Чтение онлайн

Как вести себя на детских праздниках, я не имела понятия.

– Дело твое. Ладно, я поехал. Не скучай, – и уже в дверях добавил: – Кстати, завтра я весь день тут.

Он ушел, и мне стало грустно – тоже захотелось к родным. Я села за компьютер и начала писать письмо. Правда, никак не могла решить, кому именно оно адресовано. Конечным вариантом было что-то вроде этого:

«Дорогие родные!

Я по вам очень соскучилась. Правда, увидеться пока не получится, так как я временно без работы. Правда, с жильем пока порядок. Но финансов на поездку нет. Хотя можете приехать ко мне в гости. Я сейчас живу у одного знакомого. Тут вы все вполне сможете разместиться. Надо только спросить, не против ли хозяин квартиры. Если у вас есть возможность приехать, попробую с ним договориться.

Целую, ваша Н.»

Но, перечитав письмо, я поняла, что проще все это решить по телефону. А с Остином договориться завтра.

Я налила чашку чая и села перебирать старые фотографии. Через полчаса с твердым решением увидеться с близкими я уснула на диване в гостиной. Кто бы мог подумать, что, когда я открою глаза, будет уже вечер. Остин еще не вернулся. В квартире было темно и тихо. Я включила свет во всех комнатах, поставила любимый диск и отправилась на кухню за чаем. Снова захотелось оказаться в кругу семьи. За вечерним посиделками, когда все говорят о прошедшем дне, шумно устраиваются за столом, делят стулья, расставляют чашки, наполняют вазочки печеньем и конфетами. Ответом на эти мысли был звук открывающейся двери. Я побежала навстречу, хотя знала, что там нет никого. Было все равно, лишь бы не свихнуться от этого внезапного одиночества.

Лориан

Я решил увидеться с Лейлой еще один раз и окончательно забыть про все свои чувства к ней. Найти ее не составило труда: около ее дома открылось эзотерическое кафе. Она просто не могла упустить такой шанс расширить свое сознание.

Я осел в этом сомнительном месте на целый день с надеждой, что она появится именно сегодня и не придется навязываться к ней в гости или ждать случайной встречи неделями.

Удача была на моей стороне: к сумеркам она вошла в зал и заняла столик в углу. Я подошел, и ее глаза засветились от счастья. Я сел к ней и не мог оторвать взгляд, она без умолку болтала о новом направлении то ли в искусстве, то ли в религии, мне было все равно, лишь бы ее звонкий голосок не замолкал, а кудряшки так же щекотали шею и обнаженные плечи.

Мы послушали выступление весьма сомнительной группы, и я вызвался проводить Лейлу домой. Пройдя по темным улицам, она завела меня в большой красивый двор с арками, мы сели на скамью, я обнял ее, не желая отпускать больше никогда, не веря, что все же смогу сделать это… Но логика упорно твердила, что надо.

– Я купила мотоцикл.

Ее мечтательный взор устремился к звездам, а я представил, как круто она будет смотреться на байке в шлеме и косухе. Мигом пришла картина: разбитый мотоцикл и ее искалеченное тело лежит рядом. Нет. Она же так безрассудна.

– Нет.

Она удивленно посмотрела на меня.

– Чего нет? Ты же там никогда не был?

– Ты про что?

– Про Румынию.

– А что с Румынией?

– Я же тебе уже минут десять рассказываю, как будет клево съездить туда, посмотреть всякие шаманские штуки…

– Шаманские штуки… Продай мотоцикл.

– Зачем?

– Продай. Я буду волноваться, если буду знать, что ты на нем катаешься.

Она задумалась, ее курносый носик сморщился.

– Ты будешь волноваться?

– Да.

– Значит, я тебе не безразлична?

– Совсем не безразлична.

Она обняла меня и положила голову на плечо.

– Я так рада. Я так грустила, когда закончилась Индия…

– Ты скучала?

