Чтение онлайн

Он был счастлив, свободен, красив. Его высокая и спортивная фигура держалась уверенно. Серые глаза были устремлены куда-то сквозь Веру, и только несколько выбившихся из причёски волос выдавали его суету. Вера, молча, покинула чужой рай, быстро сбежала по лестнице, завернула за угол дома, как преступница, скрывшаяся с места кражи, и зарыдала. Теперь у неё был только один путь, – в дом умершего дяди. К родителям возвращаться она не могла, – не хотела больше видеть страданий мамы, гуляний папы, в семью, где, как под копирку, разыгрывался похожий сюжет.

Она поймала машину и быстро домчалась до вокзала, несмотря на то, что до поезда оставалось ещё много времени. Ей казалось, что по прибытии на вокзал, у неё начнется новая жизнь, непонятная, без Олега, без Ленки, но новая. Сначала она некоторое время сидела на вокзале, потом решила выйти и подышать свежим воздухом, так как ехать в поезде нужно было чуть меньше суток. А там уж она точно и насидится, и належится. Впервые за несколько дней она ощутила острый голод во всём теле. Это дикое чувство жажды еды стучало в висках, затылке, в желудке, слабостью отдавало в руках и ногах. Она без труда нашла недалеко от вокзала павильон со свежей выпечкой, где купила сразу три пирожка: с капустой, с картошкой и с рисом. Впервые за десять последних лет, пока она жила с Олегом, Вера съела эту стряпню без зазрения совести, совершенно не беспокоясь, что завтра же она вылезет дополнительным сантиметром на талии. Это был первый шажок к освобождению от Олега, от Ленки, от прошлой несчастливой жизни с любимым, но не любящим человеком. Теперь она могла начать жить для себя, жить своими желаниями, иными мечтами, возможностью найти себя новую, возможностью общаться с другими интересными людьми, возможностью работать, в конце концов.

Ведь Олег запрещал ей и думать о работе. Он требовал безукоризненной чистоты в доме, свежеприготовленной еды, выстиранных и наглаженных рубашек каждый день. А она, как марионетка, всё исполняла. Послезавтра ей тридцать лет, а для себя она еще и не пожила. Однако то, что все эти перемены, возможно, к лучшему, Вера пока еще не осознавала. Внутри сидел забитый волчонок, напуганный резкими переменами, предательством, неизвестностью, который не верил ни во что хорошее. С тёплым чувством сытости и гулом в голове Вера вернулась на вокзал. До поезда оставалось ещё два часа. Около часа она разглядывала сувенирчики в привокзальных магазинах, ещё полчаса любовалась цветами в витрине. «А мне ведь Олег ни разу не подарил цветов. Он даже и не знал, какие я люблю. Да, я любым была бы рада из его рук. Но, вот те жёлтые пушистые хризантемы, похожие на гигантские одуванчики, просто загляденье», – подумала Вера и улыбнулась. Потом она решительным шагом направилась в отдел с канцелярией и приобрела там несколько ручек, карандаш, толстую тетрадь и блокнот.

«Буду записывать в него всё хорошее, что произойдёт со мной. А затем, перечитывая, вспоминать и поднимать себе настроение», – с этими мыслями она вышла на перрон и носом поймала запах приближающегося поезда. – «Ну, удачи мне в новой жизни», – с грустью подумала Вера и поднялась в вагон. Она с удовольствием заметила, что в её купе никого из пассажиров пока не было, поэтому она, не спеша, смогла разложить вещи и расстелить бельё. Уже перед самым отправлением возле девушки уселся незнакомый, долговязый парень в очках. Он беспомощно взглянул на неё, потом протиснулся к окошку, кого-то долго там выглядывал и махал.

Парень вёл себя как-то нервно и неуверенно, казалось, будто он хотел о чём-то спросить или попросить, но никак не решался. В итоге, он вышел в тамбур, где долго курил и рассматривал темнеющий пейзаж за окном. Когда сосед вернулся, Вера уже почти провалилась в сон. Однако сквозь него она всё-таки понимала, что молодой человек пытается кому-то дозвониться, но у него это никак не выходит.

Он периодически делал паузы между звонками, а потом снова набирал и набирал всё тот же номер. В конце концов, трубку взяла девушка и стала высказывать ему какие-то претензии недовольным тоном.

