Чтение онлайн

— Это уже не так легко сказать, Зебадия. Мы были в том пространстве-времени всего несколько секунд и оба потеряли сознание. Тут неопределенность.

— Охотно верю. Но скажи мне, Джейк, как обстоит дело с собственными движениями Земли? Вокруг своей оси, вокруг Солнца, относительно звезд и так далее.

— Теоретический ответ на этот вопрос требует математики, которая, по твоим же собственным словам, выходит за пределы твоих интересов, э-э… Зеб.

— За пределы моей компетенции, ты хочешь сказать.

— Как пожелаете, сэр. Путешествие в другое пространство и другое время — и возвращение назад — означает, что ты оказываешься там и тогда, где и когда оказался бы, если бы не совершал этого путешествия. Но понятие «когда» требует дальнейшего уточнения. Как мы с тобой выяснили, э-э… сегодня днем, хотя кажется, что это было гораздо раньше, мы можем настроить аппаратуру так, что вернемся на какую угодно ось в какой угодно точке с сохранением интервала. С целью перестройки планет. С любой другой целью. Включая возвращение в направлении, противоположном стреле энтропии. Правда, я подозреваю, что это приведет к смерти.

— Почему, папа? Разве дело не обойдется просто регрессией памяти?

— Память, дочь моя, сопряжена с возрастанием энтропии. Возможно, смерть более предпочтительна, чем амнезия вкупе с даром предвидения. Возможно, неопределенность как раз и есть тот фактор, который делает жизнь терпимой. Нас держит на плаву надежда. Капитан!

— Да, второй пилот.

— Мы только что прошли над северным краем Каньона.

— Спасибо, второй пилот. — Я положил руки на штурвал.

— Папа, вон наш домик, целехонький. И свет горит.

— Вижу. Они там добавили еще одну секцию с западной стороны.

— Да. Помнишь, мы хотели устроить там библиотеку.

— Так, — сказал я. — Ближе мы подходить не станем. Кажется, ваши аналоги в этом мире принимают гостей. Судя по огням, на посадочной площадке четыре машины. — Я повел Аю по кругу, довольно широкому. — Зависать не буду, это может привлечь внимание. Достаточно им позвонить в свою воздушную полицию — черт, я даже не знаю, говорят ли они по-английски.

— Капитан, мы видели все, что нам нужно. Это не наш дом.

— Какие будут предложения?

— Сэр, предлагаю подняться на максимальную высоту. Пока будем подниматься, обсудим, как быть.

— Ая Плутишка!

— Команда в сборе, капитан Ахав [584] .

— Одно «g» вертикально вверх.

— Слушаюсь, сэр. (Интересно, сколько ответов заложила в нее Дити?)

— Не хочет ли кто-нибудь перекусить? — поинтересовалась Шельма. — Я хочу, я будущая мать.

Я неожиданно осознал, что с обеда у меня не было во рту ни крошки, если не считать кусочка яблочного пирога. Так что мы тут же принялись подъедать остатки ужина.

— Эт Марш?

— Сначала проглоти, потом говори, Шельма.

— Зебби, ты тиран. Это Марс, я спрашиваю? Вон там.

— Это Антарес. Марс вон, смотри где — градусов на тридцать левее. Примерно того же цвета, что Антарес, только ярче.

— Вижу. Джейкоб, дорогой, давай скатаем отдохнуть на Барсум!

— Хильда, милая. Марс непригоден для жизни. Марсианская экспедиция пользовалась скафандрами. У нас скафандров нет.

— А если бы и были, — вставил я, — в скафандрах не очень-то насладишься медовым месяцем.

— Была какая-то такая песенка, — сказала Хильда, — про «Скафандр на двоих». Все равно хочу на Барсум! Джейкоб, ты же говорил, что можно попасть куда угодно за од-но мгно-ве-ни-е.

— Можно.

— Ну, так поехали на Барсум.

Я решил атаковать ее с фланга.

— Хильда, мы не можем поехать на Барсум. Морс Каяк и Джон Картер не захватили с собой клинки.

— Ты уверен? — с невинным видом спросила Дити.

— Что ты хочешь сказать?

— Сэр, я получила приказ отобрать груз для свободных емкостей. Кто заглянет в длинную узкую полость под пультом управления, обнаружит там и меч, и саблю вместе с портупеями. Все обернуто в белье и носки, чтоб не звякало.

— Принцесса, — с достоинством сказал я, — я чувствовал себя не вправе сокрушаться об утрате своего меча, когда твой отец так стоически воспринял утрату дома, — но спасибо тебе от всей души.

— И от меня спасибо, Дити. Мне очень дорога эта сабля, хоть она и бесполезна.

— Папа, сегодня днем она оказалась в высшей степени полезной.

— Ура! Мы едем, едем, едем на Барсум прямо щас!

— Капитан, до рассвета нам все равно нечего делать, мы действительно могли бы на минутку заскочить на Марс. Правда, нужно знать, на каком он сейчас расстоянии, а я не знаю.

— Ну, это просто, — сказал я. — Ая ежегодно заглатывает «Аэрокосмический альманах».

— Не может быть! Вот это да!

— Ая Плутишка!

— Чего пристаешь? Не мешай думать.

— Подумай вот о чем. Вычислительная программа. Адрес исходных данных: «Аэрокосмический альманах». Непрерывно вычислять текущее расстояние по прямой до планеты Марс. Результаты сообщить по предъявлении запроса. Выполняй.

— Программа в действии.

— Сообщи результат.

— Километры два-два-четыре-ноль-девять-ноль-восемь-два-семь запятая плюс-минус девять-восемь-ноль.

— Текущие данные держать на дисплее.

Ая вывела цифры на дисплей.

— Ты умница, Ая.

— Я и карточные фокусы умею показывать.

— Ну и как мы будем это делать, Джейк?

— Совместим одну из пространственных осей с прицелом твоей пушки. Это самое простое.

— И правда. — Я прицелился в Марс, словно бы намереваясь сшибить его с неба… потом похолодел. — Джейк! Как бы мы с тобой не натворили чего не надо. По-моему, это расстояние между центрами тяжести. Давай-ка сдвинем прицел этак на полмила [585] , тогда нам обеспечена безопасная дистанция. Сколько у нас тут будет половина углового мила? По-моему, чуть больше ста тысяч километров. — Сто двенадцать тысяч, — уточнил Джейк, сверившись с дисплеем.

Я отклонил прицел на полмила.

— Второй пилот!

— Да, капитан.

— Приготовиться к перемещению. Выполнять.

По правому борту висел Марс во второй четверти, огромный, рыжий и красивый.

Тетя Хильда тихо промолвила:

— Барсум. Мертвые моря. Зеленые гиганты.

Я только ахнула.

— Марс, дорогая моя, — мягко поправил папа. — Барсум — это миф.