Чтение онлайн

Вторым делом было нанять адвоката на развод. Для этого у меня был в загашнике один ушлый еврей. Он пообещал на следующий день подать иск о разводе в суд и защищать мои права в суде. Договорились быть на связи. Копию искового он моему мужу сам перешлет. Ознакомит, так сказать.

Фото и видео я переслала мужу. Сообщила о разводе. Он стал сразу мне названивать. У меня не было ни времени, ни желания с ним общаться. Никита стал слать сообщения, как подорванный. Засуетился, что я его застукала. Прохвост. А я отключила телефон и поехала на вокзал. Купила билет в купе и со спокойной душой поехала жить в ведьмин дом. Кира права: мне там всегда нравилось.

Домик мне сразу приглянулся, как только я его первый раз увидела. Любовь с первого взгляда. По-моему, так это называется. Да и домиком это назвать было сложно. Дом. Двухэтажный добротный сруб. Внутри тоже все продумано. Чисто и опрятно. Запах свежий. Деревом пахнет. Смолой сосновой и разнотравьем. И еще немного медом. За домом три улья стоят. Интересно, живут там пчелы или нет? И есть ли в ульях мед?

Мебель в доме тоже добротная стоит. И кровать широкая. На ней и буду спать. А на чердаке сундуки старые, набитые скарбом. Время будет – переберу. Да и стирку надо бы затеять. Перестирать все. Хорошо, что у бабы Маши стиральная машинка есть и вода в дом проведена.

У нее и на улице колодец есть. Даже два. Один колодец новый. Сруб еще свежим деревом пахнет. А второй – старый, из которого я в прошлые приезды водичку пила. Вода была вкусная и холодная, аж зубы ломило…

Ощущение такое, как будто только вчера здесь хозяйка властвовала и травы свои перебирала. Мне до сих пор кажется, что вот сейчас откроется входная дверь, и она появится в коридорчике. Добрая и милая баба Маша…

А набор лекарственных трав у нее приличный. На чердаке, как она заготовила, так все и висит. Пахнет мятой и зверобоем. Запахи счастливого детства. Интересно, что пыли в доме нет. И люди ничего из дома не утащили. А поживиться здесь есть чем: сундуки добром набиты под завязку. Даже ведра у колодцев стоят целехонькие. В любой другой хате давно деревенские бы пошуровали, погрели бы руки наворованным добром. Уперли бы все, что не приколочено, а что приколочено, отодрали бы и все равно украли. Значит, запугала их бабка Марья. Боятся ее, даже мертвую. А ну как восстанет из мертвых или отомстит с того света. Мучайся потом всю оставшуюся жизнь…

Дом стоит в лесу, среди вековых сосен. Но недалеко от реки. Красотища! Теперь можно будет с утра купаться ходить. Местные сюда не приходят. Они бабку Марью боялись. Думали, что она ведьма.

А она просто травница хорошая была. Какая же она ведьма, если крещена была по всем правилам, как положено. Пока замуж не вышла, в церковь ходила на воскресные службы. Не пропускала ни одной. И сюда попала по воле судьбы. Так Господь распорядился…

Николай.

Приехала я в город первым поездом. Рань несусветная. Спать охота. Таксисты сначала сумму большую заломили. А потом, когда узнали, куда я еду, вообще отказались везти. Только один вроде мялся. Я подумала, что он цену себе набивает. И решила поторговаться.

– Не поеду, не проси.

– Почему? Согласен же был.

– Не поеду.

– Ладно. Не надо до дома. До деревни довези.

– Нет.

– Почему? Я же оплачу двойной тариф, как ты сказал.

– Нет.

– Тройной.

– Нет.

– Почему?

– Туда, во-первых, ехать далеко и по колдобинам лесным. Машину разбить в два счета можно. Ремонт потом дороже обойдется, а моя ласточка и так на ладан дышит. Еще в лесу, не дай бог, застрянем…

Мужик сказал чистую правду. Его железный конь был почти трупом. Эксплуатировал его хозяин и в хвост и в гриву. Досталось бедняге в жизни работы немерено. Вот машина теперь и сыпалась на ходу. И мужик подумал: а вдруг он в лесу застрянет с этой девицей. А вдруг та тоже ведьма. Она же в доме ведьмы жить собирается неспроста. Значит, тоже колдовать станет. Знает он таких. Внешность ангельская, а внутри черти пляшут краковяк. Ну ее от греха подальше…

– А во-вторых?

