Веревки и цепи. Часть первая - Веревки. [СИ]
Шрифт:
Я вздрогнула от этого звука - каждый нерв был напряжен, если раньше болела только голова, то теперь боль охватила все тело. Я присела на кровать и расплакалась. Что я наделала? Что же я наделала?
Взяла и накричала на него.
– Ну и что!
– закричала я, и подскочив схватила будильник, кинув его в стену. Мое напряжение и страх выплеснулось, переполнив чашу терпения.
– Ненавижу!
– я кричала так, будто это были мои последние слова в этой жизни, - Ненавижу тебя! И никогда не буду с тобой!!
Внезапно что-то щелкнуло и я резко повернулась, думая, что этот звук исходил из ванной. Но я ошиблась. Это что-то щелкнуло у меня в голове и я не успев остановить свое тело запуталась в ногах и стала падать. Как в замедленной съемке я чувствовала как мое тело неотвратимо падает на мягкий бежевый ковер и попробовала ухватиться за что-то, но моя рука медленно, мучительно медленно поднялась и заплаканными глазами я увидела как она ухватила только воздух.
Взрыв боли в голове и мгновение спустя волосы почему-то становятся липкими, а глаза закрываются, я надеюсь навсегда.
– Костя...
***
Я резко открыла глаза и попыталась сесть, но боль и чьи-то заботливые руки мне этого не позволили.
– Здравствуйте Ирина, - улыбнулся пожилой мужчина, - с возращением.
С возращением? Не понимаю. И кто такая Ирина?
Я схватилась за голову и зашипела.
– Не стоит так напрягаться, сейчас я вколю вам обезболивающее, и все пройдет, - ласково произнес он.
Я вскинулась и враждебно посмотрела на него.
– Не пугайтесь меня. Я Олег Петрович, ваш лечащий врач, - объяснил он и поправил мне подушки.
– Расслабьтесь и выслушайте меня. Вы меня понимаете?
– Я кивнула и улеглась обратно, не сводя настороженного взгляда с врача.
– Вы помните что-нибудь?
Не успела я покачать головой, как дверь в палату открылась и сюда ввалился мужчина в сопровождении парня и нескольких мужчина, одетых в темные костюмы. Крутые пацаны.
– Ира!
– хрипло произнес главный мужчина и направился ко мне. Я вся подобралась и натянула до подбородка одеяло. Кинув взгляд на парня я увидела его испуганный и жалостливый взгляд.
– Константин Викторович уйдите пожалуйста, - сказал врач и встал, загородив меня от новоприбывшего.
– У меня есть основания полагать, что ваша жена потеряла память.
– Что?
– мужчина замер и посмотрел на меня. Из под одеяла на него смотрели только мои огромные карие глаза. Надо сказать с любопытством смотрели. Было на что.
Константин Викторович представлял собой если не идеал мужчины, то приближенную к идеалу модель. И прическа у него забавная, для мужчины. Но она ему шла.
– Ирина Кирилловна после пробуждения не сказал еще не одного слова, а вы ее пугайте. Она слишком долго пролежала в коме, так что это просто чудо, что она очнулась.
Это они обо мне? Я потеряла память? Какая чушь! Я... меня зовут... черт, что такое?!
Я задрожала от волнения.
Хорошо. Тогда моя мама, ее зовут... дьявол не помню! Какое-то расплывчатое пятно во всей голове, будто память прожжена кислотой. Напрягать ее было невыносимо больно, отчего слезы выступили на глазах.
– Ира!
– мужчина увидев на моих глазах слезы, оттолкнул врача и кинулся ко мне. Я вздрогнула и мое тело на автомате попыталось сохранить между нами дистанцию поэтому я ударилась головой о спинку койки и тут же скрючилась от боли, заскулив.
– Выведите его, - попросил врач кого-то, - Константин Викторович, вы пугаете ее. Она вас боится, покиньте палату.
– Ира...
– прошептал мужчина, а я еще сильнее сжалась, - скажи что-нибудь, пожалуйста...
– У... у-х-ходи, - просипела я всплывшее в памяти слово. Не знаю почему, но я почувствовала, что это именно то слово, которое я должна была произнести.
– Все в порядке, - мягко проговорил доктор, когда дверь палаты мягко прикрылась за гостями, - сейчас я введу лекарство и вы заснете.
Я вздрогнула, когда игла протыкая кожу впилась мне в вену. Почему-то во мне вызвало это дикий страх, хотя в школе я была всегда первая за прививками.
– Хорошо. Поспите.
Игла исчезла и засыпая я все же спросила:
– Как меня зовут?
– Ирина... Ирина Кирилловна Стрельцова, - от фамилии меня передернуло, но я не обратила на это внимания, списав все на усталость и нервы.
Проснулась я на следующий день, но не подала виду, потому как услышала как кто-то разговаривает, а так же кто-то держит меня за руку.
– У вашей жены амнезия, - объяснял доктор.
– И она вас боится. Может было что-то такое перед тем как она ударилась головой? Может ссора между вами?
– Мы немного повздорили, - тихо признался, как оказалось, мой муж, который держал меня нежно за руку. Мне пришлось пересилить себя, чтобы не выдернуть свою кисть из его длинных и нежных пальцев.
– Но мы довольно часто ссорились и это было в порядке вещей. Обычно мы всегда мирились. Это даже не были ссоры, а некая необходимость. Ира... она как жгучая лава, как взрыв... и не может жить спокойно.
– И все же я настаиваю, что такой эффект именно от того, что вы повздорили. Мой вам совет, когда она проснется, то попросите у нее прощения. Она же чувствует последние события и поэтому такое поведение.
– Конечно доктор.
– Я рад, что мы друг друга поняли. Что ж, я пожалуй пойду, - и судя по звукам врач вышел из палаты.
Я зашевелилась и будто во сне вырвала свою кисть из его рук.
– Ира, как ты себя чувствуешь?
Его голос. Он был таким нежным... но все же разрядом прошелся по струнам моих нервов. Я должна успокоиться. Он все же мой муж, надо постараться его понять и вспомнить хоть что-то.
– Хорошо, - прохрипела я, - можно мне попить?
Мой муж тут же подорвался и взяв с тумбочки кружку, напоил меня.
– Я очень волновался. Ты была в коме три недели, - я недоверчиво посмотрела на мужчину.
– Что случилось?
– Мы.. немного повздорили тем вечером и я вышел из комнаты, к когда вернулся, - он судорожно вздохнул, - скорее всего ты потеряла равновесие и когда падала ударилась головой о тумбочку.
– Ничего не помню, - честно призналась я.