Чтение онлайн

– Ты же знаешь, что они меня не переносят также как и я их, навряд ли они скажут мне правду или вообще хоть что-то скажут, - поясняю ей я, хотя она и сама это прекрасно знает. – Только скажи, что сама не можешь до него дозвониться, ничего про меня не говори, ладно?

– Хорошо, - терпеливо отвечает подруга и, набрав номер, подносит телефон к уху.

По лицу Джессики понятно, что и она начала немного волноваться, наверное, раньше она могла бы подумать, что это вполне в его духе пропасть на несколько дней, улететь в другую страну, уйти в запой, но сейчас Джек не один и Джессика прекрасно понимает и знает что он бы просто так не исчез, оставив меня в неведении.

– Миссис Фостер? – спрашивает Джессика, начиная ходить по комнате.

Внутри тут же что-то ёкнуло, живот неприятно свело, чувствую, не к добру всё это.

– Это Джессика Кроуфорд, я хотела спросить, где Джек, я просто не могу до него дозвониться, нужно поговорить с ним насчёт костюма на свадьбу, - смеётся подруга, дабы перевести всё в дружеский лад.

Хорош придумала.

– Что? – моментально меняется в лице Джессика став куда серьезнее и обеспокоеннее. – Какой… соболезную вам.

Что? Соболезнует? Боже мой, что случилось? В голову лезут просто ужасные мысли, а на глаза вот-вот готовы набежать слёзы.

Джессика заканчивает разговор и с опаской переводит на меня взгляд.

Нет, нет, нет!

– Клэр, Жозефин, она…

– Боже, - вздыхаю я, прикрывая рот рукой.

– Джек, как только узнал, сразу исчез, его родители думают, что он на Лонг-Айленд, - сев на кровать обнимает меня Джессика.

Но как такое могло произойти? Ещё пару дней назад мы видели её абсолютно здоровой, она наоборот шла на поправку.… Недаром говорят, что перед смертью становится лучше.

– Мне нужно поехать к нему, - решаю я, поднимаясь с кровати.

– Думаю, он хочет побыть один, раз сбежал ото всех даже от тебя, - говорит Джессика, будто нехотя.

– Да, он хочет, - уверенно отвечаю я, подруге сверля её взглядом. – Но сейчас ему нельзя быть одному, поверь мне, я знаю, о чём говорю.

Джессика со мной не спорит, лишь поджимает губы и опускает взгляд. Взяв лёгкую куртку, я выхожу на улицу и, поймав такси, называю адрес, а точнее просто остров.

Понимаю как Джеку сейчас тяжело, Жозефин была для него не просто любимой бабушкой, можно сказать она была его маленькой семьёй, единственным светлым человеком из всех его родных. Я прекрасно понимаю, что он хочет сейчас остаться один, сбежать ото всех и закопаться в собственных мыслях, это нормально – хотеть этого, но этого нельзя допускать.

В своё время я тоже жаждала одиночества, и я его получала, я училась, работала, постоянно виделась с людьми и носила маску человека, у которого всё хорошо, но я была одинока. Я не показывала своего настоящего состояния, не говорила о своих чувствах, не показывала как мне больно даже Джессике. И когда дверь моей квартиры закрывалась, я затихала, как только я оставалась одна со своими мыслями я уже не могла справиться с ними, не могла контролировать мысли, которые убивали меня изнутри словно какой-то паразит. И если бы не Джессика, которая вопреки всем моим запретам ворвалась в мою жизнь и проводила со мной каждую свободную минуту,… не знаю, что бы в итоге со мной стало. Наверное, я бы превратилась в овощ, который только и делает, что винит себя в случившемся. Поэтому я должна помочь Джеку справиться с этим, должна помочь ему пережить первое время, я должна убедить его, что это не конец.

Мы едем достаточно долго и когда машина, наконец, останавливается неподалёку от дома Джека, на улице уже темнеет. Расплатившись с таксистом, я продолжаю путь пешком, солнце уже садится, мне нужно успеть до темноты иначе я потеряюсь в этом «лесу».

