Чтение онлайн

Вдруг, на фоне облаков, совсем рядом, возникла фигура человека с очень знакомым лицом. Да это Локеле!? Локеле улыбаясь протягивал руку. Блейк улыбнулся в ответ и схватил ее, но Локеле оказался иллюзорным, как и облака вокруг. Он летел как птица, руки отставлены в стороны и согнуты в локтях, спина прогнута, голова слегка приподнята, ноги раздвинуты. Изменив положение корпуса, он полетел вниз под углом, затем вновь горизонтально и исчез.

И тут Блейк понял, что ему предстоит. Он вспомнил, что когда-то читал описание аттракциона в вертикальной аэродинамической трубе. Локеле наглядно показал, как ему следует себя вести, провел можно сказать начальный инструктаж. Но ведь он не парашютист, как у него все это получится? Какая высота, есть ли внизу предохранительная сетка? Вопросы, вопросы и страх. Слова заклинания вырвавшиеся из пасти шакалов эхом отдавались в голове Блейка «…и если он сможет преодолеть страх смерти, он покинет лоно Земли, но затем увидит свет…».

Он отполз от края обрыва, еще раз попытавшись убедить себя в здравомыслии или, по крайней мере, в практичности тех, кто устроил этот аттракцион, поднял руки, побежал и нырнул с уступа так далеко, как только смог.

Ветер ревел у него в ушах, облака неслись мимо него с ужасающей скоростью. Блейк кувыркался, молотя воздух руками и ногами, тщетно стараясь принять правильную позу, наконец это ему удалось. Судя по облакам, падение его замедлилось, почти прекратилось. Интересно, как далеко он упал, и что делать дальше? Он висел в огромной аэродинамической трубе и не знал, где находятся стены, как далеко пол, и не имел ни малейшего представления, как ему выбраться.

Из облаков над ним появилась Кэтрин. Она направилась к нему и прикоснулась. Ощутимое прикосновение. Она была настоящей. Улыбнувшись, жестом пригласила Блейка следовать за ней, развернулась и нырнула прочь, в черные бока ближайшей грозовой тучи. Блейк с трудом, но все же вошел в пике и направился туда же. Когда он влетел в облако погас свет. В темноте Блейк упал на пружинящую мягкую сетку, цепляясь за нее, он наконец добрался до твердой поверхности. Оглушающий рев стих.

Когда его глаза привыкли к темноте, он увидел впереди фигуру Кэтрин, окаймленную слабым голубым светом. Она поманила его рукой, затем повернулась и пошла прочь.

Блейк шел напрягая зрение, слух его понемногу восстанавливался и стал слышен играющий орган. В темноте появились точки света, бесконечно далекие, сверху, снизу и со всех сторон. Твердая гладкая поверхность, по которой он шел, была прозрачна и не давала отражения, создавалось впечатление, что они с Кэтрин путешествуют среди звезд. Вот знакомые созвездия: Парус, Крест, Центавр. Звуки музыки заполнили все пространство. Это была заключительная часть симфонии № 3 Сен-Санса, радостный гимн, воинствующий в своей радости. Трубы пылали, рояль дрожал, как падающая вода, струны торжествующе взмывали ввысь. Все логично, подумал Блейк, три этапа «очищения» — огнем, водой и воздухом.

Из темноты появилась процессия, все в белых развевающихся одеждах, впереди шел Леке. Когда он проходил мимо Кэтрин, она присоединилась и пошла позади него, ей дали накинуть на себя белый плащ.

Леке остановился перед Блейком. У Леке сочувствующие глаза, в уголках изящного рта играет улыбка. Леке накинул белый плащ на Блейка и произнес достаточно громко, чтобы все услышали:

— Добро пожаловать, мой юный друг, выпей Зелье Мнемозины [51] , приди в ряды посвященных. — Он протянул обеими руками, оказавшуюся у него чашу, Блейку.

Блейк взял его и выпил без колебаний. На вкус это была всего лишь холодная вода. Над головой вспыхнула звезда, заливая пространство вокруг ослепительным светом. Звезда погасла и вокруг вновь наступила тьма уже без звезд, а когда зажегся свет, он увидел, что они находятся в скромном и довольно простом зале, стены которого из песчаника украшали только пилястры [52] . Одна особенность зала делала его необычным: в дальнем конце возвышалась десятиметровая статуя Афины в шлеме на троне, являющемся органом.

Дальнейшее он помнил смутно, одни обрывки, видимо в чаше Мнемозины была не просто вода: разговоры старожилов, о их опыте прохождения обряда… Кэтрин в темной комнате, где между ними не было ничего, даже льняных одежд… ворота зоосада…

Проснулся от долгого сна он в своей комнате. — Его вызывали к Леке…

— Ах, Гай, как хорошо, что ты так быстро пришел. Пожалуйста, присаживайся.

Леке, элегантный, как всегда, в серых летних брюках и тонкой клетчатой хлопчатобумажной рубашке, сидел за столом на своем обычном месте. Он слегка прижал палец к уху:

— Присоединяйся к нам, Кэтрин.

Открылась дверь в соседний кабинет и с большим тонким портфелем в руках, в строгом деловом костюме вошла Кэтрин.

— Гай, каждый посвященный служит общему делу там где его талант, его способности принесут наибольшую пользу, — продолжил Леке. — Ты обладаешь уникальным сочетанием физических способностей, быстроты и смелости, ты превосходный актер, у тебя редкий талант к древним языкам — прогресс достигнутый с иероглифами, весьма примечателен, и я хочу, чтобы ты присоединился ко мне и Кэтрин в одном из наших специальных проектов.

— Конечно, чем я могу вам помочь? — сказал Блейк. У него на мгновение мелькнула мысль, что имелось ввиду под определением «превосходный актер», может то как он работал в цирке? Хотя вряд ли. Мысль ушла, а зря нужно было задуматься и насторожиться, тем самым избежать дальнейших ошибок.

— В подвале Лувра, мы знаем, хранится оригинал вот этого папируса — он указал на свиток, который Кэтрин достала из портфеля. — на этой копии отсутствуют ряд очень важных деталей, которые должны быть на оригинале. Ты должен найти его.

— А когда я его найду?

— Тогда ты его украдешь.

Блейк склонился над свитком, который Кэтрин развернула на столе, и долго его рассматривал:

— Это похоже на инструкцию по постройке пирамиды.

— Отчасти ты прав. Кроме всего прочего пирамиды были обсерваториями. Этот папирус, как мы думаем, является чертежом пирамиды, которая служила для наблюдения за определенным местом в египетском небе. Знание местоположения его жизненно важно для нашей миссии.

Тут впервые заговорила Кэтрин:

— Эта копия содержит много ошибок, но если оригинал не поврежден, я смогу восстановить звездную карту по содержащейся в нем информации.

— Вы математик? — Блейк с любопытством посмотрел на нее.

Она взглянула на Леке, тот улыбнулся:

— У каждого из нас есть множество талантов. Как следует запомни, это изображение, мы можем дать тебе лишь приблизительное представление о его местоположении, найти его придется тебе самостоятельно.

Блейк не колеблясь кивнул:

— Для меня будет честью помочь вам, чем смогу, сэр.