Чтение онлайн

Настроение сразу улучшилось, и я уже почти не чувствовала усталости. Путешествовать по лесу в Сахиной компании было совсем не страшно. Он здесь хозяин и ни одна живая тварь, перемещающаяся на четырех лапах, не посмеет тронуть. Саха - хранитель леса на этой части планеты. Он следит за зверьем и деревьями, не позволяя браконьерам опустошать леса. За многие годы работы он научился понимать лесных обитателей. Некоторые люди называют его говоруном, или шаманом.

Насчет общения с духами не скажу, не знаю, а вот лекарь из него хороший. Лечиться к нему едут со всех уголков ближайшей галактики, он никому никогда не отказывает и не делает различий между своими пациентами. Как-то к нему привезли одновременно какого-то богатого молодого балбеса из хорошей, высокопоставленной семьи, упавшего с лошади и серьезно повредившего ногу, и военного, сильно пострадавшего в бою. Так Саха, недолго думая, разместил их в одной комнате. А когда юный повеса возмутился такому положению вещей, давя на свое положение, дядя просто посоветовал ему не лезть со своим уставом в чужой монастырь. Хочешь лечиться, пожалуйста, но приказывать не смей. В итоге, два молодых человека подружились и уехали вместе.

– Бежишь от кого али просто экскурсию другу устроила?
– поинтересовался Саха, - что-то ты в этот раз не как все нормальные люди - окольными путями, не через город.

– Ты прав, - покаялась я, - вот только я не бегу, а прячусь, от братца вашего. Мне совсем не хочется, чтобы он прознал о нашем месте расположения, а через порт сам знаешь как. В порту регистрироваться надо, а так сел кораблик посреди леса и отчитываться не надо. Кстати, вы получили мою посылочку?

– Да, спасибо, все получили. А как братец мой, здоров ли?

– Спасибо, все здоровы, у нас все нормально. Папа все собирается взять отпуск и приехать к тебе порыбачить, да служба не пускает. И я не приезжала давно, тоже работы много. Да и к тебе ни позвонить, ни написать, а в город ты ходишь редко.

– Ну, это да, - согласился дядя.

Некоторое время мы шагали молча, я уцепилась за бахрому на Сахином рукаве. Когда-то давно маленькая Аня спросила у егеря, зачем ему такие висюльки, ведь с ними неудобно - за кусты цепляются. Дядька рассмеялся и, щелкнув любопытную по носу, объяснил, что неудобные висюльки помогают скрываться в лесу. Это уже позже я узнала, что егерь не шутил и бахрома дробит силуэт охотника.

– Саха, мне твоя помощь нужна. Точнее даже не мне, а ему, - я кивнула на Влада, - понимаешь, он в очень неприятную ситуацию попал. Сначала ему пулей позвоночник перешибло, но ничего, вроде собрали. Я к нему специалиста хорошего вызвала, а специалист дерьмом оказался - на иглу парня посадил, так, ради эксперимента. Я об этом только вчера узнала.

– Так ежели он на игле, его не ко мне, его в больницу надо, а специалиста в камеру, - убежденно высказался дядя.

– Здесь все немного сложнее, чем ты думаешь, - замялась я.

– Он твой жених?
– догадался Саха.

– Хуже - он мой раб, - Саха аж присвистнул от такого заявления.

– Да, красавица, - протянул он, - от тебя я такого не ожидал. Ты, значит, тоже поддалась влиянию моды и завела себе двуногую игрушку-зверушку?

– С каких это пор ты делаешь выводы на пустом месте?
– обиделась я.

И потершись носом о его рукав, пересказала Сахе предысторию нашего с Владом здесь появления, не забыв поделиться сведениями, раздобытыми генералом, изредка бросая косые взгляды в сторону парня, все еще висевшего поперек спины медведя. Боялась, как бы Влад не услышал то, что слышать не положено.

– Теперь-то ты понимаешь, почему нельзя в больницу?

– Да уж, ситуация, - Саха поскреб бороду огромной лапищей, - ты, Аньк, того, не серчай на меня. Помогу я тебе, это не вопрос. Просто у меня в последнее время голова кругом идет.

– А что случилось?

– Да, вот, сынок мой старшенький, Арсений, проблем подкинул. Жениться удумал.

