Чтение онлайн

После обеда Гектор остался в лагере, чтобы поболтать с Норой, а Марина и Зарион забрались на плоскую вершину самой отдалённой скалы, чтобы якобы позагорать. С того дня, как девушка впервые поднялась в небо, для неё любая температура воздуха сделалась комфортной, но тепло она всё же любила больше всего. Понимая, что муж не изменит своего решения, она не приставала к нему с просьбами отказаться от него или найти какое-нибудь другое решении, позволяющее им не расставаться. Жители Эльтара, столицы Эльтарана, ставшего две с половиной тысячи лет назад родным миром дома Эльтаридов, поднявший этот некогда девственный мир с нуля, скорее всего уже знают, что ночные стражи вышвырнули их правителя в какой-то другой мир и не исключено, что жившие в этом городе вычислили, когда следует ждать возвращения принца Зариона.

Знали они и о том, что тот согласится отдаться в руки императора, лишь бы над их миром не нависла угроза оккупации. Что же, в таком случае они снова перестанут пользоваться деньгами, перейдут на бартер и перестанут платить налоги в казну, а наместника императора встретят так, что тот не посмеет высунуть носа из дворца. За то, что в казну почти не поступают налоги из одного из самых благополучных и густо населённых миров, наместника вскоре сменит другой имперский холуй, но это ничего не изменит. Казнить принца Вайнор не посмеет, как и не посмеет заключить в тюрьму больше, чем на двадцать лет, после чего рано или поздно будет просто вынужден восстановить его в правах, иначе эльтаранцам это надоест до смерти и они точно поднимут вооруженное восстание.

Сам же принц Зарион, как и все Эльтариды от мала до велика, никогда не пойдут против Старшего дома, хотя им и правит какой-то дракон-задохлик крысиной масти. К сожалению это ровным счётом ничего не значило и только добровольное отречение императора от власти могло что-то изменить. Или какое-то страшное преступление, выходящее за рамки всего святого, во что верили его подданные. И, как самый совсем уж невероятный вариант, появление в Варраде действительно великого высшего золотого дракона, имеющего прямое отношение к дому Эльтаридов, при виде которого император сочтёт за благо тихо и мирно передать власть деду Зариона. Самому принцу, увы, в любом случае не светило стать императором в силу его молодости, как и отцу по той причине, что он уже отрёкся от правления Эльтараном в пользу сына, самого могущественного мага дома Эльтаридов. В общем сложностей в Эльтаране и Теаликорне хватало, а потому создавать дополнительные не имело никакого смысла.

Зарион ни разу не обратился к Марине с просьбой оказать помощь дому Эльтаридов, хотя и сказал честно, что только она может, аккуратно отодвинуть Варрадидов в сторону. Если он о чём и говорил жене, так это только о том, чтобы она даже и не думала о том, чтобы последовать в Кружева Камюра раньше, чем Афина станет магической книгой толщиной в десять дюймов. Только такой книженцией, превышающей формат ин-октаво она сможет прихлопнуть любого врага, ведь тогда и бейсбольная бита Викки обретёт такую мощь, что ею можно будет сокрушать не то что крепостные стены, а даже огромные скалы в горах. Естественно, что став верховным магом такого калибра и будучи по своей природе высшей золотой леди-драконом, она сможет диктовать условия кому угодно по праву старшего и если Вайнор заартачится, то получит полное право во весь голос заявить о своём несогласии, а это будет уже совсем другой коленкор.

Королева Дорог прекрасно понимала, что это единственный выход из сложившейся ситуации, когда без восстания и гражданской войны, без тайного или открытого дворцового переворота она сможет заменить Варрадидов Эльтаридами и как только принцу Зариону исполнится ровно сто лет, тот станет императором. Она не понимала другого, зачем ей торчать неизвестно сколько времени на Земле? Тем более, что её муж уже и сам понял, что магия в Эйдаше весьма отличается от той же магии в Кружевах Камюра. Если здесь магу всё даётся без особого труда, то там её творить гораздо тяжелее. Правда, на Земле магам всё же гораздо труднее восстанавливать свои магические силы, если их, конечно, не напитают своей магической силой высшие драконы, у которых её, по выражению Пономаря, как у дурака махорки. Принц специально разыскал эту самую махорку, она оказалась весьма мощным природным магическим артефактом, и когда попробовал использовать её по прямому назначению, сразу же понял, что только конченый дурак может иметь её в избытке.

