Веселый Роджер
Шрифт:
«Эта девица все равно заколет его шпагой или придушит во сне, – рассуждал Диггенс. – Она-то точно не променяет Роджера на этого сосунка картографа. И как ему удалось подбить команду на бунт?! И все из-за бабы! Бабы – зло!» – пришел он к неутешительному выводу.
Диггенс постучал в дверь еще раз. Ответа не последовало. Мэри не ела уже третий день…
– Не проще ли взломать дверь и войти туда силой? – подумал Диггенс. – Что он – влюбился в эту девку что ли? Ну, боится заходить один – пусть заходит с командой…
Так и не добившись отклика, Диггенс уже готов был развернуться и с повинной головой пойти к капитану, когда дверь тихонько приоткрылась. Рука Мэри протянулась в щель.
– Диггенс, дай мне воды, – требовательно сказала девушка.
Новый старпом, едва ли не подпрыгнув от неожиданности, протянул девушке кувшин.
– И еды! – требовательно сказала Мэри.
Обрадованный таким обстоятельством, Диггенс быстро подал ей миску с едой, не в силах произнести ни слова. Он боялся спугнуть неожиданно улыбнувшуюся ему удачу. Когда девушка приняла ее, дверь снова закрылась, а пират со всех ног бросился к Рею, чтобы сообщить тому хорошую новость.
Рей ходил по палубе. Мысли его вот уже который день крутились вокруг Мэри. То, что эта чертова девица не шла у него из головы, раздражало его невероятно, но в то же время волновало. А она не поддавалась, не хотела принять то, что он сильнее – он теперь капитан! Злой на девушку за такое поведение и на самого себя – за привязанность к ней, Рей продолжал Мэрить палубу широкими шагами, когда к нему приблизился Диггенс.
– Мэри сегодня соизволили покушать, – от слуха капитана не ускользнул насмешливый тон помощника. Он резко повернулся в его сторону.
– Ты говоришь правду или сам все съел?
– Конечно, правду. Зачем бы мне врать, а? Дверь сама открыла и руку протянула. Попросила воды! Потом еды! А как иначе – не с голоду же ей сдохнуть?… Ей силы нужны – она ж еще убить тебя хочет!
На этих словах старый морской волк прикусил язык, но Рей, кажется, и не заметил последней его фразы. Он улыбался, чувствуя облегчение. Значит, не все потеряно, просто нужно время, и Мэри покорится ему.
– Хорошую новость ты принес мне, друг, – пират похлопал Диггенса по плечу и ободряюще подмигнул. Воодушевленный настрой пирата словно придал ему сил, ему захотелось взять с боем какой-нибудь корабль, чтобы снова выйти сухим из воды, снова одержать верх. Но это все завтра. А сегодня, пожалуй, стоит отпраздновать маленькую победу.
Вечером на корабле устроили пирушку. Ром лился рекой. Песни о пиратских приключениях устремлялись к звездному небу, а сердца матросов, опьяненные свободой морского ветра, распахнулись навстречу ночи. Рею в таком настроении тоже хотелось разрушить все преграды, так что, он, изрядно выпив, отправился в каюту к Мэри. С трудом ворочая заплетающимся языком, выкрикивая комплименты, которые в его устах походили на угрозы, капитан с силой ударил кулаком в запертую дверь. Отклика не последовало. Тогда он решил с новой силой навалиться и задействовал дополнительно широкое плечо.