На сердце не спокойно, мне жаль Жозефин, мне жаль, что такое случилось, но я знала её всего год, а видела всего пару раз, поэтому мои чувств сейчас ничто по сравнению с тем, что сейчас чувствует Джек, но я всё равно понимаю его лучше, чем кто-либо другой.

Двери открыты, это значит, что Джек и вправду здесь. Как только я ступаю на порог, то сразу же чувствую любимый запах, я поняла, Джек пахнет как этот дом, пахнет древесиной и лесом после дождя. Внутри стоит мёртвая тишина, могу поспорить на то, что Джек напился и теперь спит и это нормально – желать заглушить боль от утраты, уйти от неё. Только у кого-то это алкоголь и возможно наркотики, а у кого-то это работа и полная занятость, как у меня, например.

Оставив сумку в коридоре я начинаю просматривать комнаты, в гостиной, на кухне и в кабинете Джека нет и пройдя весь первый этаж я его не нахожу, значит, он на втором. Тихо поднимаясь по деревянной лестнице, которая немного поскрипывает, я сразу же его нахожу.

Дверь в одну из спален настежь открыта, Джек сидит на кровати, сжимая в руке стакан, как я догадываюсь с алкоголем. Он смотрит на стакан в своей руке, а я даже с расстояния замечаю осколки на полу и его руку с уже засохшей кровью.

– Зачем ты пришла? – переведя на меня мёртвый взгляд, спрашивает Джек голосом, от которого веет холодом за версту. – Неужели было не понятно, что я хочу остаться один?

По голосу можно сказать, что Джек совсем не пьян. Я игнорирую его слова, его тон и его грубость, сейчас он может сказать кучу глупостей и я должна их игнорировать.

Я захожу в комнату и только сейчас замечаю как в доме холодно, неуверенно стоя в дверях, я не знаю, с чего начать и как вообще люди говорят о смерти?

– Клэр, уходи, - сухо просит меня Джек и делает глоток содержимое стакана, что он держит в руке.

– Я не уйду, - от волнения сорванным голосом отвечаю я, медленно проходя в комнату. – Джек, ты не один.

– Хватит! – чуть ли не рычи он, переведя на меня взгляд, на его руке я замечаю часы, которых раньше не было.

– Послушай, - быстро подхожу к нему я, сажусь рядом и беру Джека за холодную руку, которую пытаюсь согреть. – Я знаю, что ты испытываешь, знаю, какую пустоту ты сейчас чувствуешь, как тебе страшно и больно, но поверь мне...

– Перестань говорить мне, что я чувствую, - всё также холодно огрызается Джек, перебив меня он выдергивает свою ладонь из моей и выходит из комнаты, проходя прямо по осколкам.

Я тяжело выдыхаю и иду за ним.

– Джек, не закрывайся в себе, не отстраняйся от меня, от своей семьи, - идя за ним, говорю я, но тут Джек резко останавливается и, усмехнувшись, начинает сверлить меня ледяным взглядом.

– Семья, Клэр? – усмехается он, подходя ближе ко мне.
– У меня больше нет семьи.

И тут я не выдерживаю его наглости и даю ему хорошую пощёчину, моментально чувствуя жжению в ладони. Джек ошарашено смотрит на меня и, кажется, начинает приходить в себя.

– Не смей говорить, что у тебя нет семьи, Джек - шиплю я, чувствуя невероятную злость, обиду и боль.

Глаза наполняются слезами, но я всё ещё здесь и я не собираюсь уходить.

– У тебя есть родители и что бы они не делали они любят тебя, у тебя есть друзья, которые переживают за тебя, у тебя есть я и я люблю тебя, Джек и не знаю кто я тебе, но ты - моя семья. И я бы сделала всё, я бы многое отдала, чтобы хотя бы попрощаться со своими родителями, и ты даже не представляешь какого это не иметь возможности просто взглянуть на них, и я не хочу, чтобы ты знал. Поэтому не смей так говорить, у тебя нет на это права!