Чтение онлайн

Не найдя свободного такси, он решил спуститься в метро. Там было очень многолюдно, и Энтони с трудом втиснулся в битком набитый вагон. Проехав несколько остановок, он протолкнулся сквозь толпу и вышел на улицу. Добрался до своего дома. Повернув ключ в замке, открыл входную дверь, вошел, закрыл дверь за собой и запер ее, после чего прошел на кухню и поставил бутылку на стол. Романелло уже собирался скинуть куртку и налить себе бокал «Кьянти», когда раздался стук в дверь. Он посмотрел в глазок. Все поле зрения занимала коричневая форменная куртка курьерской службы доставки.

— В чем дело? — спросил Романелло через дверь.

— Посылка для Энтони Романелло, проживающего по этому адресу, — сказал курьер, быстро изучив пакет размером восемь на одиннадцать дюймов, пухлый посредине.

Романелло открыл дверь.

— Вы Энтони Романелло?

Он кивнул.

— Будьте добры, распишитесь вот здесь. — Курьер протянул хозяину квартиры квитанцию и ручку.

— Надеюсь, вы принесли мне не повестку в суд? — улыбнулся Энтони, расписываясь в квитанции.

— Разносить повестки в суд я не согласился бы ни за какие деньги, — ответил курьер. — Мой шурин работал судебным приставом в Детройте. После того как в него выстрелили второй раз, он устроился водителем в булочную… Так, всё в порядке. Всего хорошего.

Закрыв дверь, Романелло ощупал сквозь тонкий картон содержимое пакета. На лице у него заиграла улыбка. Оставшаяся часть гонорара за устранение Лу-Энн Тайлер. Его заранее предупредили, что заказ, возможно, будет отменен. Но заказчик заверил его в том, что он в любом случае получит всю сумму. Внезапно его улыбка погасла. Романелло вспомнил, что деньги должны были прийти на почту, в арендованный на короткий срок ящик. Никто не должен был знать его адрес. И его настоящее имя.

Услышав за спиной какой-то звук, Романелло стремительно развернулся.

Из погруженной в полумрак гостиной вышел Джексон. Безукоризненно одетый, как и во время встречи с Лу-Энн, он остановился в дверях кухни, оглядывая Энтони с ног до головы сквозь черные стекла очков. Волосы у него были тронуты сединой, подбородок скрывала аккуратно подстриженная бородка. Щеки были дряблые и мясистые, уши — красные и приплюснутые; и то и другое было результатом тщательно сделанных латексных накладок.

— Кто ты такой, черт возьми, и как попал сюда?

Вместо ответа Джексон указал затянутой в перчатку рукой на пакет:

— Откройте.

— Что? — прорычал Романелло.

— Пересчитайте деньги и убедитесь в том, что они все на месте. Не беспокойтесь, вы меня этим нисколько не обидите.

— Послушай…

Сняв темные очки, Джексон пристально посмотрел ему в глаза:

— Откройте.

Голос его был негромким, и в нем не было ничего угрожающего, однако Романелло с удивлением поймал себя на том, что внутри у него все задрожало. В конце концов, он ведь на протяжении последних трех лет сознательно убил шесть человек. Ничто не могло вселить в него страх.

Романелло быстро разорвал пакет, и на пол высыпалась изрезанная газета.

— Это должно быть смешно? — сверкнул он взглядом на Джексона. — Если так, то я не смеюсь!

— Как только я закончил говорить с вами по телефону, — печально покачал головой Джексон, — я понял, что моя маленькая оговорка будет иметь очень серьезные последствия. Я упомянул о Лу-Энн Тайлер и о деньгах, а деньги, как вам прекрасно известно, заставляют людей совершать различные глупости.

— О чем это вы?

— Мистер Романелло, вы были наняты мною для выполнения одной работы. Как только задание было отменено, ваше участие в моих делах закончилось. Или позвольте выразиться несколько иначе: ваше участие в моих делах должно было закончиться.

— Все и закончилось. Я не стал убивать дамочку — и получил от вас лишь нарезанную газету. Это мне следует обидеться.

— Вы проследили за этой женщиной до Нью-Йорка, — загибая пальцы, начал считать Джексон. — Больше того, вы следили за ней по всему городу. Вы отправили ей записку. Вы встретились с ней, и хотя я не был посвящен в сам разговор, судя по всему, тема его была не слишком приятной.

— Черт возьми, откуда вы все это знаете?

— Мистер Романелло, на самом деле нет практически ничего такого, чего бы я не знал. Поверьте мне. — Джексон снова надел темные очки.

— Ну, вы не сможете ничего доказать.

Джексон рассмеялся, и от звука его смеха волосы у Романелло на затылке взметнулись к небу. Он потянулся за пистолетом — пистолетом, которого больше не было на месте.

Увидев его изумленное лицо, Джексон печально покачал головой:

— Вечером в метро так много народу… Я так понимаю, карманники безнаказанно обкрадывают порядочных людей. Как знать, чего еще вы хватитесь…

— Ну, как я уже говорил, вы ничего не сможете доказать. И не вам обращаться в полицию. Вы наняли меня убить человека. Вряд ли к вашему заявлению отнесутся с доверием.

— У меня нет ни малейшего желания обращаться к властям. Вы не выполнили мои инструкции и тем самым поставили под угрозу мои планы. Я пришел сюда, чтобы известить вас о том, что я был в курсе происходящего, чтобы наглядно показать вам, что вследствие ваших неподобающих действий остаток причитающихся вам денег был заменен нарезанной бумагой, и чтобы сообщить, что я решил назначить вам подобающее наказание. И сейчас я намереваюсь привести в исполнение это наказание.

Выпрямившись во все свои шесть футов три дюйма роста перед невысоким Джексоном, Романелло расхохотался.

— Ну, если ты пришел сюда, чтобы наказать меня, надеюсь, ты захватил для этой цели еще кого-нибудь!

— Я предпочитаю лично заниматься подобными вопросами.

— Что ж, в таком случае это дело станет для тебя последним!

Рука Романелло молниеносно метнулась к щиколотке. Через мгновение он уже снова выпрямился, сжимая в правой руке нож с зазубренным лезвием. Ринулся было вперед, но застыл, увидев устройство в руке у Джексона.

— Хваленые преимущества превосходства в силе и габаритах нередко переоцениваются, вы не согласны? — сказал Джексон.

Сдвоенные иглы «Тазера» [100] поразили Романелло прямо в грудь. Джексон продолжал нажимать на спусковой крючок, посылая сто двадцать тысяч вольт электричества по тонким металлическим проводам, подсоединенным к иглам. Энтони рухнул как подкошенный и застыл на полу, уставившись на склонившегося над ним Джексона.

Он беспомощно наблюдал за тем, как Джексон присел рядом с ним на корточки, осторожно извлек иглы из груди и убрал аппарат в карман.

— Грудь у вас волосатая, мистер Романелло. Судмедэксперт ни за что не найдет на ней эти очень маленькие дырочки.