Вербера. Ветер Перемен
Шрифт:
Рравеш тем временем выглядывает в окошко и просит возницу сделать крюк к южным воротам.
Я молчу, но не могу отделаться от мысли, что он всё-таки рехнулся. Собирается вот так просто взять и выйти среди бела дня? Или пуще того – выехать в экипаже, и надеется, что туда никто не заглянет?.. Впрочем, возможно, лорд не совсем безумен – дальше выйти из города будет только сложнее, когда инквизиторы разберутся, что к чему и обнаружат потери… но есть ли на самом деле разница между “невозможно” и “совершенно невозможно”? Или у него там кто-то свой?
– Надевай свой плащ на некроманта, – приказывает лорд. – Быстрее.
Я слушаюсь. Оба ножа вытаскиваю, обтираю об одежду некроманта, один возвращаю в ножны, другой забирает Рравеш. Мельком отвечаю, что он протёр моим плащом, который теперь на некроманте, не только лезвие, но и рукоятку, которая побывала в моих руках, и почему-то хочется за это плюнуть ему под ноги. Оскорбление за оскорбление… вот только момент не подходящий, как и соотношение сил.
Экипаж сворачивает на небольшой переулок, ведущий уже к самим воротам, возница сбавляет ход, ожидая в любой момент команды остановиться…
– Будешь визжать над телом некроманта, – приказывает лорд. – Можешь кричать, что хочешь, но так, чтобы вся стража от ворот хоть на пять минут к тебе сбежалась. Через час не найдёшь меня за воротами, будет больно.
– А как я должна выйти из города? – недовольно щурюсь на лорда. Кошкой, богиня, пожалуйста, в следующей жизни просто кошкой…
– Птичкой, – хмыкает он и стучит вознице в стенку, приказывая остановиться. – Не мне тебя учить, метаморф.
Я беру некроманта и послушно выбираюсь наружу, удерживая своего уже неживого спутника в вертикальном положении. К счастью, наша с Рравешем общая жертва не так уж тяжела, а способности метаморфа позволяют сделать себя очень и очень сильной… а вот что меня действительно беспокоит, помимо опасности попасть снова к Инквизиции – это то, что паладин знает о метаморфах слишком много. Айгор вот был уверен, что я могу менять лишь человеческие обличья… а этот… этот знает.
Выдержав паузу в полминуты – ждала, пока экипаж скроется за поворотом, я бросила реквизит в виде некроманта на землю, чуть поправила получившуюся позу, запахнула плащ, чтобы татуировки не было видно… и стала визжать. На “помогите!” люди реагируют куда хуже, чем просто на визг.
Очень скоро послышались первые шаги, в окнах зашевелились занавески, захлопали входные двери… и очень быстро вокруг образовалась толпа. Настроена толпа была по-разному:
– Что случилось?!
– Милая, что с вами?
– Нужна помощь?
– Он мёртв? Болен? Заразный?!
– Чего орёшь, припадочная?!
– Что? Что?!
Я дождалась, пока ко мне через толпу пробьются стражники, и заголосила с новой силой. Теперь уже со словами:
– Убийца… убийцаааа!.. У-у-у-у…
Сначала я собиралась честно заявить на лорда Рравеша – дескать, он убил несчастного невинного прохожего, потом подумала, что ни к чему наводить Инквизицию на след. Они и так догадаются, но пусть честно переберут все выходы из города, начиная с самых малоохраняемых, незачем помогать им и связывать имя Рравеша с южными воротами…
– Куда побежал? Как он выглядел?.. – один из стражников встряхнул меня за плечи, и я, подвывая “в зелёном плаще-е-е-е, с ножо-о-ом”, указала в направлении узкой, петляющей улочки. Кажется, это одна из самых неудобных и узких улиц не только в столице, но и во всей стране… пусть побегают. Зелёный плащ в последнее время в моде…
Несколько стражников послушно рванули в нужном направлении, двое остались на месте предполагаемого преступления, пытаясь вернуть тихому обычно переулку былое спокойствие:
– Расходитесь. Расходитесь!.. – увещевали они набежавших граждан. Граждане слушались с неохотой, желая досмотреть происшествие до конца, выжать из него максимум для того, чтобы вечером за элем или чаем с пирожками делиться с соседями и друзьями…
Один из стражников склонился над трупом, осматривая. Свистнул, подзывая товарища – теперь они таращились на узоры на теле некроманта вдвоём.
