Чтение онлайн

– Служил, но этот шрам я заработал не в бою. Однако, армия в этом замешана, – ответил Марат, и непроизвольно потер шрам на виске. – После боя следы на теле остаются редко. Цель современного оружия – убить, как можно быстрее, а не украшать мужчину шрамами. Если ты подставился под пулю, то скорее всего твои отметины будут разглядывать санитары в морге, а не девушка в постели.

– Почему ты ушел из армии?

– В последнее время мне все чаще приходилось выполнять приказы вступающие в противоречия с моим инстинктом самосохранения. В какой то момент я задумался, и понял, что не хочу посмертно становиться героем.

– Так ты скажешь, откуда у тебя этот шрам?

– Однажды ночью я возвращался от одной красивой девушки. Надвигалась гроза, видимость была нулевая. Я врезался в машину, – ответил Марат.

– При чем здесь твоя служба? – подозрительно спросила Вася.

– Я врезался в боевую машину пехоты, – без тени улыбки ответил Марат.

– Очень смешно, – так же серьезно произнесла Вася. – Армейский юмор, я полагаю?

Василиса ничуть не удивилась ответу, а точнее его отсутствию, ожидать от своего гостя откровенности было бы глупо. Недобрый случай свел их на короткое время, а такие как Марат не выворачивают душу перед первым встречным. Богатый, беспринципный, бесчувственный осел. Хотя, если быть честной, то он больше походил на матерого хищника. Господи, она же чуть было не стала с ним целоваться. Ее опять передернуло. Надо не позволять ему дотрагиваться до нее.

Крыльцо глухо прогремело под мужскими сапогами. В дом, без стука, ввалился председатель с хмурым лицом. На одежде он принес запах древесины и пота. Переминаясь с ноги на ногу, Черных сказал:

– У тебя развалилась поленница. Поленья перекрыли проход к бочке.

– Как это могло случиться? – воскликнула Василиса. – Все целы?

– Она обрушилась не сейчас, – мрачно продолжил Черных, стараясь не смотреть на Василису. – Нам пришлось поработать, расчищая путь. Ваня нашел шапку.

– Шапку? – переспросила Вася. – Какую шапку? Я ничего не теряла.

– Это не женская шапка, это мужская ушанка.

– Откуда ей там было взяться?

– Думаю, она слетела с головы Славика, когда на него упала поленница, – закончил свой рассказ председатель.

– Славика? Господи, где он? Он сильно пострадал? Ему нужна помощь?– Василиса вскочила на ноги.

– Ему уже не нужна помощь, – ответил на все ее вопросы разом Черных. – Он мертв.

Василиса, шокированная таким известием, опустилась на стул, закрыв лицо руками. В голове заметались тысячи мыслей. Председатель как был в обуви, прошел через всю кухню, присел рядом. Только негромкий треск от сырых поленьев, тлеющих в печке, нарушал гнетущую тишину.

– Ваня побежал за Петровичем, – разорвал тишину Председатель.

– Зачем мертвому доктор?

– Петрович официальное лицо. Смерть нужно зафиксировать по правилам, – проговорил Роман Сергеевич. – Участковый не скоро сможет добраться до нас.

– Вы его вытащили? – с дрожью в голосе спросила девушка.

– Нет еще. Сейчас мужики подойдут, помогут. – Черных тяжело встал, направился к выходу. – И это, ты сама не ходи туда. Дров я тебе принесу, сложу на крыльце.

Черных ушел. Вася с минуту просидела истуканом на стуле, потом быстро пошла к выходу.

– Куда собралась? – резко окликнул ее Марат.

– Я должна это увидеть, – ответила Вася, нервно пытаясь застегнуть куртку. Руки дрожали. Молния никак не желала правильно сходиться.

– Председатель тебе дал верный совет. Не стоит тебе на это смотреть.

– Почему? Я покойников видела. Деда схоронила.

– Таких – не видела. Если человека раздавило поленьями, думаешь, он будет выглядеть как твой дед после гримерной в гробу? – спросил Марат и сам же ответил, – у этого трупа из треснутого черепа будет вываливаться розовато-белесый мозг, а тело будет плоским как блин, и таким же широким, за счет вылезших внутренностей из порванной кожи. А еще у него будут …

– Хватит! Замолчи! – закричала Василиса и почувствовала, как мир стремительно сужается в маленькую черную точку и она куда-то проваливается…

Очнулась она от ласковых прикосновений к щеке. В ушах до сих пор стоял звон. С трудом разлепила веки. Я дома, сквозь туман подумала Василиса. Щеке было щекотно от нежных поглаживаний. Марат. Ну и пусть. Она снова сомкнула ресницы. До чего же приятно. Его рука спустилась к ее шее. Если бы она была кошкой, то замурлыкала бы от удовольствия. Он провел пальцем по ее губам и тут же губ коснулось его горячее дыхание.

– Не надо, – прошептала она и посмотрела на него. Таких глаз она еще не видела. Абсолютно черные, прикрытые густой сенью ресниц, они горели черным пламенем. Он не стал ее слушать, а закрыл ей рот поцелуем. Ее губы помимо воли ответили на поцелуй. Их языки встретились, тогда он зубами легко прикусил ее за губу и тут же отпустил. Разочарование от прерванного поцелуя было столь велико, что она, забыв все обещания, данные себе, непроизвольно потянулась к нему.

– Ну вот, теперь ты пришла в себя, – насмешливо заключил Марат.

– Да как ты смеешь! – мгновенно разозлившись, прошипела Василиса.

– Я наговорил тебе лишнего, забыл, как ты любишь падать в обморок от чужой человеческой боли. А теперь твою чудную головку займут более приятные мысли и тебе некогда будет вспоминать о мертвом Славике, – Марат на несколько секунд прикрыл ресницами глаза, туша горящий в них черный огонь.

– И ты не нашел ничего лучше, как воспользоваться моим беспомощным состоянием! – продолжала рассержино шипеть она, сжимая ладони и едва сдерживаясь, чтобы не залепить ему пощечину. Гнев переполнял ее голову, и она, поддавшись эмоциям, сама не могла определить, что ее так разозлило, то, что он воспользовался ее беспомощым состоянием или то, что он очень быстро прекратил этим пользоваться.

– Мне показалось, что ты не очень-то была против, – приподнял бровь Марат.

– Я была без сознания, идиот!

– Может нам стоит повторить? Когда ты в обмороке, ты очень красивая и не пытаешься меня оскорбить, – задумчиво протянул он. – У раздавленного человека глазные яблоки …

– Заткнись, чертов придурок!– прокричала Василиса, заткнув уши руками, выбежала из комнаты.

Только поздним вечером, когда не осталось сил терпеть голодное урчание в пустом желудке, Вася осмелилась выйти из добровольного заточения.

Василиса слышала, как Черных свалил дрова на крыльцо, но больше заходить в дом не стал. Предварительно она долго прислушивалась к звукам доносившимся из кухни, и дождавшись долгой тишины открыла дверь. Марат спал, а может, делал вид, что спал, отвернувшись от всего. В печке прогорала новая порция дров. Стараясь не греметь посудой, она перекусила, настороженно поглядывая на Марата, молясь всем богам, чтобы он не проснулся. Как бы то ни было и какую бы цель он не преследовал, целуя ее, ему удалось отвлечь ее от возвращения к мыслям об образе мертвого человека в сарае. Каждый раз, когда она вспоминала о случившейся трагедии, мысли невольно перескакивали на Марата. Она и не догадывалась, что от одно лишь поцелуя может так сладко тянуть внизу живота.