Веретено Судьбы. Побеждая мрак
Шрифт:
Бенгар в комнате единения медитировал, общаясь с Хаосом. Жрицы в Башнях Света объединили сознание с Праей, чтобы распределить роли в предстоящем ритуале. И все они посредством Омете и Бужумбры общались между собой. Лишь трое посланцев с Земли не участвовали в подготовке к обряду. Их не задевала суета, так как им была уготована роль наблюдателей. Теперь, когда последние тайны открыты им предстоит созерцать грандиозный финал, который увенчает их приключение.
И вот, долгожданный момент настал. Жрицы вышли из световых столбов своих Башен и поднялись на самую верхнюю площадку к Живому огню. Они извлекли линзы, которые фокусировали свет, освещавший их храмы. С песнями и молитвами каждая из девушек подняла линзу над головой и направила новый луч света в сторону Главной Башни.
Там уже Бенгар и Прая руководили ритуалом. Как представители Света и Тьмы они должны были заключить новый договор и принести жертву. Эту роль добровольно принял Омете. Он уже давно решил воссоединиться с Мраком, а в свете последних событий его решимость окрепла. Хаос был его любимой, их любовь подарит новый мир.
Дети Хаоса от мала до велика собрались около Башни Священного Пламени. Многие принесли с собой факелы и держались за них как утопающий за соломинку. Лица подёрнуты тревогой, в голове сумятица мыслей. С верхней площадки Башни море чёрных голов переливалось искрами огня. Тьма и свет перемешались.
Тем временем на границе Порядка и Хаоса из черноты появлялись и тут же исчезали в ней монстры, вулканы, корабли и люди. Мрак реагировал на сумбурные мысли своих детей.
В месте пересечения огненных лучей образовался шар ревущего огня. В этот нестерпимый свет шагнул Омете. Вспышка и они видят мага в центре беснующегося сверкающего водоворота. Его радужные очертания призрачны, но, тем не менее, это он и он жив! Омете поднял руку в последнем приветствии и поклонился, собравшиеся повторили его движения.
– Да-а-а! – утробно заурчал Мрак.
Мутная бездна исторгла восемь антрацитовых щупалец. Как пальцы страждущего путника, что замёрз и устал, они с вожделением потянулись к огню на Главной Башне. Пытаясь дотянуться до шара огня, Мрак просунул свои конечности между городами и вот один чёрный палец прикоснулся к сфере, другой. Один за одним они касались огня и шар начал вращаться, всасывая их в себя. Свет и Тьма смешались.
Слепящие лучи обжигали глаза. Агатовые смерчи казались провалами в никуда, будто черные небеса треснули, а внутри них укрылась ещё более густая тьма. Бесконечная ночь.
Бешено крутящийся сгусток первозданного Хаоса и Огня начал подниматься вверх. Огонь на Башнях потускнел. Он уже не мог бороться с Тьмой, и мир стал пропадать. На глазах у многих были слёзы, но почти все были готовы принять свою участь, какой бы она ни была.
Марина закрыла глаза и увидела происходящее с другой точки. Она высоко, над Дамрамиром. Он стал похож на карту, нарисованную на старом пергаменте. Белова видела, как лучи образовали восьмиконечную звезду. Словно спицы гигантского колеса готового вот-вот завертеться они нестерпимо сияли. Из мрака протянулись щупальца тьмы. Они как змеи проползли между городами и их Башнями, влились в яркую точку посреди невероятного пейзажа. Марина с восторгом следила, как из Светлого ей навстречу несётся огненная комета и, пролетая мимо нее, озаряет своим светом. Там, внутри пламени, она успевает заметить две фигуры слившиеся в одну. Дамрамир меркнет, гаснет. Она слышит горестный стон. И вдруг загорелось солнце, которое словно водой окатило планету, родившуюся из мрака. Маг действительно подарил своим подопечным целую Вселенную.
Борис проснулся, снял наглазники и огляделся. Ангела и след простыл и это не к добру. Амулет не действует и он не знает, где Марина. Но догадывается. Как только Порываев вернулся, Зимин набросился на него с расспросами:
– А ну рассказывай, о чём секретничали?
Гриша не стал упираться, но начал неохотно.
– Марина спросила меня, нравится ли она мне или это привязанность человека в тело, которого я вселился: «Я нравлюсь тебе или душе этого парня? Кто на самом деле говорит со мной?»
Я ей сказал: «Его души здесь нет. Только я. Ты мне нравишься, но...» «Что но?» – говорит.- У ангелов не может быть девушки?» Не знаю, наверное, может, – я и правда не знаю. И тут же говорит: « Так вот, я буду твоей девушкой».
Демон от таких новостей забегал из угла в угол, останавливаясь лишь для того, чтобы бросить отдельные слова!
– Марина, будет твоей, кем? Ну, не-е-ет! Не может быть. Ах ты, святоша!- палец Зимина уперся в ангела.- Всё прикидывался невинным младенцем, а оказался серым Казановой! Невероятно, возмутительно!!! Я буду жаловаться, – он сник.- Это нечестно...
Демон мгновенно оценив ситуацию выпалил:
– То, что я остаюсь в стороне!
– Тебя никто не прогонит, – заявила Белова.- Я открываю тебя заново. Это так интересно.
Сборы были недолгими. Проводить их домой пришли новые правители Дамрамира.
Ребята уже встали внутри пентаграммы и терпеливо ждали, когда Белова присоединиться к ним. Подняв руки, они прощально взмахнули, и мир вокруг рассыпался на тысячи маленьких кусочков и снова головоломкой сложился в знакомые очертания гримуара Изольды.