Чтение онлайн

Ведь он могущественный. Он — демон. Но добрый демон. Эллен каждый раз чувствовала охватывающую её приятную теплоту и восхищение, когда говорила с ним. И особенно тот сон, когда он крепко и нежно обнимал её.

«Он хочет сделать вид, что выманит меня. Он хочет напугать моих коллег, чтобы они подумали, что мне всерьёз грозит опасность. И он всё равно придёт ко мне»

Звонок раздался немного неожиданно для Эллен. Она задумалась, рассматривая красивые картинки счастливых людей в уютной вязаной одежде. Она расширила глаза и посмотрела на телефон. По трубке прополз маленький паучок с карниза. Леди-в-Красном выдохнула и пододвинулась поближе к телефону. Сняла трубку она не сразу, а после восьмого звонка. Она сама не понимала, что заставило её помедлить. Должно быть, она собиралась с мыслями.

«Не подвести его. Подыграть ему…»

А далее спектакль разыгрался как по нотам.

— Аллё…

— Слышишь меня? Ждёшь ли меня?

— О да… Я тебя слышу. И жду.

— Вот и прекрасно. Послушная девочка. Завтра ночью ты будешь моей.

— Ах… Как это возможно?

— А ты как думаешь? Я приду за тобой.

— Куда же? Как же? — Эллен старалась изобразить испуг и замешательство. Но внутри неё всё пело от радости и восторга.

— Узнаешь. И я уже всё про тебя знаю. Ты же собираешься завтра на вечеринку, верно?

— Да…

— Там мы и встретимся.

— Как я тебя узнаю? Я же тебя ни разу не видела…

— Узнаешь, поверь. Я подкрадусь незаметно.

— Ах… Это будет страшно.

— Ещё бы. Прекрасно, что ты меня боишься. Так и надо! И только попробуй не прийти.

— Я приду! Обещаю тебе, я приду! — у Эллен внезапно вырвалось это совсем искренне. Она испугалась, что едва не выдала себя, и зажала рот рукой.

— Я жду тебя. Не подводи меня, Эллен. Ты обещала быть со мной. Вернее, я тебя заставил это обещать! А мне до сих пор никто не отказывал, — Голос прозвучал самодовольно, и Леди-в-Красном услышала в нём нотки одержимости.

— Я не отказываю тебе… — Эллен постаралась, чтобы её голос звучал как мольба жертвы безжалостному губителю.

— И правильно делаешь. До встречи, Эллен. И запомни: завтра я пойду на всё, чтобы добраться до тебя. И тебя никто не сможет спасти и уберечь от моих рук.

Теперь Эллен услышала в Голосе замогильный холод. Её словно окатило талой водой, и по телу пробежали мурашки. Ощущение нельзя назвать приятным, но ей понравилось. Она поверила в то, что Голос работает на микрофон, на публику — чтобы нагнать шороху на телохранителей Эллен. Она уже давно с ним в сговоре. А представив, как ровно через сутки она увидит это тёмное сверхъестественное существо воочию и сможет лично с ним познакомиться, храбрая Эллен в предвкушении счастливо улыбнулась. Сейчас она ни на мгновенье не допускала мысли, что ей грозит реальная опасность.

Однако этого не скажешь о её коллегах. Когда связь разъединилась, Мэтт, успевший перехватить звонок, принялся передавать его на Базу, чтобы выяснить, откуда звонил Голос. Эллен не знала, что наряд и группа захвата на случай, если удалось бы засечь адрес, уже были стянуты и подготовлены Амандой. Однако, звонок отследить не удалось. Он терялся, словно Голос звонил из Ниоткуда. Или из самой Тьмы.

Часть 2. Хлеба и Зрелищ! (продолжение)

* * *

Однажды подруга Аннет Кейс доверительно рассказала ей о новейшем запрещенном препарате. Это яд, который действовал настолько совершенно, что помогал скрыть следы любого преступления. У Рэйчел на тот момент не было недостатка средств, впрочем, как и всегда, и она предпочла купить этот препарат. Пусть лежит на про запас. Рэйчел вспомнила о нём несколько часов назад, после того как приняла решение покончить с Николасом в буквальном смысле этого слова.

"Он охладел ко мне. Отец предупреждал, что рано или поздно он станет опасен. Он слишком много знает и, возможно, догадался уже давно, что я использую его. Раньше он самозабвенно как слепой дурак рисовал для меня эти картины. Даже не оставлял там своих авторских знаков. Этот тюфяк и не претендовал ни на что. Хотя, он гениален. Его дядюшка директор музея хорошо вымуштровал в нём комплекс неполноценности, что мне только на руку! А я на его этом таланте заработала кучу денег. Однако, сейчас стало горячо. Папа утверждает, что его прижали «гбрибовцы». И Николас в последние дни ведёт себя странно. Может, он уже давным-давно сдал меня? Или спит и видит, как это сделать?"

