Чтение онлайн

Даже о нагах вспомнила – они с такой надеждой смотрели на меня, говорили о любви, а я с криком понеслась от них.

Дракон тем временем меня понял и, улегшись недалеко от озерца, придвинул свою огромную голову ближе, теперь уже следя за мной.

Ну а я его воспринимала как большого песика, который у меня был еще в раннем детстве. С трудом сняв с себя платье, я принялась вытаскивать из волос зажимы, а после стянула и белье с туфельками.

С какими стонами и наслаждением я опускалась в горячую купель, я даже не буду думать, но вот дракон повел себя странно: он укрыл свою голову крылом. Может, спать хочет?

Наплескавшись вдоволь и вымыв голову, я решила тут же постирать свое белье и разложить его на камнях, предоставив солнышку сушку.

А вот с платьем нужно было что-то делать. Местами грязное и полностью измятое, оно было уже окончательно испорчено. Но вот материи тут была уйма, и я, оторвав от нижних юбок приличный отрез, намотала на себя на манер тоги и босиком предстала перед драконом во всей красе.

– Ну как тебе? – я крутилась перед его мордой.

Он к моменту моего одевания уже опустил крыло и неподвижно смотрел на меня своими глазами-шариками.

– Красивая, – пророкотал он.

– И ты красивый!

Я решительно подошла к морде и обняла его голову. Пусть знает, что мне нравятся драконы. А ему полезно будет ко мне привыкнуть.

Он интенсивно дышал, смешно щекоча своим дыханием. Это как стоять на выхлопе какой-то большой системы, где подаются и выпускаются потоки воздуха.

– Моя, – опять рычал дракон.

– Твоя, твоя, – не спорила я. – А ты мой? – стала мне любопытна эта игра.

– Твой, – он заурчал не хуже моих котиков. А мне стало очень грустно, все же я не могу уже без них.

Дашен Гасаш, желтый наг

Пришедший Сульгенэль Лавридани стоял и смотрел на растерзанных нас, а позади него его личные лекари в немом шоке открывали и закрывали рты. Видимо, видеть так сильно раненных правителей еще никому не приходилось. Самые тяжелые раны король эльфов взялся лечить самостоятельно, не доверяя этот процесс никому. А когда удостоверялся, что самое сложное позади, уже поручал нас своим лекарям. Мои же подданные только и могли, что стоять и смотреть, потому как сравниться в лечении с эльфами, тем более самыми сильными в Ларионии, пожалуй, не мог никто.

Буквально через пару часов мы все, включая и меня, убедились, что Сульгенэль очень сильный маг, причем он мог как дарить жизнь, так и ее отбирать. Об этой загадочной личности вообще ходило множество легенд. И я не раз слышал, что он умеет просто иссушать жизнь, если этого захочет. Жуткий на самом деле тип с ангельской внешностью.

– Я смотрю, вас жизнь совершенно ничему не учит, – он обтирал принесенным влажным полотенцем руки, которые у него были по локоть в крови. Оборотням пришлось разрезать ткани, чтобы правильно собирать все кости. А нам с братом он кропотливо восстанавливал все порезанные связки и жилы.

Сил было мало, потому как тела требовали много энергии на восстановление. Мы хоть все и быстро умели заживлять свои раны, но на такие пришлось потратить слишком много сил.

Денли, как ни странно, восстановился быстрее всех и уже магичил над местом исчезновения жены вместе с младшеньким Налишем. Они вообще удивительно хорошо спелись за последний час, пока мы втроем кряхтели и стонали со своими ранами.

– Почему же, учит, – упрямо возразил Алан. Ему Сульгенэль приказал еще около получаса лежать не двигаясь, а лекари короля эльфов водили над ним руками, выпуская живительную магию.

Я уже тоже почти восстановился и даже пытался стоять не шатаясь. Хуже всего пришлось Шерону. Ему еще латали хвост, и было видно, как он усердно сжимает челюсти, чтобы не завыть от боли.

– Ну да, я вижу, – вздохнул эльфеныш, а я тоже сжал челюсть, чтобы не сказать что-нибудь эдакое. – Как такое возможно, что из замка смог открыться портал? – Сульгенэль уже обратился ко мне, кладя свою руку на плечо и маленькими порциями вливая в меня живительную энергию.

– Не нужно, – я попытался смахнуть его руку. – Ты и так потратился очень сильно.

– Перестань, – он тяжело посмотрел в мои глаза. – У меня еще есть силы, а тебе сейчас нужнее. Нужно как можно быстрее ее найти.

Слово «ее» он проговорил с такой нежностью, что я удивленно посмотрел на эльфа.

– Так как такое могло произойти? Ты не ответил.

Я и сам был озадачен: в моем замке не было доступа к использованию портальных артефактов. Как минимум нужно было покинуть его границы, потому как родовая магия глушит любые переходы. А то, что в нашем мире уже слишком давно не встречается такая магия, как телепортация (да и была она когда-то только у очень сильных магов), я знал наверняка. И также знал, что у женщин не бывает магии, а Мари спокойно ею воспользовалась.

Чувствуя, как потоки мои насыщаются энергией и как сила потекла с новой скоростью по жилам, я все же отстранил руку эльфа, искренне его поблагодарив.

– Я и сам не знаю, Сульгенэль, давай пойдем к Денли и Налишу, может, они что-то смогут объяснить.

А потом минуты сложились в часы, а часы в дни. Но мы все равно не могли найти нашу любимую. Сульгенэлю пришлось нас оставить: в его государстве начались очередные волнения, и ему нужно было срочно вернуться к народу. Предоставив нам сотню лучших своих воинов и дюжину лекарей, он отбыл к себе в Ларионию.

– Что будем делать? – я уже полностью отчаялся и не понимал, как нам дальше поступить. Уже шел шестой день с тех пор, как мы ее, не обретя, потеряли, а ни известий, ни новостей не было.

Прочесывая территорию Аргонии маленькими группами, мы сошлись все вместе у основания очередной горы. Уставшие, измотанные, мы сидели у костра, где сейчас суетились наши подданные. На удивление, четыре народа очень хорошо ладили между собою.

Четвертыми к нам присоединились драконы. Мы сразу же, в ту ночь, к ним направили официальный запрос на возможность поиска своей жены, которая по непредвиденным обстоятельствам телепортом попала к ним. Оставшиеся три правителя драконов услышали нас и дали в наше распоряжение своих воинов. Драконы осматривали территорию с воздуха, все остальные пешим ходом. Но она словно растворилась.

До сих пор было сложно поверить, что она пришла в наш мир из другого, что она думает иначе, чем наши женщины, чувствует иначе, и порой поступки ее приводят в полный шок. Теперь мне стало понятно, почему она так задела мою душу: она была искренна со всеми, а это было именно то, что наши женщины утратили, живя во вседозволенности.

Работая вместе с оборотнями, я с каждым днем узнавал их все с новых сторон. Они оказались более улыбчивыми и открытыми, чем народ нагов. Но и мы, очевидно, поражали оборотней своей честностью и справедливостью.