– Вы его знаете? – подозрительно поинтересовался один из них у меня.
– Нет… Я просто шла мимо. На рынок собиралась… А тут он выскочил, откуда ни возьмись, толкнул меня, я упала… а этого господина – он навстречу мне шёл – пырнул ножом… кажется, несколько раз!
Почему один из разов пришёлся в спину – это уж вы сами потом гадайте, господа. Жаль, что заплакать у меня не получается, ну да ничего…
– Некромант, – тем временем неосмотрительно говорит один стражник другому то, что и так читается в их взглядах… и я немедленно этим пользуюсь: вскакиваю на ноги и отбегаю подальше. Оттуда смотрю на хмурящихся мужчин огромными круглыми глазами, повторяю визгливо: “некро… некромант?!”, зажимаю себе рот, имитируя, что сейчас стошнит и бросаюсь прочь.
Они не сразу понимают, что я рванула не на несколько шагов, чтобы в уголочке тихо справиться со стрессом, а по широкой улице, выходящей к рынку…
– Стой! Девка, ну стой же! Дурёха… – мне вслед несутся проклятия и торопливый топот.
Ну всё, паладин, я сделала и правда всё, что могла. Если на воротах кто и остался, думаю, он всего один, максимум двое – справишься как-нибудь… не мне тебя учить!
Народа возле рынка много, и стражникам сложно за мной поспеть, а я ещё и золотые монеты, прихваченные с собой, рассыпаю, выигрывая время. Пробегаю по рынку, петляя между рядов и убедившись после очередного поворота, что преследователей нет, ныряю в первую попавшуюся лавку с платьями. Хватаю одно, бросив на ходу, что госпожа отпустила меня буквально на двадцать минут и времени у меня очень мало, скрываюсь с ним в примерочной… нет-нет, помощь мне не нужна, мне надо просто спокойно примерить и подумать.
Не тратя время на то, чтобы снять платье – само свалится, обращаюсь в кошку и выскакиваю на улицу. Пробегаю под самыми ногами у рыскающих по рынку стражников, даю по носу когтистой лапой излишне смелой и наглой собаке, взбираюсь на дерево, и там уже, не спеша, продумываю, какой птицей стать.
Метаморф может принять любое обличье, но то, которое ещё не принимал, требует подготовки. Надо хорошо представить, что должно получиться, каждую свою часть, во всех деталях. Я не хочу становиться воробьём или голубем – меня сцапает какой-нибудь орёл или коршун раньше, чем я доберусь до паладина. А вот хищной птицей я пока ни разу не была… Так что минут двадцать я трачу, придумывая себе вид. И только после этого преодолеваю забор вокруг города, не поленившись пролететь над южными воротами и понаблюдать за суетой – там уже снуют инквизиторы, и направляюсь на поиски хозяина. Чтоб ему память и остатки силы отшибло!
Увы, ничего паладину не отшибло, даже, кажется, чувство собственной важности не особо пострадало. Я нашла его через полчаса после вылета, и теперь кружу сверху, не собираясь спускаться. Даже интересно, он меня уже почуял, или у него просто совершенно нет чувства времени, и он не знает, что час прошёл?..
Рравеш идёт на запад, минуя ближайшие деревни, хотя я была уверена, что он зайдёт разжиться одеждой и припасами. Впрочем, оказаться как можно дальше – сейчас самое важное. Интересно, как они будут его ловить, если он в курсе всех их хитростей?