Чтение онлайн

К вечеру мы прошли приличное расстояние. Хоть из леса все еще не вышли, но к завтрашнему дню, думаю, уже будем на полпути. Барсы были сегодня просто на вес золота. Они рассредоточились по всему периметру нашей колонны, отгоняя особо опасных хищников, – конечно, для каждого из нас они были не страшны, но Мари пугать лишний раз не хотелось. Она спала на руках у довольного Дашена, который носился с ней, словно с раненым воробушком. А Мари не пыталась отстраняться и даже сама пару раз коснулась его хвоста, при этом смеясь и говоря, что он теплый.

Более счастливого нага я просто никогда не видел.

Когда разбивали лагерь, всех удивил самый веселый оборотень, который на протяжении всего пути подносил Мари то чай с печеньем, то отвар из цветов с сухофруктами, то вообще на ходу соорудил бутерброд с листьями салата, которые она так любит, и тонко нарезанным мясом и сыром. Все буквально захлебнулись слюной, но были этому барсу благодарны безмерно за то, что любимая не голодала. Но когда он на глазах у всех принялся доставать из своих немаленьких сумок и сумок своих подчиненных кастрюли, половники, ножи, громко звеня ими, все готовы были его подкидывать на руках.

Через какие-то полчаса он со своими помощниками освежевал гору мяса, которое принесли им охотники, ну или рассредоточенные по периметру барсы, и на разведенных кострах принялся его готовить. У него нашлись и соль, и специи, и куча разной крупы.

Так что через час уже все ели сытную душистую кашу на мясном бульоне, с травами, специями и большими кусками вкусно прожаренного мяса. Все это повар дополнил горячим напитком из лесных ягод.

Как ни странно, у каждого из нашей ранее красиво шествующей делегации оказалась своя миска с ложкой и стаканом, чем я был безмерно удивлен. Ну а нам, главам, на расстеленных подстилках повар поднес настоящую посуду, и не абы какую, а эльфийской работы, лучших мастеров. Которая в огне не горит, не тонет и не бьется.

В общем, смотря на барсов уже совершенно другими глазами, наверное, стал больше понимать замысел Богини, потому как этот народ можно полюбить, лишь когда вот так изнутри узнаешь их суть. Они импульсивны и порывисты, но при этом чисты сердцем и душою.

Мари своего повара вообще боготворила и согласилась с ним, что теперь без него никуда, хоть и раньше так же считала.

– Ты действительно своего повара взял к нагам для того, чтобы он готовил Мари? – уточнил я у Денли.

Мы, уже наевшиеся до отвала, разлеглись на подстилках, окружая Мари, сюда же присоединились наги, для которых это было сродни чуду, и они не переставали «совершенно случайно» дотрагиваться до нее.

– Правда, – усмехнулся Денли. – Ты себе просто представь, как мои барсы с ума посходили, пока мы жили у нас в замке. Да ее на руках готов был носить каждый, просто за улыбку и доброе слово. Повар, узнав ее предпочтения, стал готовить только ее любимые блюда. А когда Мари пропадала у него на кухне целыми днями, то научила его готовить такое разнообразие, что нам с братом потом не раз это аукалось.

Алан тихонечко засмеялся, поглаживая по щечке нашу девочку, которая делала вид, что спит. Но потом не выдержала и, перевернувшись на живот, поставила личико на руки и серьезно посмотрела на братьев-барсов.

– Скажите еще, что вам не понравилось! – она даже губки надула, отчего я не выдержал и пару раз ее поцеловал, не сильно, но так, чтобы успокоить свою душу.

– Шутишь! – подкатил глаза Алан. – Да я просто мечтаю, когда мы повторим!

Все собратья подняли головы, чтобы узнать, что же такое придумывала Мари с барсами. Еще какое-то время посмеявшись, но так и не узнав тайну, мы улеглись спать. Только вот я жену перетянул на себя, чтобы она не замерзла, все же не на матрасе спим.

Марина Шиляева

Утром я проснулась с непривычными ощущениями в ногах. Одета я была в штаны и рубашку, которые с меня не стали снимать: ночевали на улице, да и мужчин посторонних море вокруг. Еще меня укутали в множество покрывал: мужья боялись, что мне все равно будет холодно, но вот сапоги с боем я все же сняла, спать в обуви – это уже слишком. И вот я за это поплатилась.

Я знала это чувство – такое я ощущала, когда наги первый раз ко мне прикоснулись, и вот сейчас все мои ступни и лодыжки были обмотаны хвостами, причем с такой нежностью, словно ласкали, а не держали.

Задумавшись над своими чувствами, я не ощутила ни паники, ни страха. Скорее меня напугали мои первые воспоминания, ну а когда я осознала, что это мои змейки и что эти хвосты я уже так часто видела, да и трогала, стало даже интересно.

Моя кожа и их пластинки – словно бархат и вода, когда погружаешь ножки в теплую воду, а ручейки их ласкают, оставляя чувство расслабленности и неги. Это однозначно мои мужчины и, скорее всего, ничего такого нет в том, что они меня держат, может, инстинктивно боятся, что я сбегу.

Я немного пошевелила ногами, и их хвостики сильнее прижались ко мне, но наги тут же проснулись, отчего и все мужья начали просыпаться, непонимающе смотря по сторонам и проверяя, нет ли опасности.

На нагов было больно смотреть: они все трое одновременно распутали свои хвосты и поспешно принялись их убирать из-под покрывал.

– Ну и что ты хотела? – не выдержал уже проснувшийся Фарго, на котором я все так и спала, укутанная, помимо покрывал, еще и руками и ногами мужей. – Ты сама вчера разрешила им спать рядом.

Я смотрела на своего дракошу и не понимала связи.

– Милая, да они и так еле держатся, я вообще удивлен их терпением, – он потянулся всем телом. – Признаюсь честно, я бы так не смог. На их месте я бы уже где-нибудь тебя зажал и любил бы до потери пульса, пока бы ты из своей хорошенькой головки не повыбрасывала все надуманные страхи и не приняла бы меня.

От удивления у меня буквально отвисла челюсть.

– Родная, – совсем рядом зевнул Денли. – Фарго прав, я тоже удивлен их выдержкой. Но то, что во сне они к тебе прикасаются хвостами, – это всего лишь физиология. Если мы обернемся в своих зверей, то поверь, тоже забросим на тебя и лапы, и хвосты, и даже самое выдающееся, лишь бы ощущать, что ты рядом, и чувствовать твое тепло.

– Ого! – я даже представила себе все это.

Только вот с самым выдающимся у драконов даже в уме не получалось вообразить.

– Прости нас, – все равно покаялся Дашен. – Сильно напугали?

Они действительно выглядели сейчас как провинившиеся, и я не стала раздувать из всего этого еще больше шума. Я встала, натянула на ноги свои сапожки из мягкой кожи. И, легко поцеловав каждого мужа, а заодно и нагов, в губы, направилась умываться к маленькому ручейку, который еще вчера нас тут и задержал.