Верный выход из тьмы
Шрифт:
– Одному Богу известно… Кай бы оценил. Пахнет галлюциногенами. Похоже, Грета варила это чертово заклинание из морана, – ответила Хмурик, тяжело дыша от бега.
– Значит, она хочет напичкать нас наркотиками? – удивился алхимик.
– Свести с ума. Ей, видимо, одной скучно, – нервно усмехнулась девушка.
– Ты шутишь?
– Прости. В экстренной ситуации… Мой психолог говорит: это эмоциональная защита.
– Хмурик! – вскрикнул парень.
Он не успел ничего сказать, как девушка споткнулась о корень дерева, вылезший из земли, и упала.
Теперь Том остановился. Алхимик заметил, как туман, словно живой хищник, крадется за ними. Парень поднял упавшую девушку, но она не смогла идти самостоятельно.
– Из-за этой сумасшедшей суки я подвернула ногу! – яростно закричала Хмурик, держась за шею Тома.
Приятели не успели убежать. Туман вобрал их в себя, словно акула беззащитных рыбешек.
Глава седьмая. Психиатрическая клиника
Томас не знает, сколько находился без сознания. Открыв глаза, он не увидел ни белого леса, ни Хмурика.
Алхимик сидит на железной кровати с жестким матрасом и снежным хлопковым бельем. Он одет в длинную ночную рубашку.
Том изучил интерьер комнаты и начал догадываться, что находится в больничной палате.
Из открытой форточки дует ветер, играя с прозрачным тюлем.
Парень направился к пластиковому окну, оперся на подоконник и посмотрел на солнце. Оно не сильно печет, но приятно греет, смешиваясь с прохладным ветерком.
Томас впервые увидел Биллион не умирающим городом, а цветущей обителью фей.
Во дворе здания играют маленькие дети. Юные дарки воображают себя принцами, пиратами и рыцарями. Цветы в клумбах прорываются сквозь остатки зимнего снега.
Томас наслаждался теплой погодой. Он не заметил черную ворону, летящую прямо в окно.
В испуге парень отскочил от него, запнулся обо что-то и упал, ударившись поясницей. Ворона подлетела к подоконнику и кинула в алхимика предмет, принесенный в клюве. Затем она приземлилась и сложила крылья. Птица начала буравить парня черными глазами.
– Да что с тобой не так?! – Том хотел кинуть в ворону предмет, который она притащила, но решил сначала взглянуть на него.
«Неужели?» – парень увидел маленький календарик с выделенным числом.
«Двадцать второе апреля, 1992», – прочитал алхимик и устало вздохнул.
– Еще лучше, – мрачно отрезал Том.
Он закрыл лицо руками от бессилия, не поднимаясь с пола.
– Где я, мать твою? Почему? Я схожу с ума? – спрашивал парень в пустоту. – Вдруг я просто мертв…
Алхимик почувствовал самое настоящее отчаяние и безысходность. Тревогу навела мысль, что он не в силах контролировать собственный рассудок.
«Ты можешь остаться без склянок, револьверов, голым посреди какого-нибудь дерьма. Но за разум надо хвататься», – вспомнилось наставление лорда.
– Я тоже иногда так думаю, – раздавшийся в ответ девичий голос напугал Тома еще сильнее, чем разговоры с самим собой.
Алхимик вскочил с пола и повернулся. В дверном проеме —девочка-подросток с длинными рыжими волосами, блестящими в лучах весеннего солнца. Томас не спутает ни с чем этот аккуратный нос и «оленьи» глаза.
«Мама», – тяжелая мысль легла камнем на сердце.
– Извините за беспокойство. Я просто… – девочка занервничала и начала мять в руках подол белого легкого платья.
– Ничего, я… – Том и сам не знает, что сказать.
– Здесь жил мой парень. Я думала, это его комната. Видимо, перепутала, – девочка покраснела и рванула обратно в коридор.
Алхимик кинулся за ней. Маленькая Делия бежала от парня, словно за ней гонится привидение. Том смог настигнуть ее в темной каморке со швабрами и ведрами.
– Зачем ты преследуешь меня? Хочешь сделать что-то ужасное? – глаза девочки покраснели от слез.
Дрожа, словно маленький котенок, она вжалась в узкое пространство, в угол.
– Что? Нет! – алхимик ответил довольно резко.
От его интонации Делия заплакала еще сильнее.
– Черт… – Том запаниковал.
Парень никогда раньше не видел плачущих детей. Он не понимает, что должен чувствовать в этот момент.
– Я хотел, эм… Подружиться с тобой, – алхимик начал медленно подходить к девочке, боясь спугнуть ее, словно хищник – лесную лань.
– Правда? – малышка вытерла от слез опухшее красное лицо.
– Да. Как тебя зовут? – Том попытался искренне улыбнуться.
– Делия.
– Сколько тебе лет?
– В августе мне будет четырнадцать.
– А я… – алхимик задумался. – Томас. Мне двадцать пять.
– О, здорово! Я обожаю это имя! Обязательно назову так своего сына, – Делия улыбнулась ярче, чем солнечные лучи.
«Да ладно… Кто бы мог подумать», – иронично заметил алхимик.
– Как зовут парня? – Том начал понимать, что его догадки верны. – Он в этой больнице с тобой?
– Да. Кай умеет поджигать всех, кто его бесит! Представляешь?! Мечта любого человека, – рассмеялась девочка.
– А, да… – Томас выдавил из себя кривую улыбку.
– Ты новенький здесь. Давай я покажу тебе крышу? Обычно мы с Каем зависаем там! – предложила Делия.
Она осмелела и схватила алхимика за руку, а затем повела в глубину коридора.
Девочка остановилась у шаткой деревянной лестницы и поднялась наверх. Алхимик последовал за Делией.
Они вышли на запыленный небольшой чердак с множеством коробок и всяческого хлама. Затем девочка вывела Тома на плоскую крышу, откуда открывается вид на весь Биллион с его красочными домиками, украшенными растениями, и черепичными крышами рубинового цвета. Город благословлен самим солнцем.
Томас почувствовал свежесть и прохладу, а еще… свободу.
Делия плюхнулась на полуразрушенный старый диван и закрыла глаза.
Девочка похожа на весну: блеск рыжих волос, цветочный аромат белой кожи, тепло горячего сердца.
Алхимик аккуратно присел. Парень не может поверить: он находится рядом с мамой. Но, увы, не в своем времени.
– А если этот диван кто-то увидит? – спросил Томас.
– Кай сказал, всем плевать. Чердаком давно не пользуются.
– Пейзаж красивый, – восхитился алхимик.