Вернуть наследие
Шрифт:
— Мамочка, успокойся, — я осторожно отстранила ее от себя. В комнату прошла Шаэра и приобняла маму за плечи, тем самым останавливая ее, чтобы он снова не ринулась ко мне.
— Не разочаруй, — коротко произнесла мне напоследок женщина.
— Я не доставлю вам такого удовольствия, — гордо ответила я ей и еще раз посмотрев на плачущую маму, уверенным шагом пошла на улицу, следом за мужчинами. Этан тут же подхватил меня под локоть и мы пошли в другую сторону от сада.
— Куда мы? — я покрутила головой, рассматривая ночной сад в освещении магических фонариков.
— В конюшню, — коротко ответил Этан. Сейчас он выглядел хмурым, задумчивым и сосредоточенным, словно мы идем по минному полю.
— А зачем? — удивилась я. — Мы куда-то едем?
— Нет, — мужчина мотнул головой. — Там будем ритуал проводить. Решили сделать это вне дома.
— Странно, — фыркнула я, но расспрашивать не решилась, поэтому остаток пути мы прошли молча. Лишь на подходе, когда отец скрылся в помещении, Этан резко остановился и притянув меня к себе, горячо поцеловал в губы и прижал так крепко, словно прощался.
— Я тебя люблю, — быстро шепнул он мне в губы и втянув запах моих волос, резко развернулся и потянул меня за собой в конюшню.
Я ожидала увидеть лошадей, но никого не было.
— А где кони? — удивилась я.
— Потом, — отмахнулся от меня Этан и махнул рукой: все свечи тут же зажглись и я увидела круг, в котором был нарисован василиск. И это не был просто рисунок, скорее — как восьмиконечная звезда. От него веяло темной силой, которую почувствовала даже я. Судорожно вздохнула, понимая, что мне придется лечь на пол в этот самый круг.
— Ложись, — отец указал на круг. Я коротко кивнула и быстро легла. — Ты все помнишь? Будь честной с Василиском. Возьми меч, — папа положил на меня тяжелый меч.
Страха я не испытывала. Мне было интересно — и только. Посмотрела на Этана. Он был холоден и сосредоточен.
— Готова? — обратился ко мне отец. Я кивнула. — Закрой глаза. — Я еще раз посмотрела на Этана. На этот раз он был уже взволнован и даже не пытался это скрыть. Поэтому, чтобы не поддаваться панике, я поскорее закрыла глаза и сжала в руке рукоять меча. Меня стало слегка колотить от страха. Я услышала бормотание отца и почувствовала легкое покалывание кожи. Потом стала ощущать, что покалывание усиливается и мне становится больно. Я попыталась пошевелиться, но поняла, что мое тело меня просто не слушает. Хотела открыть глаза, но и этого не получилось. И меня стала накрывать паника. Ужасное, непередаваемое чувство, когда заключена в своем сознании и превратилась в овощ. Я металась в своем сознании, а потом перед глазами встал он — мой дар. С издевательской улыбкой на змеином и красными глазами. Он словно наслаждался моими мучениями и отчаянием. Я вырывалась из плена, а потом вдруг рывком поднялась и удивленно посмотрела вдаль. Поняла, что свободна и нахожусь в каком-то белоснежном пространстве. Потерла глаза, присмотрелась и все вокруг стало приобретать очертания. И я поняла, что в жизни не видела ничего подобного, а главное — столько оттенков белого! Деревья, цветы, трава, небо, да и вообще все вокруг — было белым, жемчужным, белым с розовинкой. Кажется, я уже в Пустоше.
— И куда идти? — хмуро произнесла я и поднялась на ноги. Под ногой что-то звякнуло: меч, который дал мне отец, перенесся вместе со мной. Я его решительно подхватила и осмотрелась. Зрелище ужасное, здесь можно сойти с ума от переизбытка белого цвета. Но, что интересно, мне совсем не слепило глаза, как во время снежной погоды. Я все видела четко.
