Чтение онлайн

– Меня Вик попросил, - сказал Грач растеряно.

– Рассматривать?

– Да ты ревнуешь что ли? – осенило его. – Это ты брось! Я же тебя люблю!

– А тогда чего пялился на нее? Я твои переглядки с ней засекла, не отпирайся!

– Так я и не отпираюсь. Черт, я только понять хотел, что она такое! Не знаю, как объяснить…

Инстинктивно Грач догадывался, что говорить жене про неожиданную ментальную связь с Москалевой, да еще вот так, в лоб, не стоит. Сначала надо речь сочинить, слова правильные подобрать, чтобы Аня все поняла правильно. Но и тянуть нельзя, потому что воображение у жены тоже было о-го-го!

– А чего тут объяснять, я не слепая, - сказала она, подтверждая опасения.

– Глупости не говори! Мила – «глаз урагана». Мы с ней как два рыбака, видим друг друга издалека. Это естественный интерес, не более того. И ей спокойней в моем присутствии.

– С какой это стати?

– А я на нее успокаивающе действую. Меня ж приемчикам этим обучали, забыла?

Аня скептически нахмурилась:

– Тебе ж не в коня корм, сам так выражался. «Циклон» свернули из-за твоей толстокожести.

– Ошиблись, значит. При мне она не буйствует, ты же видела. Спать пошла сразу и молчала у Патрисии. А могла бы и взорваться!

– Значит, ты совсем не против, если Вик на ней женится?

– Да пусть женится, если хочет! Женатые мужики по статистике дольше живут, - Грач устал от этих сложностей и захотел сменить тему. Он обнял свою маленькую жену, тонкую и гибкую, как лоза, и шепнул ей на ушко: – Кстати, женатые и бездетные в списке на нижних позициях. Как думаешь, не пора ли нам переместиться повыше?

– Ребеночка завести? – Аня изогнулась, уставившись ему в глаза.

– А что, хорошее ведь дело!

– Вот когда все благополучно закончится, тогда и подумаем. А то Виктория уже завела…

– И правильно. Вернётся Юра, а его встречает не только жена, но и его крохотный сынишка. Приятно ж, черт возьми! Так давай и мы последуем их примеру.

Аня легонько стукнула по его шаловливым рукам:

– Ну что ты делаешь? У меня занятия в Доме культуры через час.

– Хорошо, согласен подождать до вечера, - ухмыльнулся Грач.

Аня погрозила ему пальцем:

– Размечтался!

Однако он видел, что лоб ее разгладился, а из глаз ушла подозрительность. Значит, и впрямь ревновала, а теперь оттаяла.

– Ладно, я пошла.

– Ну, иди, - вздохнул он, выпуская ее из кольца своих рук.

Володя расстался с женой нехотя, под давлением обстоятельств. Он немного завидовал, что Анна может вести обычную жизнь, встречаться с неограниченным кругом людей, работать по специальности, а он сидит сиднем в четырех стенах. Пусть за это ему и платили зарплату как добровольцу в исследованиях – солидную зарплату, за которую перед женой не стыдно, но душа, если честно, тосковала по прежней свободе.

Грач за минувшие годы изменился. И все признавали, что в лучшую сторону: стал спокойнее, занялся самообразованием, обрел дзен. Было непросто. В первый год он злился и выходил из себя, при малейшем поводе стучал кулаком в стену, сдирая костяшки пальцев, орал и пугал охрану. Соловьев, помнится, притащил ему боксёрскую грушу и подвесил к потолку, чтобы было куда направить лишнюю энергию. Володя колотил ее руками и ногами до исступления. Это почти никак не помогало.

Когда ситуация ухудшилась и Володю окончательно заперли, он метался по бронированной комнате-«каземате» диким зверем, и жена побаивалась в такие минуты к нему приближаться. Лишь Патрисия бесстрашно входила в его клетку.

– Ты соображаешь, что творишь? – кидался Грач на нее, борясь с адским желанием кого-то придушить. Нет, даже не «кого-то», а персонально ее. – Как ты могла придумать этот чудовищный план?

После родов Пат стала бледной, астеничной, с неизменными синими кругами под глазами от недосыпа, но держалась со всеми по-прежнему жестко и невозмутимо.

– Так лучше для всех, Вова. Очень сомневаюсь, что получится превратить тебя в супермена, но благодаря этим исследованиям у нас будут деньги. Они будут и у тебя.

– Плевал я на деньги! – орал он, исходя бессильной яростью. – Я не согласен! Дай мне уйти! Не имеешь права удерживать нас с Аней насильно!

– Аня никуда не поедет.

– Поедет! Она моя жена и будет рядом с мужем!

– Вот именно. Она останется тут из-за тебя. Не будь тугодумом, мы должны представлять, что с тобой происходит. Если найдем способ контролировать мозговые импульсы и менять их характеристики, это станет подспорьем прежде всего для тебя и твоей семьи. Ты перестанешь быть источником случайных катастроф.

– И превращусь в орудие, которое устраивает катастрофы специально, по команде? Никогда!

– Все в твоих руках. Только уцелей и никого не убей, чтобы потом не кусать локти. Прошлое не изменишь, Вова. А вот изменить будущее ты вполне способен…

Грачу потребовалось два года, четыре месяца и восемнадцать дней чтобы осознать: к прежней жизни возврата не будет, ему придется учиться с этим жить. Тот день, когда на него снизошло просветление, он обвел красным фломастером на настенном календаре и с тех пор считал вторым днем рождения. Верней, уже даже третьим – второй случился в Сирии, когда его, раненого, подобрала группа, прибывшая на место недавнего боя. Как оказалось, эти ребята могли и опоздать.

Прежде всего Грач занялся самообразованием. Ему сказали, что проблемы кроются в мозгах, и он стал читать книжки про мозги. Начал с научно-популярных, потом перешел на узкоспециальные. Ученые говорили, что человеком управляют нейроны и гормоны, но они же говорили, что игрой нейронов и медиаторов управляют мыслительные конструкции, мечты, желания и чувства. В этом парадоксе Грач обрел наконец-то смысл...

…Аня вышла из спальни со спортивной сумкой, перекинутой через плечо.

– Пока, дорогой, - она чмокнула Володю в шершавую щеку. – Побрейся, прежде чем идти в НИП. (* научно-исседовательский полигон)

Он потер щетину, наморщив нос:

– Они видели меня всяким. Привыкли.

– Вов, обещай, что на досуге придумаешь, как тактично намекнуть Виктору, что ему самое время предпринять конкретные шаги.

– Какие шаги?

– Сделать девушке предложение, болван! Мы же с тобой только что все обсудили.

– А, ну да… я думал, ты это просто так говоришь.

– Я никогда и ничего не говорю просто так, - Аня присела, завязывая шнурки на кроссовках. Кажется, идея женить Соловьева бесповоротно завладела ее сознанием.
– Вик в ее присутствии расцвел. Между ними химия.