Войдя внутрь и окунувшись в ровное мерцание свечи, стоящей на столе, Рей остановился. У Мэри не было никакого оружия – после того, как позавчера она разбила найденную в каюте капитана бутылку и попыталась зарезать зашедшего к ней Варга осколком, из бывшей капитанской каюты убрали все, что она могла бы использовать для самообороны и защиты. К тому же, Мэри ослабла – голодовка не пошла ей на пользу и только сейчас, когда Рей ввалился в каюту, она, наконец, поняла это – отказ от еды был ее главной ошибкой. Ну почему, почему ей не хватила ума сделать вид, словно она согласна на все изменения, которые произошли в команде, а потом просто убить этого подонка? Нет же, нужно было показать свой характер…
Сейчас девушка сидела, забившись в угол койки, и испуганно смотрела на Рея, но глаза ее говорили очень красноречиво, что хоть она и боится, но это не мешает ей испытывать ненависть. Подвыпившего капитана, впрочем, это нисколько не смущало. Он упрямо двинулся к девушке. Тяжело приземлившись на ее постель, Рей принялся тянуть руки, чтобы прикоснуться к Мэри.
– Ну что, красавица, станешь, наконец, моей?
Мэри отвернулась – все в Рее было ей противно. А он уже протягивал руки, чтобы схватить ее. Как сопротивляться? Ударить его в живот? Пнуть, что есть силы, и бежать? Так у двери наверняка ждут предатели – Диггенс или Варг или еще кто-то…
Мысли ее прервал чей-то голос.
– Оставь ее. Не всякая женщина должна принадлежать тебе, – голос Диггенса был тверд, руки скрещены на груди, а ноги – широко расставлены. Рей обернулся.
– Не зли меня, – прошипел он, выпрямляясь в полный рост. Конечно, силы были не равны, но Диггенс продолжал перечить капитану.
– Зря мы послушали тебя, – выпалил он. – Зря! Зря высадили Роджера на необитаемом острове… Все было хорошо, если бы не наша жадность.
– Жадность, знаешь ли, – главный бич пиратов, – задумчиво проговорил Рей и снова уставился на Мэри, которая попыталась воспользоваться моментом и убежать.
– Ты это куда собралась? – сказал Рей и тут же получил удар по лицу. Девушка впилась ногтями в кожу бывшего картографа, оставляя на его щеке и шее глубокие красные следы.
– Ах ты, чертова кукла, – ругнулся Рей, вспомнив как эта дрянь едва не отрубила ему руку. – Ты мне за все ответишь!
Он замахнулся было, чтобы ударить ее, но назойливый голос Диггенса помещал ему.
– Оставь Мэри в покое! – рявкнул он. – Помнишь кодекс чести? «Если кто попытается завладеть женщиной без ее согласия, тот будет приговорен к смерти». Ты подписался под этим!
Но Рей не стал отвечать своему новому помощнику. Он просто выхватил из-за пояса пистолет и выстрелил наугад. Пуля угодила в ногу Диггенсу, который сразу же опустился на пол, глухо застонав. У него хватило дыхания только на то, чтобы выдавить из себя:
– За что ты так?
– Лучше уж раз в три дня пристрелить кого-нибудь из команды, чем самому быть отправленным на корм рыбам… Ваш прежний капитан не понимал этого, а я понимаю… И каждому, кто захочет сместить меня так же, как недавно мы сместили нашего веселого Роджера, я пущу пулю в лоб!
На этом все закончилась. Рей вышел из каюты, помощника отправили извлекать пулю, а дверь так и осталась прислоненной к стене. Мэри опустилась на кровать и в бессилии зарыдала. Впервые за многое время она почувствовала себя просто женщиной – женщиной, которой нужна помощь.
Следующей ночью девушка тайком пробралась на палубу, чтобы посмотреть на звезды, побыть наедине со своим одиночеством. Позади послышались шаги. Даже не поворачиваясь, она знала, что это Диггенс. Теперь его походку можно было отличить от любой другой, потому что теперь он передвигался с тростью. В шутку его назвали «трехногим». Помощник не говорил ни слова. Просто приблизился и положил перед девушкой ключ. Ей тоже не требовалось слов, чтобы все понять – это был ключ от трюма, и Мэри только слабо кивнула и отвернулась. Благодарить предателей? Ну, уж нет, не дождутся…