Чтение онлайн

Было ясно, что он слабыми, непослушными пальцами писал это как завещание. Однако в завещании он должен был бы написать какие-то слова для матери. А он просто давал ей деловое поручение.

Больной издал мучительный стон, Хонда сразу спрятал листок и поднялся к полке напротив, всматриваясь в лицо Киёаки.

— Что?

— Грудь болит. Будто мечом пронзает. — Киёаки выговорил это, трудно дыша. Не зная, что делать,

Хонда хотел слегка помассировать ему правую сторону груди, но лицо Киёаки в слабом свете фонаря исказилось от боли.

Но все равно это лицо было прекрасно. Страдания придали ему непривычную одухотворенность, на лице обозначились острые углы, оно казалось отлитым из бронзы. Чудесные глаза увлажнились от слез, страдальчески сдвинутые брови вытянулись в сплошную линию и выглядели еще мужественнее, а потому еще печальнее мерцали черные капли зрачков. Великолепной формы крылья носа трепетали, будто силились что-то уловить в воздухе, между пересохшими губами жемчужным светом поблескивали зубы. Через некоторое время боль немного утихла.

— Может, поспишь. Тебе лучше поспать, — сказал Хонда. Ему показалось, что на лице Киёаки, отмеченном страданием, проступила радость человека, увидевшего то, что другим созерцать не дано, что-то высшее в этом мире. На секунду мелькнула подавленная чувством стыда и угрызениями совести зависть к другу, которому открылось неведомое. Хонда слегка потряс головой. Печаль гнула его к земле, тревожили непонятные ощущения, тянувшиеся нескончаемой нитью. Киёаки, провалившийся было в сон, вдруг открыл глаза и протянул Хонде руку. И, сильно сжимая руку друга, сказал:

— Я сейчас видел сон. Мы встретимся. Обязательно встретимся. Под водопадом.

Хонда решил, что мысли Киёаки бродят по усадьбе и он вспоминает водопад в одном из уголков своего огромного сада.

Через два дня после возвращения в Токио Мацугаэ Киёаки умер. Ему было двадцать лет.

Юкио Мисима

Весенний снег

первая книга тетрологии

"Море Изобилия" [39]

1969