Чтение онлайн

— А где Кристофер? — спросил Эскобар, глядя мимо Пэппы и глазами разыскивая приятеля, когда секретарша провела ее в кабинет.

Пэппа едва заметно улыбнулась.

— Он просил передать, что поговорит с вами завтра утром. Он также просил передать, что я, возможно, лучше составлю рапорт, так как я была посвящена во все тайные детали операции. — Она в точности пересказала слова Кристофера, а на губах ее играла та же улыбка, что была и у него, когда, стоя у машины, он наблюдал, как она переходит дорогу и входит в здание.

— Понятно, — сказал Эскобар. Губы его изогнулись, и, когда он посмотрел прямо на нее, Пэппа увидела, что в глазах его бушует пламя. — Вы нарушили мой приказ и все ему рассказали.

— Никак нет, сэр.

Эскобар не мог не заметить, как блеснули ее глаза. Ледяным голосом она стала давать объяснения.

— Он узнал это от Патрика Брэди, когда мы повстречались в ресторане в Санта-Барбаре. Я уверена, что, если бы офицер Брэди был в курсе операции, он сделал бы вид, что не знаком со мной. Но он ничего не знал, а предупредить его я не имела возможности.

— Поэтому Кристофер и разозлился, — заметил Эскобар с уверенностью, и она кивнула. — Ну что же, с этим ничего не поделаешь.

«Это выражение было его любимым», — с грустью подумала Пэппа.

— Позвольте мне не согласиться с вами, сэр. Если бы он знал с самого начала, что я приманка, то не рассердился бы так. — «Да только тебе-то дела нет», — закончила она про себя.

— У меня имелись веские причины никому не говорить, что вы выполняли роль приманки.

— Могу я услышать их? — спросила она, зная наверняка, что испытывает судьбу и дожидается оплеухи.

— В свое время, офицер Палмер, — сквозь зубы ответил он. Руки его занялись перекладыванием бумаг, разложенных на столе, но внимательные глаза из-под опущенных ресниц наблюдали за ней. — Что-нибудь еще?

— Нет, сэр.

— Хорошо, — одобрительно кивнул Эскобар, шумно усаживаясь в кресло и давая ей понять, что свой долг она выполнила и более интереса для него не представляет.

Устало улыбаясь, Пэппа сделала шаг вперед. Она была так утомлена, что чувствовала, как начинает стучать кровь в голове. Напряжение, испытанное в машине, давило, и сейчас ей хотелось поскорее добраться до дома и лечь в постель.

— Я могу отправляться домой?

Удивление мелькнуло в глазах Эскобара, но он кивнул:

— Конечно, конечно.

— Спасибо. — Она уже стала поворачиваться, но остановилась. — Письменный рапорт я представлю утром.

Окружной прокурор обратил внимание на ее усталый вид, опущенные плечи и мятую одежду.

— Не волнуйтесь об этом, Пэппа. Рапорт может подождать до тех пор, пока вы несколько дней не отдохнете.

Пэппа постаралась изобразить улыбку.

— Да, и благодарю за хорошо проделанную работу, офицер Палмер.

«Это ваше мнение», — подумала Пэппа, но вслух ответила:

— Спасибо, сэр. — И, осторожно закрывая за собой дверь, вышла в приемную.

На улице, прекрасно понимая, что Кристофер не стал ждать ее, она бросила быстрый взгляд туда, где рассталась с ним. Теперь на месте его машины стоял «фольксваген».

Вздохнув, Пэппа внимательно огляделась вокруг. Отчаяние и нетерпение смешивались в ней. Пытаясь ослабить боль, доставленную Кристофером, она пожала плечами.

— Что-то теряем, что-то находим, — криво усмехаясь, проговорила она, но боль не ушла, и Пэппа, бормоча проклятия, поплелась по тротуару.

Дел у нее накопилось много, и времени на переживания не хватало. В доме придется провести капитальную уборку, особенно если в ее отсутствие сестры устраивали вечеринки.

Она бы до дома с удовольствием и пешком дошла, но внезапно заметила одинокое такси и решила прокатиться. Назвав водителю адрес, она удобно расположилась на заднем сиденье.

В машине она усилием воли постаралась отогнать мысли о Кристофере, потому что боялась разрыдаться и поставить себя в неудобное положение перед водителем.

Увидев свой дом, Пэппа заулыбалась. Казалось, ее не было здесь целую вечность. Покопавшись в сумочке, она достала деньги и расплатилась с водителем.

Почти волоча сумку по земле, она шла к дому, и все мысли ее занимала большая кровать в спальне.

Воздух в доме был застоявшимся, и это свидетельствовало о том, что гостей не было. Бросив сумку к дивану, Пэппа пошла открывать окна и двери, чтобы как следует проветрить дом.

Потом, идя в спальню, она на ходу сняла блузку и расстегнула «молнию» на джинсах. Села на край кровати, сняла и бросила босоножки под кровать, потом, оставшись в лифчике и трусиках, протопала в ванную.

Через несколько минут, откинув одеяло, она блаженно забралась в постель и, включив радио, услышала знакомую мелодию. Звуки музыки обволакивали ее, и она медленно погружалась в сон.

Проснувшись на следующее утро, она не могла припомнить, что ей снилось, но с постели вставала, ощущая некоторую неловкость.

Желудок заурчал, напоминая, что она ничего не ела на ужин. Первым делом, конечно, зубы, потом еда.

Спустя минут пять она поставила варить кофе, положила в тостер два куска хлеба, взяла из холодильника свой любимый яблочный крем. Усевшись за овальный столик, она начала размышлять о том, чем займется.

Она уже налила себе кофе и, прислонившись к стойке, ожидала, пока не выскочит тост, и тут ее ожидание прервал звонок в дверь.

— Кто там?

— Это я, Мэг.

— Что принесло тебя в такую рань? — строго спросила Пэппа. Она надеялась, что проведет утро в одиночестве и только потом позвонит родным.

Выражение лица у сестры стало смущенным. Мэган Палмер была на пять сантиметров выше Пэппы, исключительно изящная, красивая, ну прямо фотомодель. Волосы светлые, а глаза изумрудные. В руках она держала горшок с цветком.

— У меня мирное предложение, — мягким контральто проговорила Мэг.

Устало посмотрев на цветок, Пэппа спросила:

— Ну и?.. — И отстранилась, пропуская сестру.

Принюхавшись, Мэг воскликнула:

— Я чувствую запах кофе! — Не дождавшись приглашения, она вручила горшок Пэппе и пошла на кухню.

Покачав головой, Пэппа поставила горшок на пол перед дверью и пошла следом за сестрой.

Мэг уже достала тост и готовилась намазать его кремом.

— Сама себя угощаешь? Правильно, нечего стесняться, — съязвила она и засмеялась. Взяв кружку, она налила себе кофе и принялась уплетать тост. — А почему у тебя, кроме яблочного крема, ничего нет? Я бы не отказалась от клубничного джема или еще чего-нибудь.