Чтение онлайн

Вышнев судорожно дышал, сжимая и разжимая кулаки.

– Разве не видишь, они заманивают тебя. Сначала этот дом в Светозаре, потом Веригла с драконом. А завтра Добромир предложит тебе место в команде. Все хотят заполучить тебя.

«А мне нужен только ты, – подумала я, – но ты этого не видишь».

Отведя взгляд от Эрвина, я отключилась от разговора, направив внимание на прекрасную пару. Мечислав с Селиной танцевали тарантеллу. Селина изящно и легко двигалась, все силы направив на то, чтобы не выдать волнения. Я одна это вижу? Незаметно поглядев по сторонам, я вновь взглянула на них. Селина плавно шагала рядом с партнером, который добивался её внимания, танец начинался с ухаживания кавалера. Наверное, девушки падали к ногам Мечислава, когда он – молодой чемпион выходил на танцпол. В голову почему-то пришло сравнение с Добромиром. Мне срочно захотелось увидеть его. Почти мгновенно отыскав Добромира среди танцующих пар, я устремила на него взгляд. Ведя в танце Асанну, он был прекрасен, совершенен во всем, от него тоже невозможно было оторвать глаз, как и от Мечислава.

– Соня! – резкий оклик Эрвина вывел меня из созерцания.

Я вздрогнула и взглянула в его потемневшие от ярости глаза. В этот момент оркестр сделал паузу, и ритм понесся вскачь. Вторая часть танца была стремительной. Мне нравилась тарантелла, но танцевать её я не умела, слишком много быстрых сменяющихся фигур. Около нас услужливо склонился официант. Воздух в зале накалился, как в пустыне. Эрвин взял бокал, но я вцепилась в него, отобрала бокал, выпила залпом и рухнула в тишину.

«Я никогда не падаю в обморок» – пришла первая осознанная мысль, когда я открыла глаза. Комната покачнулась, потолок начал наваливаться на меня, подкатила тошнота, внутренности скрутил спазм, я свесила голову с кровати, и Эрвин (откуда он здесь взялся?) успел подставить ведро. Он поддержал мои волосы, вытер мокрой салфеткой лицо и уложил обратно в постель.

– Ты отравилась, – сказал Вышнев, – выпей воды, станет легче.

– Почему она черная?

– Так надо.

Эрвин бережно поднёс к моим губам стакан с водой. Через силу, но я сделала несколько глотков. Следующие полчаса происходило одно и то же. Темная вода, которая проходила в желудок, исторгалась оттуда. Меня всю трясло, я изнемогла от судорожных сокращений, отталкивала руку истязателя со стаканом воды, но он уговорами и просьбами умудрялся меня напоить. Простой и действенный верховенский способ при отравлении неизвестно чем.

После очередного спазма я без сил упала на подушки.

– Тебе лучше? – спросил Эрвин, вглядываясь в моё лицо.

– Больше ни капли воды, изверг, – я сжала зубы.

Эрвин мягко скользнул к двери, прислушался, осторожно выглянул наружу. Странное поведение Вышнева перевело меня из состояния «умирающего лебедя» в состояние «готовность номер один». В голове стало тесно от спутанных тревожных мыслей. В тишине было слышно, как в темное окно стучит одинокая ветка.

– Тс-с, – произнес Эрвин, оборачиваясь ко мне, – не волнуйся. – Он подошел ко мне, сгреб с кровати, подхватил на руки.

– Уйдём, не прощаясь, – шепнул на ухо и вышел в коридор, освещенный тусклыми ночными лампами.

На мне была больничная пижама в тонкую голубую полосочку, из коротких штанов торчали голые ноги, но переживать об обуви, как и о чудесном платье, исчезнувшим после бала как по волшебству, не было сил. Они испарились с той же скоростью, с которой появились. С точки зрения вечности, мгновенно.

Быстро и бесшумно, точно вор, тащивший драгоценность, Эрвин шагал по пустому коридору со мной на руках. Я жалела, что последнее время в Овечечке сильно разъелась, ведь меня кормили, как изголодавшего дракона. Хотя мой рыцарь даже не запыхался, двигаясь по коридору. Он был готов к любым лишениям, лишь бы утащить жемчужину из сокровищницы. Он метнулся к узкой служебной лестнице и побежал вниз. Я судорожно цеплялась за плечи, забыв про то, что полчаса назад была бледным привидением в полосочку.

– Что случилось? – прошептала я, когда Эрвин остановился около низкой входной двери.

– Ничего, – ответил мой рыцарь, приподняв бровь, – я – страшный собственник, поэтому тебя похитил.

Странно. От кого мы бежим?

За входной дверью беззаботно разлеглась тишина, не надо было даже прислушиваться. Моя интуиция молчала, успокоившись в руках Эрвина. Наш бег по коридорам и лестницам волшебным образом очистил сознание.

– Там никого нет, – сказала я.

Страшный собственник поставил меня на ноги, и толкнул дверь. Закрыта. Недолго думая, он с силой пнул её ногой, дверь с треском отворилась.

Выглянув наружу, Эрвин вновь подхватил меня на руки, и мы вышли на улицу. Ночь. Звездное небо. Тишина и прохлада.

Побег продолжился по темным аллеям. Так стремительно и бестолково я еще ни разу не покидала лечебное учреждение. Наш путь пролегал по тропинкам, вымощенным кирпичом. Над головой навес из сплетенных ветвей, как в зеленом туннеле. Я успела проникнуться волшебством лунного света, который сочился сквозь ветви. Наконец, мы вынырнули из зелёного коридора и очутились возле закрытых ворот ограды, но с калиткой, через которую мы покинули лечебную обитель. Протащив меня еще метров сто, Эрвин плюхнулся на первую попавшуюся лавку.

– В чем дело, ты можешь объяснить? – спросила я, сползая с коленей Вышнева.

– Переночуем в другом месте, – восстанавливая дыхание, ответил Эрвин.

– Нас будут искать, – я подтянула колени к груди, натягивая штаны на голые лодыжки.

– Я чокнутый ревнивец, какие ко мне претензии?

Эрвин снял свою куртку и накинул мне на плечи.

– Как себя чувствуешь? – спросил он, погладив меня по щеке, – замерзла?

Слова Эрвина были в сто раз горячее его куртки, я улыбнулась и прижалась к нему.

– Всё хорошо. Куда мы сейчас?

– На ночной экспресс.

– Сбегаем из Светозара? Не попрощавшись?

Мой вопрос покоробил Эрвина. Неблагодарным я его не назвала, но намёк он уловил мгновенно.

– Пока в лечебнице я отвоевывал место рядом с тобой, чуть не подрался с одним докторишкой. Он был настолько настойчивым, что я… приревновал.

Как он приревновал, я примерно представляла.

– Ты же знаешь, с ревнивцами спорить бесполезно, – он вдруг стал серьезным, – нам надо как можно быстрей покинуть Светозар. Спасибо мы скажем позже, когда выберемся отсюда. Живыми и невредимыми.

Эрвин застегнул на мне куртку и собрался снова подхватить меня на руки, но я запротестовала.

– Подожди, – сказала я, – повернись. – Встала босыми ногами на лавку и запрыгнула Эрвину на спину.

Вышнев подхватил меня под коленки, я вцепилась ему в плечи, и мы понеслись по безлюдным ночным улицам. Вскоре после нескольких кварталов, мои руки стали слабеть. Эрвину, конечно, было легче нести меня на закорках, но моё желание преодолеть расстояние до станции босиком становилось всё более настойчивым.