Чтение онлайн

— Сенатор должен выкроить время, чтобы поохотиться со мной на оленей. Прошлый раз, когда мы охотились вместе, я уложил вожака. С тех пор мне катастрофически не везло.

— Хорошо, я ему скажу.

— Чем я могу вам помочь?

Симпсон пояснила, что им хотелось бы осмотреть рабочее место Патрика Джонсона.

— Я сказал, что у них для этого слишком низкая форма допуска, — вмешался Рейнке.

— Не сомневаюсь, — сказал Грей и, обращаясь к Симпсон, продолжил: — Пойдем, Джеки. Я сам провожу тебя. Это все! — бросил Король разведки таким тоном, что Рейнке и Петерс мгновенно выскочили из комнаты.

Грей шел по коридору чуть впереди, и Алекс ухитрился прошептать на ухо Симпсон:

— Боже, вы никогда не говорили, что знакомы с Картером Греем.

— А вы никогда не спрашивали.

— Откуда вы его знаете?

— Он мой крестный.

Пока Алекс и Симпсон торпедировали НРЦ, Оливер Стоун следил за шахматной доской в парке у Белого дома. Его противником был Томас Джефферсон Уатт, больше известный как Ти-Джи. Он был старинным другом Стоуна и вот уже почти сорок лет работал на кухне Белого дома.

Кроме того, Ти-Джи был членом конгрегации методистской церкви, которой принадлежало кладбище «Гора Сион». Именно он помог Оливеру получить там работу.

Когда позволяла погода и у Томаса Джефферсона был выходной, они любили разыграть партию-другую. По правде говоря, и подружились-то они из-за шахмат.

Сегодня Стоун, вопреки обыкновению, сделал какой-то ход не подумав. В результате Уатт довольно быстро выиграл у него ферзя.

— С вами все в порядке, Оливер? — озабоченно спросил он.

— Так, кое-какие мысли… — Стоун откинулся на спинку скамьи. — Похоже, ваш босс останется на посту еще четыре года?

— Да… Из кухни, знаете ли, все президенты похожи один на другого. Республиканцы и демократы едят одинаково. У этого парня тоже неплохой аппетит. Он прекрасно справляется и с работой, и к персоналу относится с уважением. Секретную службу тоже искренне уважает. Вопреки стереотипам. Публика-то уверена, что любой босс покровительствует тем, кто готов принять в себя предназначенную ему пулю. Ошибается! Я уж тут повидал всякого… От иного просто воротит… — покачал головой Уатт.

— К вопросу о секретной службе. Вчера вечером я встречался с агентом Фордом.

Лицо Ти-Джи просветлело.

— Хороший человек! Я вам говорил, что, когда умерла Кити, а у меня была пневмония, он приходил ко мне почти каждый день. Конечно, в те дни, когда бывал в городе.

— Я помню. — Стоун двинул вперед слона. — Я видел, как вертолет Картера Грея приземлился вчера у Белого дома…

— Секретной службе это здорово не по нутру. Единственная вертушка, которая должна там садиться, — это «Морская пехота-один» с президентом на борту.

— Статус Картера Грея позволяет ему устанавливать свои правила.

Уатт ухмыльнулся.

— До меня дошли кое-какие слухи об этом типе, — произнес он заговорщицким тоном, наклонившись к Стоуну. — Думаю, они вас позабавят!

Стоун весь обратился в слух. Их шахматные матчи иногда сопровождались невинными сплетнями. Обслуживающий персонал Белого дома трудился там долгие годы и славился не только скрупулезным выполнением своих прямых обязанностей, но и своей скрытностью — во всем, что касалось жизни первого семейства. Для президентов и их супруг это было гораздо важнее, чем просто хорошее обслуживание. Стоун несколько лет приручал Уатта, прежде чем они начали обсуждать события в Белом доме, пусть даже самые тривиальные.

— Президент попросил Грея слетать с ним в Нью-Йорк на годовщину одиннадцатого сентября. Как вы понимаете, босс намерен произнести на мемориале большую речь. — Уатт замолчал и повертел головой, оглядываясь, нет ли прохожих.

— И?…

— И Грей с ходу ему отказал.

— Это, пожалуй, даже для Грея неслыханная наглость!

— Вы же знаете, что случилось с его женой и дочерью?

— Да.

С Барбарой Грей Стоун познакомился много лет назад. Она была замечательной женщиной, обладающей такими чертами характера, которых начисто был лишен ее муж. В отличие от своего супруга она любила людей и умела им сочувствовать. Стоун испытывал к ней большое уважение, ставя ей в вину лишь то, что она ошиблась в выборе.

— Затем президент попросил Грея сопровождать его в Пенсильванию, в Бреннан.

— И он?

— Ну, дважды отвергнуть предложение президента — на это не пойдет даже он!

— Ну да… — согласился Стоун.

Некоторое время они сидели молча. Уатт, тщательно изучив позицию, сделал ход, угрожая ладьей слону.

Продумывая варианты дальнейшей игры, Стоун сказал:

— Мне кажется, у Грея полно своих проблем. Этот парень… которого нашли на острове Рузвельта… как его… Патрик Джонсон! Он работал в НРЦ…

— Да, это отозвалось в «большом доме».

— Президент озабочен?

— Они с Греем очень близки, и грязь, которая летит в Грея, попадает на президента. Наш президент не дурак. Он очень лояльно относится к своим сотрудникам, но… — Ти-Джи снова огляделся. — Думаю, я не выношу мусор из избы. Это всем известно.

— Похоже, что Белый дом и НРЦ хорошо поработали с журналистской братией. В утренних «Новостях» об этом почти ничего не прозвучало.

— Я знаю лишь то, что президент заказывал себе ночью еду и кофе. Он буквально из кожи вон лезет перед выборами и, естественно, не хочет, чтобы его автомобиль в последний момент угодил в кювет. Одно мертвое тело может натворить много бед.

Когда партия закончилась и Уатт отправился нести свою кулинарную службу, Стоун провел несколько минут в глубоком раздумье. Итак, Грей едет в Бреннан, штат Пенсильвания. Любопытно! Трюк, который выкинул городок, был, мягко говоря, тот еще, но для его обитателей игра, кажется, стоила свеч.

Стоун уже собрался было уйти, но передумал, увидев, что к нему приближается Адельфия — с двумя стаканчиками кофе в руках. Присев рядом, она протянула ему один.

— Теперь у нас есть кафэ, и мы поболтать можем, — твердо заявила она и с легкой издевкой добавила: — Если вам на собрание идти надо нет.

— Нет, не надо. Благодарю за кофе, Адельфия. — Он немного помолчал, отхлебывая. — Как вы узнали, что я здесь?

— Как будто это секрет есть. Куда вы идти, когда у вас игра в шахматы? С этим черным человеком, который работать в Белом дом.

— Не представлял, что каждый мой шаг предсказуем, — произнес Оливер, и внимательный слушатель мог бы уловить в его тоне нотки раздражения.

— Мужчины вообще есть предсказуем. Как вам нравиться кафэ?

— Очень вкусный. — Он отпил еще. — Кофе недешев, Адельфия.