Версия "Барион"
Шрифт:
– Миленько тут, - он одобрительно покачал головой.
– А мы вот в лесу лагерь разбили, недалеко отсюда.
– Вы что, тоже все здесь застряли?
– спросил я.
– Не все. Те, кого тогда убило, возродились в штабе. А мы, ну в смысле, я, Командир и Еська потом просто не смогли уйти. О, кстати, ты не знаешь, с чего вдруг вся локация огорожена?
– Без понятия, - сделай невинные глаза, Гриша.
– Мне откуда знать?
– Ты же Испытатель. Командир сказал, ты с Администрацией на короткой ноге. Может, и знаешь, больше нашего.
Ага. У нас с ними дружба. Дружат меня каждый день, с утра до ночи.
– Не сказал бы.
– Пожал плечами я.
– Понятно, - несколько разочарованно сказал Кирилл. Ему явно хотелось побыстрее покинуть этот опостылевший лес.
– А! Я чего здесь брожу!
– продолжил он.
– Командир хочет собрать игроков, которые не смогли уйти и вместе сходить в Каменовку.
Куда?
– В Каменовку?
– Ну, в деревню.
Ааа... У меня для нее было другое название. Погодите.
Это хорошая мысль. Очень хорошая мысль. Вот только, учитывая какую крепость они себе там отгрохали, боюсь, если здесь с нами не застрял еще кто-то более или менее сильный, будет тяжко. Может даже слишком тяжко.
– Мы вчера туда ходили на разведку ночью, - поежился я.
– Там уже не деревня, а просто вражеский форпост.
– Знаю, мы тоже ходили вчера ночью.
Я вспомнил странные звуки из леса. Так вот кто оттянул наших преследователей на себя!
– Но проблема не в этом, - сказал он, будто подбирая слова.
– А в чем?
– Как тебе сказать, я даже не знаю, - он помялся еще немного.
– В общем, все, что было вчера, забудь.
– В смысле?
– не люблю, когда начинают говорить загадками.
– Все эти укрепления, башни, огры.
– забудь это все, это все вчерашний день.
Появилось какое-то неприятное предчувствие. Будто грозовая тучка нависла у меня над головой.
– Кирилл, ты меня уже пугаешь.
– А то, я и сам испугался. Даже Командир занервничал. Он потому и не хочет одной партией туда идти.
– Так что случилось-то, прямо скажи.
– В общем, мы оттуда ушли где-то, через час после полуночи. Разбили небольшой отряд с шаманом, и замели следы. А утром, решили посмотреть, на все это дело при свете. А смотреть-то и не на что.
– То есть, как?
– Гриша, между нашими визитами, там кто-то все разнес.
– Ну, в смысле, разнес?
– К хренам собачьим разнес, и башни все и стены, и вообще все что там оставалось! Там вокруг деревни такие вмятины в земле, будто метеоритный дождь прошел. И огра там больше нет ни одного. Одни шкуры и рога остались.
А вот это уже интересно. Хотя, скорее жутковато.
– И вы хотите там все осмотреть?
– Да, надо бы. Так ты идешь?
Я нехотя поднялся с гамака.
– Пошли. Надо быстрее все делать.
– Быстрее, так быстрее, как скажешь
– Гриша, ты уходишь?
– спросила Татьяна, выглянув из окошка. Она ойкнула, заметив Кирилла.
– Это твой друг? Здравствуйте.
– Да.
– Сказал я.
– Вроде того. Он мне хочет кое-что интересное показать, в лесу.
– Я с вами пойду, - запричитала она.
– Нет, нет. Ты оставайся тут. С Бобром.
– Зверь довольно потянулся, радуясь, что ему никуда тащиться не нужно. А её, после вчерашнего, не хочу брать в опасные и непредсказуемые места.
– Зверя тоже не берешь?
– спросил Кирилл.
– Да сами справимся.
Когда мы отошли от домика, Кирилл снова задал мне вопрос.
– Когда успел спутницей обзавестись?
Я отмахнулся от него.
– В овраге нашел. Откармливаю теперь.
...
Эдуард и Елесия уже ждали нас неподалеку от холма, с которого я вчера вел наблюдения. При свете дня, все действительно по-другому. Лагерь выглядел так, будто по нему протопталось все Дикое Племя мутантов из тундры, причем, не слезая с мамонтов. Я вздрогнул, представив себе вероятность, что эти черти каким-либо образом попали в игру.
Разрушено было все. Переломаны колья, разбиты в щепки баллисты. Стрелы торчали из холма в том направлении, где было больше всего вмятин. Видимо, они стреляли в того, кто это сделал. Помогло им это не сильно.
Этот кто-то методично проломил все стены, разорвал и повалил палатки, разнес все, что оставалось от деревенских домов, и видимо, скрылся. В лагере оказалось совершенно пусто.
– Ну что, - спросил Эдуард.
– Идеи есть?
– Нет, - ответил я.
– Вчера, они все были на месте. Одного мы уложили вон там, - я указал на холм, - и сбежали.
– Жаль, - сказал Командир.
– Я уж думал, если кто-то знает, то ты.
– С чего вы вообще это взяли? Я только пару раз общался с руководством. И все, что они мне говорили это «Слишком легко. Надо добавить трудностей».
– Похоже, вот они... трудности.
– Сказал Кирилл, до сих пор сильно впечатленный тем, что случилось с лагерем.
– Давайте спустимся, - добавила Елесия.
– Я хочу посмотреть поближе.
Эдуард еще раз оглядел поле битвы и кивнул.
– Хорошо. Заодно соберем трофеи, пока не растащили.
Мы прошли через пролом в деревянной стене, и оказались в лабиринте из поваленных палаточных столбов, шкур и обгоревших бревен. Волшебница шла прямо передо мной, но у меня не было никакого желания пялиться на нее. Наверное, атмосфера такая. Или же, я расту над собой.
На всякий случай, я оценил, как на ней сидит ее красная бархатная мантия. Не, не расту.
Кирилл ткнул меня в бок локтем.
– Зря зверя не взял. Он бы сейчас точно что-то учуял.
– Единственное, что он бы учуял, это то, что здесь случилась какая-то жуткая, и таинственная хрень. А это мы и так знаем.
– Ответил я ему.
В лагере висела скорбная тишина, поэтому, когда что-то громко зашуршало за висящей звериной шкурой, все напряглись.
Кирилл попытался заслонить Елесию от неведомой опасности, но она обиженно оттолкнула его и выставила вперед жезл.
Завеса пошевелилась, и нас всех оттолкнуло назад потоком ветра, достаточно сильным, чтобы больно удариться о стену. Из-за завесы появилась большая белая птица.
– Полина, это свои, перестань!
– крикнул я, махая руками. Не дожидаясь пока она выкинет нас на остатки кольев.