Чтение онлайн

Но он не мягкий и не милый котик. Он придирался к Руби, когда они только познакомились, и причина не в вечеринке. Он просто пытался защитить свою мать, и нельзя его за это винить. На его месте Руби поступила бы точно так же, хотя, конечно, этого никогда не произойдет. Ее мать меньше всего нуждалась в защите, если только от самой себя.

Дверца машины открылась. Пора идти. Маттео повернулся к Руби, подмигнул ей, улыбнулся, вышел и направился к входу с изящной грацией и легкой походкой.

У Руби засосало под ложечкой. Она вздохнула и заставила себя улыбнуться. Затем пошла за Маттео мимо сверкающих фотокамер. Она остановилась рядом с ним, пока он болтал с кем-то в фойе, вдыхая и выдыхая и широко улыбаясь.

За несколько минут до начала представления они вошли в королевскую ложу. На них уставились все посетители театра. Руби смотрела прямо перед собой, ее нервировал интерес толпы.

Она решила устроиться за спиной Маттео, но он с улыбкой и любезным взмахом руки пригласил ее сесть рядом с ним.

И наклонился к ней ближе, когда погас свет.

– По-вашему, все будет хорошо, как вы говорите?

– Если нет, то вы вернете себе свои деньги, – ответила она.

Заиграла музыка. Атмосферу театра прорезал пронзительно красивый голос индианки. Аудитория ахнула.

Маттео уставился в глаза Руби. По ее спине пробежала дрожь.

– Я могу получить компенсацию другим способом, – сказал он.

Его взгляд скользнул по ее обнаженным плечам и декольте, а потом вернулся к ее глазам. Она чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Его губы изогнулись в многообещающей улыбке. Чем больше проходило времени, тем острее Руби ощущала их взаимное влечение. Ее тело ожило, словно Маттео щелкнул выключателем.

Она откинулась в кресле, не замечая выхода на сцену главных танцоров. Отчасти она знала, что они танцуют, принимая поразительно плавные и красивые позы; их костюмы элегантно струились при каждом шаге. Навязчиво красивая песня рассказывала историю страсти между танцорами.

– Тебе нравится? – прошептал Маттео.

Впервые за несколько месяцев Руби почувствовала себя по-настоящему живой. Этому способствовали танец, театр, заинтересованная толпа и опасное влечение к Маттео.

– Жаль, что я не с ними на сцене, – сказала она, впервые в жизни сомневаясь в своих словах.

– Я хочу увидеть, как ты танцуешь. – Он наклонился к ней ближе; его голос волновал ее. – Я уверен, ты удивительно танцуешь. Может быть, однажды…

На мгновение она решила, что он прикоснется к ней: его рука повисла в воздухе и приземлилась на ее ногу. Руби уставилась на его руку, а затем рискнула взглянуть в сторону – на его профиль, словно обведенный серебристым светом от огней сцены.

Маттео смотрел прямо перед собой и казался сдержанным, но она чувствовала между ними странную энергию, которая заставила ее внезапно ощутить свои обнаженные груди под лифом платья, бедра, скрещенные ноги и ступни в туфлях на шпильке и с ремешками.

Обычно она использовала свое тело, чтобы выразить себя. Танец был ее языком. Она умела читать и чувствовать других через их бессловесные действия. Она видела их нервозность и уверенность в наклоне головы или изгибах плеч. И язык, на котором сейчас говорил Маттео, был таким же чувственным, как и у танцоров балета. Она была возбуждена.

Руби повернулась лицом к сцене, пока танцоры изображали свою мучительную любовь, их тела извивались от удовольствия и боли. И в каждом движении она чувствовала изысканное удовольствие от физической любви. И вдруг увидела себя с Маттео. Это произошло в тот момент, когда главный герой поднял свою возлюбленную, а потом позволил ей скользить по его телу; его руки касались ее талии, груди, лица, обнимали и ласкали.

Руби привыкла танцевать и ощущать руки партнера на своем теле, но ни разу не испытывала того, что сейчас, просто наблюдая за происходящим.

Интересно, Маттео чувствует напряжение в воздухе?

– О чем вы думаете? – прошептала она и не узнала собственный голос.

– По-моему, у меня появилась новая страсть.

Выражение его лица было невыразительным, но от его слов по телу Руби пробежал жаркий трепет. Она наблюдала за финальной сценой, погрузившись в мечтательный туман, и ей казалось, что Маттео ласкает ее.

Наконец все закончилось. Зрители кричали «Браво!» и топали ногами. Ошеломленная, Руби сидела рядом с Маттео. Смотря перед собой, она краем глаза видела его бедро, аплодирующие руки и едва заметную улыбку. Он повернулся к ней.

– Сейчас я должен встретиться с танцорами? – спросил он. – А потом…

Он пронзил ее взглядом, который взволновал ее до глубины души.

Руби повернулась лицом к сцене, хлопая в ладоши и смотря на кланяющихся танцоров. Маттео встал, когда танцоры посмотрели на королевскую ложу, улыбнулся им, помахал рукой и снова зааплодировал.

Руби тоже встала. Ее ноги дрожали. В зале зажегся свет, и зрители стали расходиться. Появилась охрана, которая открыла им двери ложи. Руби пошла следом за Маттео в дальнюю часть театра. Она чувствовала себя почти такой же воодушевленной, как солисты.

Она видела, как все удивленно поднимают брови и широко улыбаются. И знала, что они пристально наблюдают за ней и будут взволнованно сплетничать. Чудачка Руби заигрывает со спонсором.

Ну и пусть болтают. Она не подведет ни себя, ни кого-то другого.

В комнате накрыли столы с напитками и едой. Руби почувствовала у себя на спине руку Маттео, который направлял ее к столам, и растаяла.

Он поднял глаза, снисходительно улыбнулся и сунул ей в руку бокал шампанского. Она едва могла сосредоточиться, пытаясь противостоять физическому влечению к Маттео, пока ее ласкал его пристальный взгляд.

Когда он наклонил голову направо, желая узнать больше информации о ком-то или о чем-то, Руби радостно поднялась на цыпочки и принялась нашептывать ему имена. Он положил руку ей на талию, растопырив пальцы, и притянул ее ближе, а она мимоходом коснулась губами его щеки.

Его кожа была мягкой, но покрытой щетиной, а запах – невероятно тонким. Он был очень привлекательным мужчиной.

– Повтори, – потребовал он, когда она назвала ему чье-то имя.

Как только она попыталась отодвинуться от Маттео, появился официант с большим подносом с канапе, держа его на плече. Маттео шагнул в сторону, пропуская официанта, и притянул Руби к себе. Она стояла не двигаясь, крепко прижимаясь к Маттео грудью и бедром. Ее переполняло жгучее желание.

Она знала, что должна отойти в сторону, но не могла ничего сделать, поэтому продолжала наслаждаться его самоуверенностью, твердостью его тела и сладким стремлением быть к нему еще ближе. В ее жилах бурлила кровь, у Руби закружилась голова.