Венок Альянса
Шрифт:
Дэвид нервно повёл плечами.
– В детстве многое смотрится иначе. Нет, и сейчас… В конце концов, когда я смотрю на ребят, я понимаю, что они действительно счастливы, что они нашли свой путь… но мой ли это путь?
– Что ж, теперь есть совершенно законное время поразмыслить над этим ещё…
Он встал и двинулся к ближайшему столбу, Дэвид за ним. Нет, конечно, уверенности, что он сможет правильно прочесть древний текст, особенно эту сложную вязь, для непривычного особенно трудную.
“Когда стоишь в начале пути, который пугает тебя, с тобой должны быть три вещи - фонарь, щит и меч. Тогда, каков бы ни был этот путь, ты пройдёшь его с честью”. Ну да, пожалуй, вполне по ситуации…
– Фонарь в данном случае означает “свет веры в твоём сердце”, щит - “благословение отца”, или, если шире - “доброе мнение о тебе тех, кто провожает тебя в этот путь”, меч - понимание твоей цели, а так же внутренние ориентиры, с которых ты не сойдёшь, что бы ни было с тобой. Древние знаки, кроме прямого значения всегда куча добавочных.
– Ну тогда оно нам определённо полезно. Там, куда мы направляемся, тоже, как я понял, не привыкли изъясняться просто…
Комментарий к Часть 4. МАК И ВЕРЕСК. Гл. 2. Скелеты в шкафах
Вообще-то я, по идее, не должен был использовать тему тучанков. Новеллу я не читал (не нашёл её в переводе), и это всё-таки частное творчество, не сериальные события… Но что написалось, то пусть будет.
Гибриды - разумеется, чистая фантазия, но думается, если Г’Кар Лите в “Прибытии” не вешал лапшу на уши, то они просто должны были, хоть в небольшом количестве, существовать.
Новеллу, в которой упоминалась семья Г’Кара, я читал много позже, и она мне как-то не зашла. Учитывая предполагаемый возраст Г’Кара, одна малолетняя дочь - это ну как-то… маловато.
========== Часть 4. МАК И ВЕРЕСК. Гл. 3. Вопросы без ответов ==========
Следующие два дня были посвящены сборам. Кроме личных вещей, надо было ещё подумать, что из книг, инфокристаллов с собой можно взять. На этот счёт тоже не было никакой конкретики, предстояло самим решить, что из культурных богатств своих рас хотелось бы показать. Винтари в этом смысле было сложнее всего, он долго советовался с Аминой…
Долго не в силах решить, брать ли свою книгу-обзор по храмовой архитектуре, ещё не получившую всех необходимых рецензий, он решил посоветоваться со жрецами, и отправился в ближайший храм. В нём он уже много раз бывал с Дэвидом, и многих там знал. Дэвид, кстати, и сейчас был здесь, он узнал его голос издали, хотя и звучал он тише, чем голос его собеседника. Второй голос он спустя пару шагов узнал тоже - Ранвил, школьный друг Дэвида. Их обоих ещё не было видно - двор храма перегораживали широкие плиты монументов, и Винтари невольно замедлил шаг, размышляя, стоит ли прерывать их явно слишком личную беседу, и нельзя ли пройти как-то другой дорогой, чтобы они его вовсе не заметили.
– Ты не должен был позволять ей лететь! Ты знаешь, она летит только из-за тебя!
– Откуда я могу это знать? Откуда ты такое можешь знать, Ранвил?
– Ты бессердечен и слеп, если не понимаешь этого, Шеридан, - насколько уже успел понять Винтари, произношение этой фамилии вот так, с ударением на последнем слоге, было в большей степени свойственно воинам и чаще всего сопровождалось крайним раздражением, - или может быть, тебе нравится морочить ей голову?
– Ради Валена, что ты мелешь, Ранвил?! Нам всем были объявлены эти приглашения, и каждый сам за себя решал, лететь ему или остаться. Как мог здесь кто-то кого-то принудить? Если Шин Афал и ошиблась в своём решении - хотя об этом не нам и не сейчас судить - то это, во всяком случае, будет именно её ошибка.
– Ты должен был её отговорить!
– И конечно, она б меня послушалась! Да вообще, с какой стати я буду это делать? То, что нам всем выпало - действительно великая честь…
– Это опасно!
– Достойнейшее для воина замечание! Ты хотел бы, чтоб она жила, избегая неизвестности и опасности? Да, она не рейнджер. Но она будущий врач. Для неё эта возможность увидеть новый мир, помочь, послужить своим даром - бесценный опыт! Высоко же ты её ценишь, если готов лишить её этого!
– Достойное жреца словоблудие! Готовы без раздумий бросить чужую жизнь навстречу опасности во имя одних только пафосных слов!
– Я, если ты не заметил, лечу тоже! Я приятно тронут, что за меня ты совершенно не волнуешься!
Судя по звукам, там произошла коротенькая схватка. Чувствуя, что оставаться в тени больше не может, Винтари выступил за плиту. Ранвил прижимал Дэвида к плите монумента - согнутой рукой пережимая горло.
– Запомни, Шеридан, если с ней что-то случится - я тебя убью!
– Не бросайся такими словами, Ранвил! Самые благородные чувства не должны приводить к святотатству. Минбарец не убивает минбарца!
– Минбарца - да…
Винтари схватил Ранвила за плечи и рывком оторвал от Дэвида. Тот моментально вывернулся и встал в боевую стойку, процедив какую-то угрозу. Винтари не шелохнулся. Всё-таки чисто зрительно он этого молодого воина и старше, и шире в плечах.
– Успокойся. Иди, приди в себя, переоценишь… Стоит ли ссориться с другом из-за надуманных страхов…
– Тебе я вообще ничего не собираюсь объяснять!
– Ну и не надо. Себе хотя бы объясни, чего ты так взбеленился. Потому, что ли, что её и Дэвида пригласили, а тебя нет? Извини, тут не мы решали. Если они её так хотят там видеть - почему ей не поехать, уж если кто вправе ей запрещать - так никто из здесь присутствующих, точно.
Ранвил посмотрел на него с усталой ненавистью и, видимо, осознав, что в конструктивное русло разговор всё равно уже не войдёт, резко развернулся и гордо удалился. Дэвид посмотрел ему вслед со смесью грусти и раздражения, всё ещё не отлипая спиной от плиты.
– Что любовь с нормальными парнями делает… Нет уж, к чёрту. Избави меня боже от такого - так голову потерять, чтоб на друзей кидаться…
Винтари подумал, что в этот момент Дэвид, пожалуй, очень похож на отца. Как-то очень уж по-земному это звучало…
– Очень мил и адекватен. Что за идея, что именно ты, именно её, вдруг должен был отговорить! Нас - не надо, а её - надо…
Дэвид пожал плечами.
– Она ведь могла отказаться. Как отказались врачи, Лаиса, Мисси… Да, честь… Но есть ведь и другая честь. И никто никого не стыдил…
Он опустился на тёплые плиты, которыми был вымощен двор - испещренные древним узором трещин, сквозь которые кое-где деятельно пробивались бодрые зелёные ростки, умудряющиеся взойти на том малом количестве земли, что было занесено сюда подошвами и ветром. Жрецы столь же деятельно выкапывали их и пересаживали за пределы двора в сад, но регулярно появлялись новые зелёные камикадзе.