Верность
Шрифт:
– Еще бы! – отозвалась подруга, присаживаясь рядом. – Не переживай, все прошло хорошо. Корабль от берега отчалил, главное теперь – держать верный курс!
– И следить, чтобы не дали течь те жуткие пробоины, которые у нас есть в трюмах, – вторила ей Тарин. – Еще паруса не помешало бы заштопать…
– Знаешь, лучше давай о чем-нибудь другом поговорим. Тебе надо отвлечься, – Регина бросила взгляд на доску для заметок, висевшую над ней. – Вестей все еще никаких?
– Никаких.
Тарин отложила в сторону бумаги. В наступившей тишине послышался мерный ход секундной стрелки.
– Наверное, это глупо, но я так ясно представляю, что однажды откроется дверь, он войдет, и окажется, что все это время он выполнял какое-нибудь задание, опять работал под прикрытием, и все будет как раньше: он, я и Анна.… Понимаешь, я не чувствую, совсем ничего не чувствую, когда мне говорят, что его больше нет! Не может быть, чтобы это был самообман! – она взглянула своими синими глазами в наступающую ночь. – Сейчас скажешь, что я просто боюсь остаться одна, – Тарин опустила голову на руки.
Регина покачала головой.
– Ты, конечно, можешь на меня обидеться, но ты и так постоянно была одна. Анна видела своего отца раза три-четыре в год, не больше. Конечно, такова была его работа, но это не правильно. Сколько раз он обещал перевестись в другой отдел? Мне кажется, ты просто привыкла его ждать и уже не можешь по-другому.
Чайник с сердитым свистом нарушил молчание.
– Да, это так. Но я знала, на что шла, когда выходила замуж. Для него работа всегда была на первом месте. Поэтому я просто продолжу ждать и время от времени поглядывать на входную дверь.
– Если тебе легче жить с этой мыслью, то кто я такая, чтобы тебя осуждать? Давай лучше я расскажу тебе про своих мальчишек. Я говорила, что мой старший утроился в прокуратуру, а теперь средний захотел стать военным и собирается подавать документы в училище? Кто бы мог подумать, верно? Такой шумоголовый ведь…
Тарин слушала вполуха. Тепло и ароматы кухни, наконец, сделали свое дело: она поняла, как вымоталась за день. А ведь все только начиналось.
III
.
Сентябрь в колледже начинался нервно. Как всегда хлопоты доставляли первокурсники, которые то толпой пытались уйти с занятий, то обнаруживались в самых разных местах с сигаретами в руках, то разбредались в ночное время по территории колледжа, где их вылавливали дежурящие педагоги.
Много времени Тарин проводила с главным бухгалтером, сражаясь в словесных баталиях, не приносящих, однако, никакой ощутимой пользы. Также ректор присутствовала на нескольких занятиях у новых преподавателей. Нина, протеже учредителя, была откровенно слабым педагогом. Регина уже обращала внимание Тарин на то, что девушка готовится к занятиям через раз, часто опаздывает, а ее наряды чересчур откровенны для учебного заведения. Судя по тому, сколько времени девушка проводила в кафе, документация по литературе нуждалась в срочной проверке. Но как только Вениамин услышал, что Тарин собирается объявить преподавателю дисциплинарное взыскание, он пришел в ужас. Его слабые аргументы, что студентам нравится посещать занятия Нины, не убедили руководство.
– Конечно, им нравятся ее пары, им же ничего наних не нужно делать! Она даст им задание, уткнется в свой телефон и все на этом! – кипятилась Регина. – Для того, чтобы быть хорошим преподавателем, нужно много чего помимо дорогой одежды и духов. А когда подходит ее очередь дежурить, у нее постоянно случается что-то непредвиденное! Создается впечатление, что у она мнит себя исключением из правил. Полное ощущение безнаказанности! Это недопустимо!
Тарин, выслушав обе стороны, наконец, вынесла решение:
– Я полностью поддерживаю Регину. Качество знаний наших будущих выпускников напрямую влияет на престиж колледжа. Объявляем пока замечание, там посмотрим.
Портфельчик оттянул пальцем ворот рубашки, врезающийся в шею:
– Я бы на вашем месте не стал накалять ситуацию.
– Вы не на моем месте, Вениамин, – отрезала она. – Поэтому прошу после обеда принести мне проект приказа на подпись.
Но еще раньше, чем проект оказался у нее на столе, Тарин позвонил сам Марат. Он поинтересовался ситуацией и настоятельно рекомендовал не трогать Нину. Оказывается, он выбрал нового педагога в качестве лица колледжа на рекламных буклетах и баннерах по городу. Как Тарин себе представляет: наказывать преподавателя, который так помогает продвижению колледжа! Возникла дилемма: испортить отношение с учредителем или выбрать более простую дорогу. Пришлось уступить, но с условием, что Нина возьмется за ум. Тарин ни минуты не сомневалась в том, что это Портфельчик отрапортовал начальству о сложившейся ситуации.
После пришлось присутствовать на совете профилактики, куда вызвали подравшихся между собой студентов. Тарин в очередной раз получила подтверждение, что не зря доверила Ирме руководить воспитательной работой: все прошло четко и грамотно. Ее подчиненная знала, какие дергать ниточки, чтобы студенты осознали важность и недопустимость такого проступка.
Наконец, появилась возможность немного перевести дух. Столовая, оформленная в стиле деревенского трактира, всегда поднимала Тарин настроение. Деревянная мебель, пузатые банки, связки чеснока и перцев подавляли ощущение казенного помещения. За обедом стол, за которым она сидела, закономерно обходили стороной: начальник существо одинокое. Ароматный грибной суп был очень кстати: по улице мрачно гуляла сырость.
– Неужели у тебя есть даже время пообедать? Тогда ты не так хорошо работаешь, как я ожидала!
Кира запросто уселась напротив. Она, в своей обычной колюче-игривой манере, низким голосом поприветствовала Тарин.
– Хотите верьте, хотите нет, я и сейчас работаю. Прокручиваю в голове завтрашнюю лекцию. Времени составить конспект у меня все равно нет – хоть пару часов вечером надо уделить дочке.
– Хорошая у тебя девочка, – сразу смягчилась Кира. – Напоминает мне мою дочь. Если нужно, я могу с ней посидеть как-нибудь вечерком.
– С удовольствием приму ваше предложение.
– А вообще как ты? Не жалеешь еще, что ввязалась во все это?
– Шутите? – Тарин отломила кусок от пышки. – Каждый божий день! Если бы не приходилось еще работать с…, – проводила она взглядом появившегося в столовой Вениамина.
– Тебя всегда будут окружать те, с кем трудно поладить, но кто приносит пользу общему делу. Это нормально. Работа руководителя состоит в умении использовать сильные стороны подчиненных, нейтрализуя их слабости. Когда ты научишься этому, все остальное будет легко.
– Лучше скажите, как мне научиться не реагировать на то, что он докладывает о моих действиях Марату при каждом удобном случае?
– Что-то я сомневаюсь, – нахмурилась Кира, помешивая кофе. – Посмотри на него, он при одном имени Марата дрожит, как осиновый лист. Не рискнет он ему звонить первым. Да и Марат не дурак, прекрасно знает, чьим словам можно верить, а чьим нет.
Конец ознакомительного фрагмента.