Чтение онлайн

На новенькую меня пришёл посмотреть местный стилист, крупный бородатый мужчина вида «космический десантник после опасной высадки». Восхищённо поцокал языком, взмахнул рукой прямо перед моим носом, так, что я испугалась, чтобы не пришиб ненароком.

Повинуясь жесту стилиста, замерцали четыре большие прямоугольные вирт-панели, между ними появилось объёмное изображение меня же в полный рост.

Потом мы виртуальную меня наряжали, и выглядело это примерно так:

– Эта изящная комбинация по последней моде… - начинает представление очередного шедевра стилист, его глаза загораются, на лице написан азарт.

– Вот именно, что комбинация, в этом бесстыдстве только в спальне перед мужем ходить! Света, а ты что скажешь? – Оля, лениво попивая ядовито-жёлтый коктейль, повернулась в мою сторону.

– Эм, - я похлопала глазами на ворох полупрозрачных тканей. У виртуальной «меня» то и дело проступают очертания обнажённого тела, стоит повернуть голову, и одежда просвечивает уже в другом месте. – Пожалуй, это мне не подходит. Давайте дальше.

Стилист, этот двухметровый дядька, обиженно поджимает губы. Включает следующий наряд, искушающее улыбается.

– Потрясающее сочетание цветов… - вдохновенно вещает он, пока я трясу головой в надежде, что мне это примерещилось. И что в глазах скоро перестанет рябить.

– Дорогая, они хотят выставить тебя посмешищем, превратив в попугая, - равнодушно отмечает Оля, потягивая уже тёмно-синий напиток. – Что сама скажешь?

– Дальше, - пришибленно ответила я и, отобрав у Оли напиток, сделала большой глоток. Ощутила нечто воздушное, лишь немногим плотнее воздуха, с приятным кисло-сладким послевкусием.

От скромных нарядов меня отговорил стилист, намекнув, что местные дамочки излишнюю сдержанность могут посчитать проявлением страха и слабости. Оля с сожалением признала его правоту, скромность здесь явно не в чести, и от парочки элегантных нарядов мне пришлось отказаться.

Против излишне пёстрых платьев выступила уже Ольга, я бы чувствовала себя в таких неловко, и могло показаться, будто я подлизываюсь к местному обществу. Такое впечатление оставлять после себя не хотелось.

17

После десятка воздушных коктейлей и сотни невообразимых нарядов я, наконец, определилась. Модель по венерианскому крою, из нескольких слоёв свободно спадающей ткани, в модном зелёном цвете с коралловой отделкой, с дорогим тоненьким поясом и дорогущими босоножками на небольшом устойчивом каблуке. Шпилька, конечно, хорошо, только свалиться на потеху публике, от волнения запнувшись о подол собственного наряда, мне и не хватало.

В назначенное время я вышла из автоматического такси возле «Вечерней Звезды». Одна. Ольгу без приглашения внутрь бы не пустили, а брать мужей в женские клубы – моветон.

Я в нерешительности огляделась, и тут же из припаркованного неподалёку ИТС вышел мужчина в элегантном костюме и с сединой на висках. Как я обрадовалась, увидев одного из отцов Иолара! С облегчением выдохнув, я едва ли не бегом пошла ему навстречу.

– Добрый вечер, госпожа, - поклонился он. – Моя супруга приглашает вас на бокал освежающего коктейля в свой ИТС.

– Здравствуй, Гилар, - улыбнулась я ему. – С радостью принимаю приглашение.

Внутри в просторном салоне меня ждала свекровь. У её ног сидел подросток, и на его одежде было столько блеска и блёсток, что хотелось накинуть сверху простыню.

– Привет, милочка. Знакомься, это Айола, и он кинозвезда. Сегодня после клуба едем с ним на прослушивание, так что давай не будем задерживаться.

Я выразила восхищение красотой и, несомненно, талантом младшего брата Иолара.

– Рада, что ты разделяешь мою уверенность в его способностях. Значит, так. Когда зайдём, говорить буду я, твоя задача - мило улыбаться и кивать. Кивать умеешь?

Я изобразила улыбку в стиле «ах, какая честь» и закивала, как вышка связи на ветру.

– Отлично, только не переусердствуй. Идём, время дорого. И запомни, это последний раз, когда я тебе помогаю, дальше, будь добра, разбирайся сама!

Ну, мы и пошли. Двери открылись, десяток юношей в строгих белоснежных костюмах с поклонами предложили напитки и проводили на нужный этаж.

Более пёстрой компании я ещё не видела. Объединяло дам только одно – драгоценные стразы над бровями, разного цвета и блеска. И многие из присутствующих женщин были беременны.

Здесь были женщины в строгих костюмах земного кроя, и дамы, закутанные в лоскутки на манер тех нарядов, что носят разумные осьминоги из системы Пятнистой Каракатицы.

Вот дама в той самой прозрачной «комбинации», и, как я и боялась, с определённого ракурса её грудь кажется абсолютно голой. Рядом с ней совсем юная девушка в попугайском наряде.

Я увидела сильно беременную женщину в купальнике и поинтересовалась, неужели планируется вечеринка с бассейном? Я-то одежду для плавания не взяла. На что свекровь зло зашипела, чтобы я не смела сморозить подобную глупость кому-то ещё. Оказалось, что это вовсе не купальник, а изысканный дорогущий наряд для жарких вечеров. Мы прошли мимо этой дамы, и поверх купальника я с трудом разглядела тонкий прозрачный костюм строгого кроя.

В общем, даже если бы я нарядилась космическим оборванцем, то смотрелась бы вполне уместно. А вот обычные платья здесь явно были не в чести.

Мужчин здесь действительно не было, а прошедшие мимо дамы на ходу обсуждали мастера по маникюру, и стоит ли вкладывать деньги в акции предприятия по производству ткани, меняющей прозрачность.

Свекровь меня кому-то представляла, не удосужившись ни разу назвать мне имена тех, к кому мы подходили. Звучало это примерно так:

– Это Света, землянка, что заботится о моём среднем сыне. А вы слышали, что Айолу позвали на прослушивание? У него на прошлой неделе был показ мод! Представляете, он сломал ноготь перед самым выходом на сцену, и всё равно отлично сыграл!

И всё в таком духе. Причём та часть, где говорилось обо мне, звучала словно с извинениями. Между строк читалось: «эта неотесанная глупая неловкая деревенщина увязалась за мной по недоразумению». А вот про младшего сына свекровь говорила с таким восхищением, что хотелось угостить её незрелым кислым помесином.

Я скрипела зубами сквозь улыбку, а когда свекровь слишком увлекалась расхваливанием младшего сына, едва заметно закатывала глаза, вздыхала и слегка разводила руками. Мол, простите, она всегда такая. После этого на меня смотрели с большим интересом и улыбались в ответ вполне искренне.