«Нет, милая, хорошо, я всё понял. Нет, пока вдвоём едем в купе. Нет, милая, ни о чём не говорили, я и не собирался, – ты же знаешь, что мне только ты нужна. Целую, милая…», – прерывисто отвечал парень. Вера потуже укуталась в одеяло и с усталой улыбкой провалилась в сон.

Всю ночь ей снился Олег. Под утро в видение «пролезла» Ленка и с неприятными искорками в глазах доказывала Вере свою невиновность во всём произошедшем. Периодически девушка просыпалась, как в бреду, и молилась о том, чтобы всё это оказалось сном: её жизнь с Олегом, предательство подруги, потеря ребёнка. Она снова и снова открывала глаза, видела отблески фонарей, пробегающие по купе, зажмуривалась и старалась уснуть.

Наступил новый день. Вера проснулась и заметила, что сосед её уже вышел на какой-то станции, либо ночью, либо рано утром. Она даже обрадовалась этому, так как абсолютно не представляла, как вести себя с подобными людьми и в подобных ситуациях. Остаток дня она проехала одна, поглядывая в окно и любуясь природой. Деревья уже полностью вырядились в свои зелёные платьица и встали ровным рядом, словно на конкурсе красоты. Ласковое солнышко, как хамелеон, периодически меняло свой цвет, выбрасывая то оранжевые, то жёлтые лепестки лучей. Вера жмурилась и улыбалась, несмотря на то, что в душе царил хаос. Но все мрачные мысли она старалась гнать от себя, настраиваясь на то, что на месте её ждёт, как минимум, ещё одно испытание, – похороны дяди.

Уже почти стемнело, когда девушка добралась до конечной станции. Однако на этом её путь ещё не был завершён, – оставалось добраться на автобусе или машине до населённого пункта под названием «Воскресенское».

Вера спустилась со ступенек вагона и всмотрелась в темноту. Лёгкий ветерок трепал волосы на макушке, в воздухе пахло сиренью. Вокруг не было ни души. Тени деревьев покорно шелестели при малейшем дуновении ветра, а впереди зажглись окна то ли бирюзового, то ли голубого здания вокзала.

Вера перешагнула через рельсы и вдохнула с детства любимый запах шпал. А ещё этот запах напомнил ей о том, как она уезжала в Москву за Олегом. В сознании вдруг всплыли неприятные картинки последней их встречи. Она снова рисовала в голове его образ, серые глаза, не выражавшие по отношению к ней ничего, красивую спортивную спину, сильные руки, волосы, растрёпанные в суете приготовлений к предстоящей встрече с любимой и малышкой.

«Теперь у него есть семья, настоящая, и ребёнок, а у меня нет ничего…», – снова пронеслось в голове, но она с силой покачала ею, словно вытряхивая оттуда эти мысли навсегда. Вера зашла в здание вокзала, где тоже не было ни одного человека, кроме кассира. Она подошла к окошку кассы, чтобы узнать о дальнейшем своём направлении. К её разочарованию, последний автобус на сегодня уже ушёл, а такси, которое могло бы доставить её до дома дяди, здесь не водилось.

– Так, что же мне делать? – спросила Вера.

– Не знаю, ждите до завтра. В обед должен быть автобус, если не сломается по дороге, – сухо и без энтузиазма ответила дама в окошке.

– Понимаете, у меня дядя умер. Мне нужно его похоронить. Я не могу просто сидеть на вокзале и терять время, – с мольбой в глазах снова обратилась Вера к кассирше. На этот раз собеседница, видимо, прониклась ситуацией, слегка посмотрела на девушку, вздохнула и предположила:

– Может, у вокзала Валерка стоит? Он у нас так часто подрабатывает. Правда, на сегодня все поезда уже прошли. Но посмотрите, на всякий случай, может, он ещё не уехал.

– Спасибо! А, это не опасно, ехать с посторонним в машине? – уточнила Вера, бросившись к выходу.

– Да, какой же он посторонний?! – усмехнулась дама, плюнув на палец и заправив выбившийся волосок в чёлку, – его всё село знает и часть области.

– А, хорошо, спасибо! – прокричала Вера и выбежала на улицу. Метров через пятнадцать, чуть левее вокзала, в темноте, она действительно заприметила «Жигули-семёрку», тёмно-вишнёвого цвета.

– Простите, простите, Вы – Валера? Валерий? – спросила Вера, постучав по стеклу авто.