Так думала искусная мошенница, равных которой ещё не было.

Рэйчел решила выехать к нему без предварительного звонка, поздно вечером. Пусть это будет для него сюрприз. Пусть думает, что Рэйчел взалкала его ласки и приехала к нему как жаждущая наслаждения возлюбленная.

"Я усыплю его бдительность. Мы выпьем вино. В его бокале уже будет яд от Аннет. Мгновенная асфиксия. Он закашляется. Я изображу сильнейший испуг, ужас и панику. Он будет кашлять, в его глазах страх, он схватится за горло. Воздуха будет всё меньше и меньше. Я буду рыдать, пока он будет умирать. Буду просить его остаться. Всё это будет очень трогательно. А потом я уберу все следы своего пребывания. Свою сумочку. Свой бокал вина. И уйду, а на его кухне я включу все газовые конфорки, и дом рано или поздно взлетит на воздух. А если кто-то найдёт его труп и вызовет копов — то что ж, патологоанатом выяснит, что он просто неудачно поперхнулся вином, решив выпить его в одиночестве. Я знаю, что у него есть непочатая бутылка вина, на котором только его отпечатки пальцев. Свои отпечатки пальцев я сотру".

Да, таков план.

"Потом я позвоню папе по выделенной конфиденциальной линии и скажу, что с художником всё. Папа будет рад. Ему сейчас так нелегко. Мой бедный папа — словно муха, загнанная в паутину этими мерзкими пауками-крестовиками".

Подумав о пауках, Рэйчел поёжилась за рулём шикарной красной машины. Позавчера громадный паук размером почти с котёнка до смерти напугал её. Рэйчел страдала арахнофобией. Пауки это единственное, что она боялась по-настоящему.

Страх шёл из детства: когда она была совсем маленькая и отдыхала на даче её отца, мальчишки постарше из не очень обеспеченных семей выманили её в старый сарай и заперли там. Там было множество пауков и темно. И она чувствовала, как эти пауки ползают по ней, перебирают лапками. С ней едва не случился нервный срыв. Её ещё как назло долго не могли найти родители и слуги. Когда её нашли, она была на грани психического помешательства. Отец тогда хотел жестоко разобраться с этими мальчишками, но девочка сама замяло дело. Ведь Рэйчел с тех пор стала не только бояться пауков. Она стала такой, какой стала: беспринципной обманщицей и мошенницей.

Она сама тонкими искусными путями отомстила обидчикам спустя несколько лет. Когда они выросли, окончили учёбу и стали заниматься бизнесом, Рэйчел жестоко ограбила их, растоптала и подвела к нищете. На них она отточила многие свои мошеннические схемы. В частности, благодаря одному из них она решила присоединиться к прибыльному бизнесу её отца по контрабанде краденых произведений искусства. Один из обидчиков Рэйчел был художником, но гораздо более бездарным и посредственным, чем Николас.

В глубине души Рэйчел знала, что она скверная девушка. И винила во всём пауков и не менее скверных, по её мнению, людей. Единственный человек, кого она любила, и то по-своему, её отец. Но ей всё время казалось, что отцу нет до неё никакого дела. Ещё она хотела свободы и независимости, поэтому отказалась начисто от фамилии отца. Рэйчел не любила свою первую настоящую фамилию Флай — ведь из-за этой фамилии её тогда задразнили «Мухой».

И сейчас она хотела убить человека, который её некогда боготворил и обожал по-настоящему. Николас был для неё как средство для достижения целей. Рэйчел елейно улыбнулась, вспомнив, сколько денег смогла вытрясти не только из его таланта и любовной слепоты, но из его самого. Прикидываясь бедной овечкой, вынужденной торчать в офисе за мизерную зарплату, Рэйчел иной раз выпрашивала у Николаса дорогие подарки, денег в долг без возврата, не взирая на то, что временами художник с трудом сводил концы с концами и ему едва хватало на то, чтобы покупать себе еду

Все люди — ничтожество, — убеждена Рэйчел. Я создана для того, чтобы использовать их для своей выгоды. Все люди — какашки. А я — та муха, которая по ним ползает и сжирает.

Никто не раскроет это убийство. Ни у кого не хватит ума. Тем более, Аннет схватили. Аннет, если вдруг узнает, точно не проболтается. А она вряд ли узнает, ей светит пара десятков за решёткой. Аннет тоже была средством достижения цели.

Накануне Рэйчел по телефону связалась с Хьюисом и дала ему и Хеймелю указания забрать картины из офиса и перепрятать их на ещё одну тайную базу — склад краденной живописи. Она рассчитывала прибыть туда после убийства и некоторое время побыть там, отсидеться — на случай, если смертью Николаса всё-таки заинтересуются. Рэйчел беспокоило, что копы серьёзно насели на его дядю Годдса, и тот уже наверняка выдал им про Хьюиса и про фейковое детективное агентство Хордерн.