Ситуация у Марины и Зариона сложилась, конечно, просто аховая. Они невольно стали заложниками амбиций императора, возомнившего, что Эльтариды угрожают его власти. Доказать же этому вырожденцу, а попросту ублюдку, что всё обстоит на самом деле не так, было попросту невозможно. Он окружил себя льстецами блюдолизами, тешил своё самолюбие множеством изваяний, в которых он представал перед подданными в облике золотого дракона и при этом никогда не поднимался в небо. Ни единого раза за всю свою жизнь потому, что крылья у него были слишком слабые, зато туша очень толстая, в общем разжиревшая свинья, а не дракон. Зато он был могущественным верховным магом, хотя и ходили слухи, что он иногда грешит чёрной волшбой совершенно дурного толка, но никаких прямых доказательств тому не было. А ещё он был до ужаса жаден и охоч до чужого богатства, которое стремился оттягать любыми способами.

Самое же неприятное заключалось в том, что Дом Варрадидов был очень многочисленным и в нём насчитывалось свыше восьмисот дракониц. Эти дамы, числящиеся принцессами Дома Варрадидов, вели себя так, словно поставили перед собой цель превратить всех мужиков Теалирана в дневных и ночных стражей. В результате гвардия императора насчитывала почти полмиллиона дневных стражей и около ста тысяч ночных. Простейшие арифметические подсчёты показывали, что каждая принцесса переспала примерно с семью с половинами сотнями мужиков, что приводило Марину в ужас. Подданные императора Вайнора тоже были от этого в ужасе, но уже совсем по другой причине. Дневные стражи представляли из себя огромную военную силу, противостоять которой не смогли бы сразу несколько густонаселённых миров, а ночные стражи и вовсе казались кошмаром.

Восставать против власти императора в таких условиях действительно было безумием. Гвардия императора в считанные часы уничтожит армию любого мира, а потом устроит в нём жуткую резню. Вот потому-то принц Зарион и был согласен отдаться в руки сатрапов своего ублюдочного дяди. Он прекрасно знал, что противостоять дневным и ночным вампирам могут только очень опытные воины и верховные маги, а их в Эльтаране было немного. Столичная академия магии была под пятой императора, а своей академии магии в Эльтаре не было. Академиями магии могли похвастаться не более пяти дюжин старейших миров, но и на их деятельность налагались строгие ограничения и потому с верховными магами в империи дела обстояли плохо. Хуже того, эльфов, гномов и орков вообще не принимали в академии магии, так как император считал, что у них имеется своя собственная магия, вот пусть они ею и обходятся.

На взгляд Марины Вайнора если и было за что отдавать под суд, так это прежде всего за вредительство и ослабление военной мощи империи. После того, как она буквально заставила Зариона рассказать ей о положении дел в империи, ей стало ясно, зачем императору нужны метатели Синих Звёзд. Вооружив ими дневных и ночных стражей, он имел возможность истязать своих подданных и дальше. К её сожалению принц считал, что жизнь в империи не так уж плоха и даже в Варраде, который называли Сияющим, жилось очень неплохо, ведь император никогда не покидал Города Драконов, расположенного на весьма высокой горе, а его чиновники относились к своим должностным обязанностям спустя рукава, так как их тасовали по десять раз на дню и от имперской службы все шарахались, как от чумы, хотя нет, как раз чумы-то в империи никогда не знали.

Империя Теалинкорн - мир магии и потому ухватить её подданных за мягкое место было крайне тяжело. Уж каких только способов не придумывал император, чтобы закабалить своих подданных, они всегда находили тысячи уловок, чтобы выскользнуть из лап его прихвостней. Почти половина населения постоянно находилась в движении, люди любыми способами стремились ускользнуть от имперских чиновников, особенно сборщиков налогов и потому никто толком не знал, какова численность населения в империи. Целые города столетиями стояли на одном месте, в прекрасных домах, переходящих от родителей к детям, жило по несколько поколений, но стоило какому-нибудь чиновнику посмотреть в сторону любого дома, как он моментально оказывался пустым и выглядел так, словно его ограбили ещё лет триста назад, а ведь в империи насчитывалось также немало городов, о которых императору никто и никогда не докладывал.

Эльтаран в этом плане представлял из себя исключение. Чтобы не подводить Дом Эльтаридов, эльтаранцы не прятались, как тараканы, по щелям и исправно платили хотя бы налог на право проживания в городах, один из самых маленьких. Зато налог с доходов они платили только в течение тех шести лет, пока ими правил принц Зарион и поступления в казну тут же увеличились в восемь раз, но император почему-то решил, что деньги эльтаранцев казне не нужны. При его непомерной алчности это выглядело странно. Марине вообще очень многое казалось странным и противоестественным, особенно то, что Вайнор по сути дела стал узником Города Драконов и лишь себя чуть ли не всех радостей жизни неизвестно во имя чего.