на улицах и площадях Светлейшей.

Венеция была городом чудес. Ни один город в Европе – возможно, за исключением Рима – не пережил так много. В каждом приходе были свои священные события. В середине XIV века составитель Cronica Venetiarum (Венецианской хроники)описывает чудеса и предзнаменования с той же достоверностью, что и более земные события. Городские власти то и дело сообщали о чудесах. Это был еще один способ подтвердить священную судьбу города. Рабочего, сорвавшегося с лесов, возведенных вокруг базилики Святого Марка, спас ангел. Святая Дева прошла по воде Большого канала. Невольник был избавлен от заслуженного наказания на площади Святого Марка самим Святым Марком. Тот же святой с братьями во Христе Николаем и Георгием изгнали демонов, грозивших городу наводнением. Особенно часто происходили чудеса в 1480-х годах, сразу после окончания войн с турками, когда Венеция утратила господство над Средиземным морем. В этих чудесах орудием божественного вмешательства стала Мадонна, восстановив тем самым статус Венеции как Королевы морей.

В 1494 году Карпаччо написал картину «Патриах Градо исцеляет одержимого у моста Риальто», изображающую чудо с реликвией Святого Креста, исцелившей бесноватого на мосту Риальто. В первые годы XV века случилось чудо у церкви Сан-Лио, когда в приходе с тем же названием реликвия Святого Креста стала такой тяжелой, что ее не смогли вынести из церковной сокровищницы на похороны грешника. Джованни Мансуэти запечатлел это событие в 1497 году. Сейчас это место и некоторые из стоящих здесь больших домов по-прежнему можно узнать. Это еще одно венецианское чудо.