Вероника. Исповедь влюблённой
Шрифт:
Дальше мой мозг выстраивает несколько версий. Или мне надо писать неважно, что — стихи, письма, дневник. Или мне делают предложения деловые, если ручки с логотипами фирм. Или я получаю не руку и сердце, а пока только ручку от претендентов на моё сердце.
Представляешь, недавно я была с подругой на море. Недалеко от меня загорал парень. Он был не один, но меня это не смущало. На нём были боксёрки с черепом, а глаза прятались за чёрными очками. Он смотрел в мою сторону и улыбался… твоей улыбкой. А может, это на самом деле был ты?
Я косилась на «тебя», как старая загнанная лошадь на кусочек сахара. Я не посвящала подругу в то, что у нас с «тобой», наконец-то, случилось свидание. Прямо как у Штирлица с родной женой в кинофильме «Семнадцать мгновений весны». Я была связана с этим парнем ниточками информационного опознания. Мои глаза, тоже скрытые за тёмными очками, сканировали его от пяток до макушки. Он прошёл идентификацию, всё сходилось. Этот парень должен был быть тобой!
Мы пялились друг на друга достаточно долго. И тогда «ты», чувствуя, что «тебя» запеленговали радаром чувственной памяти, решил вдруг без видимых причин снять солнечные очки. Я увидела, что глаза у этого парня не карие. И профиль не твой. Я уже встала, чтобы подойти поближе и заговорить с ним, но он буквально испарился. Это заставило меня вспомнить о накладных носах и цветных линзах. Нет, меня так просто не проведёшь. «Мой нюх, как у собаки, а глаз, как у орла!»
Домой я возвращалась счастливая и окрылённая.
Боже, я тебе пишу письмо и вдруг почувствовала запах миндаля.
Ты рядом?!
Пойду за спичками, чтобы зажечь ароматизированную палочку. Она давно готова истощать своё благоухание для меня. Уводя или, наоборот, загоняя в воспоминания запах твоего тела. Вот зажгла, погружаюсь в мир тонкой, чувствительной неги. Задыхаюсь, хочу…
Запрягу я коня боронить. В нашем поле по пояс трава. Не смогла, не сумела забыть Наши встречи и наши слова. Красным маком ты был для меня. Незабудки посеял в душе. Все закаты, восходы забрал. И осталась ни с чем я уже. День резиною серой тягуч. Лишь сирена звучит в высоте. Я слагаю слова из туч. Что дождями сигналят мне. Я слагаю стихи из росы, Не блестит она без тебя. Умираю я, с каждым днём Поджигая, гася себя. Я ключи от стены держу Про запас, вдруг открою я дверь. Чтоб истлевшим листом вернуть Всю любовь, только мне ты верь! Отношенья сквозь горы вверх. Я иду за тобой — держи, Мой единственный человек!За окном раннее утро. Неожиданно предрассветную тишину нарушает утробный звук мотора. Выхожу на балкон и вижу какой-то грузовичок со значком «мерседеса». Он для меня как знак — пора собираться в дорогу. И я действительно собираюсь ехать в Эстонию, правда, она об этом ещё не знает. Но я поеду, и ничто меня не остановит. У меня предчувствие, что там я найду ключи от тайны, за которой прячешься ты.
Играю снова с тайной, Она в плите магнита. И буквы в ней печальны. Все строчки из гранита. Она так неизбежна. Как исповедь над гробом. Но гаснет в ней надежде, Все мысли как-то скопом. Лишь звук протяжный гласный Сквозь сухость глаз слезинки. Вулкан страстей опасный. Во снах кружат снежинки. И снегом лягут фразы. Всю лаву чувств забелят. Горячий пепел чёрным Картину всю изменит.Вчера я нарисовала пастелью наши отношения. Творила руками, втирая крошки в лист бумаги. Я находилась в глубоком погружении в свои мысли о нас и нашей любви. Получилось интересно. Голубая гамма динамично отображала мои поиски тебя и все препятствия, стоявшие у меня на пути. Я понимаю, что я запуталась в джунглях своих чувств. Я нанимаю, что живу в иллюзиях. Но я не хочу лишаться того островка любви, в котором я и безмолвный ты. А может, я тебя выдумала и этот островок заселён только мною? Можешь не отвечать мне. Моей любви хватит на нас двоих с головою.