– Она ведьма.

– Это юмор такой? Ведьма? Вы серьезно?

– Люди говорят.

– Ну вы, блин, даете! Верите в чушь всякую.

– Чушь не чушь. А народ зря болтать не станет.

На том разговор и закончился. Все как один отказались меня доставить в деревню. Правда, потом один отважился. Был он длинный и худой. С невыразительным лицом. Глазу не за что зацепиться. Да и выражение лица было такое унылое, как будто его прямо сейчас поведут на смертную казнь. И он с этой несправедливостью уже смирился. На мою просьбу он просто молча кивнул, указав на свою машину. И мы поехали. Прямо к дому он меня доставил, хотя я и не просила. Думала, что голый номер просить и объяснять ему что-то.

Надо же, машину свою не пожалел. Знал ведь, что по лесной дороге ехать придется. Довез прямо до дома. Я ему даже дорогу не показывала. Значит, бывал здесь. И не раз. Ехали всю дорогу молча. Вернее, я пыталась сначала с ним разговаривать, а он отмалчивался и только головой кивал. Я замолчала, когда поняла, что нет у него желания мне отвечать и вести со мной светскую беседу. Или он просто немой. И такое бывает. Таксист вещи помог перенести в дом. Кстати, тоже молча. Ну и ладно. Подумаешь! Тоже мне нашелся принц деревенский. Не хочет разговаривать и не надо. Обойдусь…

– Спасибо.

– Не за что, – ответил он мне.

Таксист меня сильно удивил. Значит, он не немой, как я сначала подумала.

– Почему они Марью Михайловну так боятся?

– Суеверные.

– И это в наш двадцать первый век?

– Бывает…

– Она травницей была. Никому зла не делала при жизни. Неужто боятся, что она им после смерти напакостит?

– Может быть.

– Это глупо.

– Мне-то ты что доказываешь?

– А ты почему повез? Машину свою не пожалел.

– Она мою мать с того света вытащила, когда все врачи руки опустили.

– Считаешь, что долг платежом красен?

– Да. Отплатил, как смог и когда смог.

– Спасибо тебе, добрый молодец!

– За что? Ты платишь, я везу.

– За добро твое и за то, что Марью Михайловну добрым словом помянул.

– За это не благодарят. Сказал правду, как есть…

– Понятно. Как звать тебя?

– Тебе зачем?

– Не бойся, я сглаз и порчу не навожу.

– Николай. И не боюсь я. Не верю я во всю эту хрень, – стал он передо мной хорохориться.

– А зря.

– Поеду я.

– Угу.

– Николай, Николай, сиди дома, не гуляй, – тихо пропела я вслед, когда машина исчезла за деревьями.

Нюрка.

Все в деревне звали ее Нюрка. По возрасту она многим годилась в матери, а некоторым даже в бабушки. Она и сама привыкла к такому имени. И не вспоминала, что имя у нее Анна. Красивое, благородное, даже аристократичное. Анна означает «милость», «благосклонность» и даже «храбрость».

Благосклонность Анна по молодости оказывала всем. Не только мужикам, но и женщинам пыталась угодить. Не ту благосклонность, что вы подумали, а простую и человеческую, без сексуального подтекста. Аннушка со всеми была вежливой и милой. Поэтому и звали ее все местные ласково – Аннушкой.

Она благополучно вышла замуж за местного красавца из своей деревни. Женихов за ней толпа бегала. Была она в молодости красивая, стройная, на косу богата. Но вот выбрала она себе в мужья Юрку этого и, как оказалось, прогадала. Зря на его красоту позарилась.

Юрка стал сильно пить. Детей у них не было. Муж ее этим постоянно попрекал. Скандалы закатывал, орал, что бесплодную замуж взял и всю жизнь она ему испортила. Да и свекровь масла в огонь подливала, не успокаивалась и требовала внуков. А откуда они возьмутся, если сынок ее пьет беспробудно?