– Так в чем беда?
– не поняла я.

– Да-х...
– Хранитель махнул рукой, - вырастил сына-урода, где просмотрел, понять не могу, - пожаловался он.

– Да объясни ты нормально, - взмолилась я, - я же только одиннадцать часов как с корабля слезла и ничего еще не знаю.

– Ну, в общем, дело такое, - начал Саха, легко перепрыгивая ствол поваленного дерева и помогая мне перебраться, - жил-был Сенька-дурак и влюбился он в девку Варьку и порешили они пожениться. А отцу Варькиному Сенька не по вкусу пришелся и что б, значит, свадьбе помешать и с дочерью не поссориться папаша потребовал от Сеньки сто тысяч кредов, Варьке на приданое. Знал, шельмец, что у мальчишки таких денег отродясь не было и, наверное, никогда не будет. Да и к чему нам деньги эти, в лесу же живем. Вон Топтыгину, - он кивнул на лениво переваливающегося рядом медведя, - плати не плати, а меду за деньги не допросишься. Правда, есть у меня на счету кое-какие сбережения, но я сказал сынку: 'Хочешь жениться, сам и собирай такие деньжищи'. Думал, отступится. А он - нет, упертый получился.

– Это наследственное, - прокомментировала я, - беда семьи Романовых - все мужики с головой не дружат.

– Такие уж уродились, - довольно ухмыльнулся Саха.
– Так вот, говорит, не дашь денег, я их сам добуду. Я только рассмеялся, где, говорю, добудешь, коли ты и образования-то толком не имеешь? Да и пока ты их заработаешь, твоя невеста скончается в девках. Сенька психанул, и ушел на два дня в лес, на третий появился, веселый такой. Говорит, я-де на Вареньке все равно женюсь, и в город ушел. Мне это подозрительным показалось, и я за ним подался. Оказывается, этот гаденыш, белфа изловил, и продавать повез...

– Белф это такой бурундук с изумрудным мехом, которого разговаривать научить можно?
– Уточнила я.

– Он самый, - подтвердил Саха и продолжил, - Сенька в город пришел и белфа этого за сотню и сбыл. Ну, я его выследил, Сеньку-то, в подворотню затащил и пару раз по морде дал и пока этот оболтус сопли утирал, я пошел к покупателю и забрал животину, а деньги вернул. Потом мы домой пошли, только разными дорогами. Сенька напрямик рванул под материну юбку прятаться, а мне подумать надо было, вот я и пошел в окружную. Дома мы появились с разницей в два часа, дело вечером было, когда я домой пришел Васька-хитрюга, сынка ужо спать отправила, что б я его не тронул. Утро вечера мудренее. Но у меня настроение было не то, и я его из кровати вытащил.

Спустились вниз, поговорить надо было. Спокойного разговора не вышло, мы с Сенькой повздорили, он гадостей мне наговорил, ну ты же знаешь, я на сынов вспыльчивый, схватил ружьишко и погонял сынка по дому, ежели бы ни Васька пристрелил, наверное, уж сильно злой был. Она чадушко свое двух метровое грудью закрыла, на ружьишко легла. А Сенька в окошко выскочил и тикать. Как был в одних портках, босой и без рубахи, - Саха усмехнулся и покачал головой.

– И где он сейчас?
– глухо спросил Влад, оказывается, он уже очнулся и успел устроиться поудобнее, и ехал теперь сидя на медведе.

– А бес, его знает, - Саха бросил быстрый взгляд на Влада, - где-то по лесу шастает. В городе он точно не появлялся, я бы знал, у меня там начальник полиции знакомый.

– А что ты с ним сделаешь, когда найдешь?
– осторожно спросила я.

– Не знаю, - признался егерь, - может, пристрелю, а может, просто шкуру спущу, не решил еще.

– Ну, тогда он точно домой сам не явится, кому ж хочется головы лишиться, - сделал Влад разумный вывод.

– Ладно, - вздохнула я, - это все позже. Давайте я вас лучше познакомлю, вот это, - я ткнула пальцем в Саху, - Саха, егерь, лекарь и по совместительству мой дядя. Шутить с ним не советую, рука у него больно тяжелая. А это Влад, мой друг, - Влад с Сахой пожали друг другу руки.