Я сегодня буду писать маслом гимн нашей (или только моей, неважно) любви! На этот раз я буду в перчатках, но всё равно цветными лапами оставлю свои отпечатки. Пошла на дело… Обещаю вернуться…
Я собралась вновь с духом Тебе письмо писать… Поверь на слово, друг мой. Умею долго ждать. Тебя я нагадала На картах в Рождество. Любви твоей мне мало, Мне нужно волшебство — Приди ко мне однажды С корзиною добра. Со звёздами в конфетах. Останься до утра. Мы все твои подарки Раздарим по домам. Лишь ты один мне нужен. Тебя я не отдам! Пускай я буду жадной… Да, сладкое люблю. Ты будешь «Серенадой», Но я тебе спою. Спою на струнах сердца, Горящего в ночи. Ты как щепотка перца. Как специя… Молчи.Пока, мой любимый!
Навечно твоя Вероника.
Стихи, стихи… Они множились, от них разбухали страницы тетрадей. Сны, сны… Они путали, восхищали и пугали одновременно. Их ждёшь и запиваешь снотворным. Но они прорываются из подсознания и будят цветными осколками по утрам. Они царапают память, напрягают разум и взрываются салютом фантазий и толкований. Вот и сегодня Веронике приснился сон, который ей ещё предстояло разгадать.
Большое заснеженное поле. Она идёт по нему, увязая по грудь, — так много намело. Она устаёт и решает притоптать немного снег, чтобы присесть отдохнуть. Все её действия вызваны протестом, желанием добиться чего-то по-своему, вернуть ей принадлежащее. В голове звучит назидательная речь: «Разве тебе это надо? Тебе надо что-то лучше!» И тут она понимает, что речь идёт о Георгии.
Она злится. Чувствует, что за ней наблюдают, что её мысли читают. Она уже не удивляется тому, что в её голову вдруг вкрадчиво просачивается чей-то голос: «Ты умная, взвесь всё. Ты заслуживаешь лучшего! Мы нашли тебе другого, более достойного. Он находится на высших вибрациях, как и ты. Тебе понравится…»
— Кто ты? — не переставая протестовать, кричит она в пустоту снежного бескрайнего поля.
— Я — Хранитель твоего рода, — слышит она голос. — Не бойся, ты меня не видишь. Чтобы преодолеть расстояние и встретиться с тобой, я давно уже вышел из физического тела. Сейчас я — невидимый сгусток энергии света. Поверь, я хочу тебе лучшего. Я наблюдаю за тобой и веду тебя. Всё должно подчиняться законам рода. Наш род древний, он берёт начало в те времена, когда выходцы из России, Тамбовской губернии, с войском Ермака пришли покорять Сибирь. В месте слияния реки Ульбы с рекой Иртыш был построен лагерь, который лотом вырос до города Усть-Каменогорск. Но род ослаб, потому что женщины рода стали выбирать себе слабых мужчин. Они рано уходили из жизни, оставляя слабое потомство. Суровые реалии Сибири, откуда начинался наш род, требуют сильных, здоровых потомков, нужна новая кровь. Твой выбор род не одобряет. И это неважно, что корни твоего избранника тоже из Сибири. Его предки заключили договор с дьяволом, выбрав не духовность, а материальное. Всё ради денег. Поэтому и твой возлюбленный стал таким. Однако мы не позволим тебе идти против рода. Смотри…
Вероника оглядывается и не успевает понять, как попала в турбулентный поток, состоящий из снега и хрустальных осколков льда и света в виде пламени. Вдруг неведомая сила опускает и ставит её на землю возле куполообразного сооружения.
Зайдя внутрь. Вероника замечает, что строение буквально нафаршировано новейшей системой сигнализации. Лазерная модель — это детский сад, сканирование сетчатки глаза и отпечатков пальцев — прошлый век. Здесь так круто?
Со своим невидимым Хранителем рода она проходит сквозь несколько рамок, где считывают импульсы мозга и контуры ауры. Оказывается, когда ей прокалывали уши для ношения серёжек, внедрили две микросхемы. Вероника вспоминает, как она удивлялась, почему ей это делали под общим наркозом и почему воспалились лимфоузлы, а уши долго были в язвах. Теперь она понимает, что её организм так отторгал инородное тело.
— Осторожно двери открываются, — как в метро, звучит откуда-то голос.
Девушка видит, как правая стена автоматически начинает передвигаться влево, открывая кинозал, похожий на античный амфитеатр, который заполнен людьми в костюмах из фольги. Среди них много менеджеров из фирм, занимающихся продажей всякой ерунды: начиная от бытовых мелочей кончая одеждой и постельным бельём. В глаза Веронике бросается один из таких комплектов со знакомым логотипом ушастого зайчика фирмы Playboy. Она чувствует, что уже была тут. Дежавю.