Повертелась вокруг себя, решая, куда же мне все-таки направиться? И решила пойти прямо, куда глаза глядят и направляет моя интуиция. Шла тихо, медленно, чтобы не пропустить какую-нибудь тварь, жаждущую меня убить.
Но через энное количество времени, потому что я понятия не мела, сколько уже иду, ноги стали ныть и болеть, а значит — иду я уже долго. Стоит ли садиться отдыхать? Пожалуй, мало ли, что меня ждет дальше? Может, василиски засаду устроили, а у меня сил не будет отбиваться?
Присела рядом с деревом и задумалась. Интересно, чем сейчас заниматься отец и Этан? Меня прошиб холодный пот: а ведь мое тело, получается, осталось там? А я — душа? То есть, я сейчас хожу без тела? Просто призрак? Но каким образом я ношу меч?
Я схватилась за голову. Какой кошмар! Нужно поскорее отсюда выбираться и задать пару вопросов отцу. Надеюсь, он ответит мне на них, иначе я просто сойду с ума от неизвестности.
Решив, что времени терять больше не стоит, я стала подниматься, как вдруг услышала шелест листвы напротив. Не успела ничего предпринять, как на меня бросилось белоснежное животное с красными глазами. Я взмахнула мечом и полоснула его по животу. Животное заскулило и упало на бок. Я с удивлением посмотрела на волка, который истекает голубой кровью. Тихо поскуливает. Сердце сжалось — так жалко стало бедное животное… Но я понимала, что он лишь мучительно умирает. Делать этого мне совсем не хотелось — рука просто не поднималась.
Я тяжело задышала, ладонь взмокла.
— Прости, — всхлипнула я и зажмурившись, всадила меч ему в грудь. Волк заскулил в последний раз и затих. Я, стараясь не смотреть, вынула меч и покачнулась от неожиданной боли в груди. Опустила взгляд: оказывается, я даже не заметила, что волк все же меня зацепил своими когтями и полоснул. Рана была далеко не смертельная, но очень болезненная, кровоточащая и неприятная. Я тронула ее пальцами и поморщилась.
— Блин, — прошипела я. Прикрыла глаза, восстанавливая дыхание и душевное равновесие. Поняв, что готова идти дальше, медленно побрела по белоснежному лесу.
Если раньше здесь было тихо, как на кладбище, то сейчас то тут, то там я слышала какие-то шорохи, устрашающие стоны и хрусты. Я шла аккуратно, ступая, словно по минному полю. Оглядывалась, боясь наткнуться на страшную морду какого-то невиданного зверя.
Раненная грудь ныла. Я в очередной раз поморщилась, посмотрев на рану с медленно стекающей кровью. Не катастрофично, но так неприятно…
Я шла и шла. Вокруг было все также было бело. Голова стала болеть и кружиться, меня даже затошнило. И если некоторое время назад я различала оттенки белого леса, то сейчас все слилось. Стало очень жарко. Я помахала рукой и подула себе на грудь, но это не помогло.
И вдруг я наткнулась на ранее убитого мною волка. Ошарашенно глядя на него, я остановилась. Это что, получается, я хожу по кругу?
— Что происходит? — я испуганно оглянулась, но снова ничего не увидела. Постепенно свет стал ослеплять меня. Появилась резь в глазах, и я зажмурилась, чтобы свет не ослепил меня.
И я совсем потерялась. Растерялась. Голова кружилась, вводя меня в диссонанс. Это было похоже на детскую игру, когда нужно закрыть глаза, а тебя кружат и ты должен устоять, да еще и найти игроков.
Но сейчас это было совсем не весело. Смертельная опасность была уже у меня за спиной, я чувствовала, что кто-то наблюдает за мной. Мне мстят за смерть волка.
– Я не хотела! — выкрикнула, не открывая глаза. — Он мог меня убить! Я нужна своей семье! — кричала в пустоту. Но я знала, что те, кто наблюдает за мной — прекрасно слышат все, что я говорю. — Простите меня! Простите! — кричала в отчаяние, чувствуя, как кожу обжигает этот яркий, белый свет, словно разгоряченная лампа. Не хочу даже представлять, что случилось бы с моими глазами, если бы я их не закрыла.