Чтение онлайн

– Завтра выходной, а вот в понедельник обязательно направлюсь прямо в администрацию. Буду требовать, чтобы предприняли меры, нашли средства на ремонт местной школы.

– А если откажут? – испуганно спросила Люська.

– Если откажут, значит, буду обращаться дальше, – в вышестоящие органы, – смело заверила Вера, и женщина, кажется, действительно, несколько успокоилась.

Через пару минут за их спинами раздался тоненький голосок, дамы удивлённо обернулись и заметили на пороге сонного Егорку.

– Егор, ты чего? Выспался уже? – спросила Люся, поддавшись вперёд всем телом, навстречу маленькому сыну.

– Мам, пошли домой? – попросил мальчуган, и Люся резко засобиралась, понимая, что малышу дома будет комфортнее спать, чем в постороннем доме, где совсем недавно произошла смерть его хозяина.

– Вер, ты не обидишься, если мы пойдём? А завтра можно встретиться и еще раз обо всём переговорить? – извиняясь, уточнила Люся, которой хотелось оставить приятное впечатление у именинницы не только о себе, но и состоявшемся дне рождения.

– Конечно, Люся, даже не переживай, – улыбнувшись, ответила Вера, – Егору дома будет спокойнее, рядом с папой и с братишками, – добавила она и искренне понадеялась, что этой семье больше никогда не будут страшны измены, посторонние женщины и проблемы со здоровьем.

– Надеюсь, мы хоть немного скрасили твоё одиночество сегодня? – засмеялась Люся.

– Спрашиваешь! Это был самый лучший мой день рождения за последние минимум десять лет! – тоже засмеялась Вера, ощущая в душе приятное тепло, которое зародилось там по отношению к этой героической женщине и её сыновьям. Вера поймала себя на мысли, что за этот короткий промежуток времени успела не только привязаться к Люсе и к мальчикам, но и уже практически полюбить ребёнка, который еще даже не родился и по-прежнему находился в животе у матери.

– Люсь, давай я вас провожу? Темно уже всё-таки? – переживала Вера, но получив недовольный и настырный кивок головой в ответ, почти успокоилась и вспомнила, что в деревне, наверное, действительно гораздо тише, чем в городе, даже ночью.

Дамы распрощались. Вера воротилась в кухню, чтобы убрать грязную посуду со стола, а Люся, взяв на руки Егорку, отправилась домой, в постель к мужу, который еще совсем недавно был чужим и принадлежал другой женщине.

Только Богу известно, как она переживала и страдала с того самого момента, как в их с Валерием мирной семейной жизни появился еще один человек. Людмила часто думала обо всей этой истории, несмотря на боль и обиду, и пыталась понять, зачем той женщине был нужен её муж. Но по-прежнему не находила ответа. Она не верила в то, что Татьяна полюбила его. Нет. Здесь было что-то другое.

Эта молодая и смелая девушка прекрасно знала, что у Валерия есть жена и трое детей, которых необходимо содержать. Сама она живёт в городе, квартиру снимает.

«Может быть, надеялась, что он бросит нас, а дом оставит за собой?» – разговаривала про себя Люся, направляясь с Егоркой по тёмной улице в сторону своего жилья. – «Но каким бы Валерий ни был, так бы он с нами никогда не поступил. Он не бросил бы мальчишек на произвол судьбы даже в том случае, если бы Татьяна поставила перед ним такое условие».

Несмотря на то, что Люся постоянно старалась успокоить себя, чтобы не навредить изматывающими морально и физически мыслями не только своему здоровью, но и самочувствию будущего ребёнка, ей казалось, что Валерий был вынужден поступить так, а не иначе. Она, мальчики и её незапланированная беременность заставили мужа остаться в семье против его воли.

Она ложилась с ним рядом, крепко закрывала глаза, почти до боли, чтобы ни капельки света не попадало в её глаза, и чтобы она смогла заснуть как можно скорее. Она боялась этой тишины, когда всё в доме засыпало, а она лежала и продолжала накручивать себя, грызть изнутри, что не отпустила, что удержала, хотя она и предоставила ему, вроде, право выбора.

Они быстро добрались до родного дома, в который давным-давно ее привел Валерий. Она была тогда совсем молоденькой, стройненькой девушкой, с распахнутыми голубыми глазами, из которых лилась любовь к мужу и ко всему вокруг. Тогда она была счастлива. Она вышла замуж за мужчину, которого любила искренне. А он оказался не только любимым, но и хозяйственным, работящим, мечтающим о детях.

Валерий же никогда не был многословен, и только то обстоятельство, что он женился на Люсе и запланировал с ней троих детей, заставляло её верить в то, что муж её любит, потому что на словах он практически об этом не говорил. Но Люся не была тем человеком, что «развешивала уши» и преданно заглядывала бы в рот мужчине, который клялся ей в любви каждый день. Гораздо больше слов она ценила поступки, мир в их семье, наличие здоровеньких деток. А недостаток красивых слов и душистых цветов списывала на усталость Валерия и на его недогадливость. Людмила, спустив со своих рук сонного Егорку, поднялась на крыльцо и распахнула дверь в дом. На веранде горел свет, и она удивилась этому, ведь помнила, что, уходя, точно погасила его.

«Значит, муж еще не спит», – подумала она, и в тот самый момент ей навстречу вышел Валерий.

– Вы где так долго шатаетесь? – недовольно пробурчал он, – ребёнку давно спать пора.

– Он вздремнул немного. Мы к Вере ходили, – у неё сегодня день рождения был, – спокойно ответила Люся и посмотрела на мужа, который выглядел полусонным и уставшим. Волосы на его голове торчали в разные стороны, футболка неряшливо выглядывала из домашних штанов, коленки на которых были смешно вытянуты.

– Что, такая необходимость была тащиться куда-то ночью? – продолжал бубнить Валерий, но Людмила, кажется, игнорировала все его слова.

– Вера нас пригласила, и я решила пойти. Егорку прихватила с собой, а мальчишки уже легли к тому времени спать. Не вижу в этом ничего криминального, – с тем же спокойствием отвечала Люся, хотя в душе она была рада возвращению мужа домой.

Каждый день она вставала и думала о том, что видела его в последний раз, в последний раз рядом с собой. Почему-то ей казалось, что скоро он уйдёт от них к Татьяне. Максимум, до чего он пробудет в этом доме, так это до рождения малышки. А потом соберет свои несколько штанов и рубашек и со спокойной совестью отправится на встречу к своей новой возлюбленной.

– Вообще-то я переживал, – ушла, непонятно куда, беременная, с маленьким ребёнком. Пацаны спят, соседи не в курсе, куда ты делась. Хоть бы Ирку предупредила, где тебя искать, – снова проворчал Валерий и нервно почесал рёбра справа.

– Не думала, что ты можешь переживать за нас, тем более за меня, – слегка улыбнувшись, устало ответила Люся и вошла в дом, дав понять мужу, что не настроена сейчас продолжать с ним разговор.

– В смысле? – не понимал муж и требовал продолжения начатой беседы.

– В смысле, что тебе, кроме меня, есть о ком беспокоиться. Разве, не так? – спросила Люся и внимательно посмотрела на мужа. Он скривился в странной улыбке, дав ей понять, что такой разговор ему абсолютно неприятен и не нужен.

– Что еще не так-то? Мы всё уже, кажется, обсудили. Я решил остаться здесь, пообещал, что никуда не денусь. Ты собираешься мне читать морали до самого последнего дня?! – раздражённо спросил Валерий, то ли от того, что ему самому были противны его поступки и слабости, то ли от того, что винил жену в искусственном сохранении их семьи.