– Очень, но ты не оставил своего телефона, а я не дала своего…

Я понял, что не смогу оставить ее, по-детски наивную и доверчивую, в этом мире ей обязательно нужен тот, кто будет создавать для нее сказку.

Нера

Остин стоял в гостиной, уставший и счастливый, я кинулась к нему и сжала в объятьях, он удивился, но обнял меня и зарылся лицом в мои волосы. Я слышала, как учащенно забилось его сердце, как напряглись мускулы. Рядом со мной был человек, которому я по какой-то причине была небезразлична. Он был рядом, я сжимала его в объятьях с такой жадностью, словно провела пару лет в заточении. Мы долго стояли, пока руки не устали и не опустились. Остин поднес к губам мои пальцы, поцеловал их и спросил:

– Что с тобой?

– Я… – язык отказывался меня слушаться. Как уместить в слова ту невыносимую тягу к семье, которая далеко? Я опустила голову… Тогда он отвел меня к дивану, усадил и, обняв, положил мою голову к себе на грудь.

Понемногу мое дыхание выровнялось и сердце успокоилось, в то время как сердце Остина все еще отбивало рваный ритм, а встревоженный взгляд был устремлен на меня.

– Просто я соскучилась по семье. Они далеко, и я их давно не видела. А ты сегодня виделся со своими близкими. И это вызвало во мне кучу воспоминаний. И стало очень грустно. Потому что я не могу вот так просто с ними встретиться.

– В чем проблема?

– Банально. В деньгах.

– Если дело только в этом, то я могу сделать так, что послезавтра ты сядешь в самолет и полетишь к родным.

Я уже хотела возразить, но он закрыл мне рот рукой.

– И не возражай. Если это сделает тебя счастливой, то поезжай. Я все устрою.

– Но я не могу просто уехать…

– Можешь.

– А как же наш уговор? Я же смотрю за квартирой?

– Я переведу на время все дела сюда. Это вполне реально. Поезжай, не отказывай мне в удовольствии сделать доброе дело.

Неужели это происходит на самом деле?

Вот то предложение, от которого невозможно отказаться. Стоит только представить, что через несколько дней я могу оказаться ТАМ. Сердце взбесилось, все внутри завязалось в узел… И я согласилась.

– Тогда я сейчас сделаю пару звонков и все устрою. Объясни, куда конкретно тебе надо, – и к послезавтра у тебя будут на руках билеты.

Я объяснила. Это заняло больше времени, чем я ожидала: когда Остин узнал, что после девятичасового полета мне предстоит столько же ехать на автобусе, он не успокоился, пока не убедился в надежности дорог и доступности транспорта. Потом он отправил меня на кухню за кофе, а сам принялся куда-то судорожно названивать.

Когда я принесла кофе, он все еще очень эмоционально искал билеты на наиболее удобный по времени рейс. Я решила не мешать и вернулась на кухню.

Вышел Остин уже спокойным и довольным:

– Билеты есть. Туда и обратно. Обратно с открытой датой. К сожалению, на автобус бронировать по телефону они отказываются, а продать по кредитке не имеют возможности. Билеты на самолет доставят завтра. Единственная просьба – вернись в течение полутора месяцев. Ну и, конечно, заранее сообщи – встречу.

Я готова была прыгать от счастья. Прыгать не стала, просто весь вечер с упоением рассказывала о родных краях. И где-то посреди рассказа уснула прямо на ковре перед камином.

Проснулась в кровати. В дверь звонили. Я встала и понеслась к двери. За ней стоял Остин, в руках у него были билеты и пакет из булочной.

– В дверь звонил курьер, – пояснил он, – просто я в магазин ходил. Билеты есть. Можешь паковать чемодан. Самолет через семь часов.

В моей голове взорвалась бомба. На сегодня! Не на завтра. Завтра я уже буду на месте! Неужели это все на самом деле?