Чтение онлайн

— Ты же никогда не сдавался, готов был идти до последнего, пока была хоть какая — то надежда. Виктор! помню, ты как — то сказал мне, что умрёшь, смеясь. А я не вижу, чтобы ты сейчас смеялся, — девушка наклонилась ко мне и протянула руку. — Поднимайся, Виктор. У тебя осталось мало времени.

— Помню, — я с трудом улыбнулся. — День был солнечный…

— Ты лежал на спине. С таким лицом, будто вот — вот копыта отбросишь. А я бегала вокруг и причитала.

— И тогда я ответил…

— «Когда соберусь помирать», — сказали мы в два голоса, — «буду смеяться. Всем назло».

Я улыбнулся ещё шире и взял её за руку. Тёплую, пахнущую духами и оставленным прошлым. Это, без сомнений, была Лючия. От прикосновения воспоминания нахлынули на меня.

И наконец — то я разобрался в себе.

Когда мы с Лючией повстречались, мне было восемнадцать. Естественно, что я не мог не обратить на неё внимания. Девчонка — демон отличалась от всех, кого я знал раньше. Это было время, когда мне ещё только предстояло научиться владеть своей силой, и Лючии часто приходилось вытаскивать меня из опасных ситуаций. Она злилась и грозилась, что сама прибьёт меня, но на следующий же день мы с приятелями находили новые приключения себе на головы, и всё повторялось снова. Нет ничего удивительного, что мне стало казаться, будто я испытываю какое — то чувство к ней. Только, время, действительно, многое меняет; мосты в былое давно сгорели, и сейчас было просто приятно встретить старую подругу.

Наконец я был готов отпустить её. И стало так легко.

Лючия помогла мне подняться и быстро пошла вперёд.

— Постой, — попросил я, держась за стену, пытаясь успеть за ней.

— Нельзя больше ждать, — не оглядываясь ответила она. — Поторопись.

Вместо того, чтобы выйти на улицы, мы плутали какими — то закоулками, утопающими в непроглядной тьме. Будь на месте Лючии кто — то другой — следовало бы десять раз подумать, прежде чем идти. Однако она принадлежит к числу тех, за кем можно безбоязненно следовать хоть на край света и ни секунды не сомневаться, что именно там вы и окажетесь. Она из тех, кому можно доверять. И даже если это какой — то очередной обман Обратной стороны, если Лючия вдруг окажется монстром и проглотит меня, то, по крайней мере, я буду улыбаться.

— Твой меч, — заговорил я. — Вернуть его?

Девушка остановилась буквально на пару секунд, после чего пошла ещё быстрее.

— «Королева змей» слишком известна в некоторых местах. Кроме того, это мой подарок тебе.

Она в очередной раз завернула за угол раньше меня. Когда я поспел за ней, за углом никого не было.

— Люсь? — неуверенно позвал я. Никто не ответил. Мой взгляд остановился на слабо мерцающей вывеской дешёвого подвального бара. Решив, что она зашла туда, я быстро спустился по лестнице и, распахнув дверь, ввалился внутрь. Бар оказался небольшим, плохо освещённым помещением с низкими потолками, под которыми плавали клубы густого, едкого табачного дыма. Двое висельников медленно раскачивались в своих петлях в дальнем углу, полурассыпавшийся скелет протирал бокалы, какое — то свиноподобное существо возилось рылом в тарелке, широкоплечий мужчина, сидевший за барной стойкой, пил мутную жидкость, то и дело подливая себе в бокал из стоящей рядом бутылки. Лючии в баре не было.

— Сюда сейчас девушка не заходила? — поинтересовался я, поглядывая на покачивающихся висельников — верёвки при каждом движении противно поскрипывали под их весом.

Посетители мрачно посмотрели на меня и отвернулись.

— Чужие здесь не ходят, — ответил человек за барной стойкой. Он кивнул в сторону висельников. — Здесь и свои — то… не очень.

Свин вылез из тарелки и глухо захихикал.

— Не уходи, — остановил меня мужчина. — Я и так уже запарился тебя ждать. Присаживайся.

— Сначала назовись.

Он поднял над собой бутылку и попросил скелета — бармена принести ещё. Затем он залпом выпил то, что ещё оставалось в бокале, и сказал:

— Досталось же тебе, я смотрю. Я — твой проводник.

— Хреновый ты проводник! — взорвался я, совершенно позабыв о том, что вижу этого человека впервые в жизни. — Меня там чуть заживо не сожрали, а ты тут бухаешь?!

— Успокойся. У тебя же, наверняка, есть вопросы.

— Есть, — я с трудом взобрался на высокий стул и облегчённо выдохнул, оперевшись наконец на стойку. — Один вопрос. Тебе как сначала: по щам или по почкам?

— Брось. Как я вижу, ты уже понял, что выходить из себя опасно. Особенно на тёмной половине.

— На тёмной половине? То есть, хочешь сказать, есть и светлая?

«Проводник» кивнул.

— Угу.

— Тогда я предпочёл бы оказаться там.

— Не делай поспешных выводов, — он снова наполнил бокал. — Слишком яркий свет тоже мешает видеть правильную дорогу. Хотя, как знать. Мне тоже доставляет удовольствия двое суток с лишним сидеть в этой дыре и ждать чёрт знает кого.

— Как это «чёрт знает кого»? — возмутился я, протягивая руку к уже ополовиненной бутылке.

Мужик не дал мне её взять, выхватив, что называется, из — под носа.

— Не вздумай. Ты впервые раз на Обратной стороне. Стоит сейчас что — то съесть или выпить, и уже никогда не сможешь уйти.

— С чего ты взял, что я здесь впервые?

Он слегка улыбнулся.

— Потому что тебе нужен проводник.

Этот странный разговор вконец достал меня. Мне не хотелось опять разозлиться и попасть в неприятности. Лучше было сменить тему.

— Говоришь, что ждёшь меня уже больше двух дней? Значит, солнце уже встало?

— Угу. Рассвет всегда приходит.

— Но ночь на улице. Там, по ходу, всё время ночь.

— Верно.

— Ты совсем дурак?

Он улыбнулся ещё шире.

— Снаружи темно потому, что ты хочешь или привык, чтобы так было, — «Проводник» встал из — за стойки и не спеша направился к выходу. — Тебе надо всего лишь открыть глаза.

Я слез со стула и пошёл за ним.

— Открыть? Эй! Я знаю, откуда это!

— Может, потому и говорю, что знаешь?

Что — то сверкнуло за грязными стеклами окон. Я подошёл к одному и приподнялся на цыпочки, чтобы посмотреть.

Яркий, тёплый солнечный свет заливал улицы подобно разливающемуся морю. Солнце поднималось так быстро, что я от неожиданности отпрянул от окна, когда золотистые лучи ворвались внутрь. Они заполняли собой каждый уголок, каждую трещинку, свет становился всё ярче и ярче, пока не осталось ничего кроме него.

Тогда я наконец открыл глаза.

Бар остался на месте, однако ни странного мужика, ни скелета, ни висельников, ни жующего свина в нём не было. Бар опустел. Он походил на обычное полуподвальное помещение — давно заброшенное и со временем покрывшееся слоем пыли, паутины и плесени.

Все мои раны исчезли, будто их и не было, боль и усталость ушли. Одежда, которая ещё минуту назад была изорвана в клочья, оказалась просто помята. Всё произошедшее виделось теперь странным, страшным сном.