Чтение онлайн

Она надеялась, что Лева начнет упрашивать ее, но Лева и не подумал об этом.

– О да, я ужасно устал! – поспешил он согласиться. – И сегодня нам впору вместе с курами спать залечь!

«Вот урод-то! – сердито подумала Лиза. – Хоть бы уж из вежливости промолчал!»

Она бросила красноречивый взгляд в сторону Замятина и с недовольным лицом направилась к тарантасу.

– Какой ты невежа, Лева! – начала Лиза укоризненно, как только они немного отъехали. – Неужели ты не мог из учтивости пригласить их?

– Ах, отстань ты от меня, ради бога, с этой кривлякой! – рассердился Лева. – Очень-то мне нужно весь вечер возиться с нею! Во-первых, я действительно устал, а во-вторых, я вовсе не желаю занимать посторонних в первый же день моего приезда. Ты ведь знаешь, как давно я не видел бабушку и маму!

– Скажите, пожалуйста, какие сентиментальности! – презрительно проговорила Лиза, пожимая плечами, и хотела еще что-то прибавить, но в эту минуту тарантас уже подъехал к даче Субботиных. На крыльце стояли Надежда Григорьевна и бабушка.

– Господи, да никак ты еще вырос за это время! – весело воскликнула Надежда Григорьевна, обнимая сына.

– Ах нет, нет, это только кажется, потому что он так осунулся и похудел! – уверяла бабушка, тревожными глазами оглядывая с ног до головы своего любимца.

Юноша переходил из объятий в объятия, но, по-видимому, ему еще кого-то недоставало, кого-то он искал глазами, с удивлением и с беспокойством оглядываясь кругом.

– Бабушка! – проговорил Лева тихонько. – А где же Иринка, почему ее нет с вами?

Но Прасковья Андреевна расплачивалась в эту минуту с кучером и не слыхала его вопроса.

– Пойдемте обедать! – громко позвала Надежда Григорьевна. – Лева, должно быть, ужасно проголодался.

– Да, да, это правда! – согласился юноша. – Но позвольте мне раньше немного помыться и сбросить эту пыльную тужурку, я прямо умираю от жары! Бабушка, где вы устроили мою комнату в этом году? Отведите меня, пожалуйста.

Леве хотелось улучить минутку, чтобы остаться наедине с Прасковьей Андреевной.

Отсутствие Иринки начинало серьезно беспокоить его.

– Пойдем, пойдем! – охотно согласилась старушка, гордившаяся комнатой для внука.

– Ах, какая прелесть! – воскликнул Лева, останавливаясь на пороге и с удовольствием оглядывая свою уютную комнату с кисейными занавесками, белоснежной постелью и широким турецким диваном. – Какая прелесть, бабушка, вот где хорошо-то будет мне отдыхать теперь! А это что?

В простенке между двух окон, над письменным столом, висел большой лист бумаги, густо исчерченный синим карандашом.

Лева быстро подошел к столу.

«А!.. Ну, слава богу, значит, здорова!» – подумал юноша и с ласковой улыбкой принялся разглядывать знакомые ему размашистые фигуры.

Леве, разумеется, не нужно было называть автора этого чудного произведения.

– Бабушка, но почему ее нет? – спросил он наконец. – Разве Иринка не знала, что я должен был приехать сегодня?

– Разумеется, знала, я и сама, признаться, немного дивлюсь! – ответила старушка. – Ведь вон она тебе эту картину в подарок приготовила. Вчера чуть ли не целый час работала над нею в моей комнате, а потом все хлопотала, чтобы я непременно ее на самое видное место повесила, и даже сама для этого две булавки принесла. Так ты уж, пожалуйста, не бросай этот лист до ее прихода, а то Иринка обидится и подумает, что я не хотела исполнить ее просьбу.

– Да что вы, что вы, бабушка! – даже возмутился Лева. – Пусть он, пожалуй, всегда висит тут! Милый Жучок! Но почему ее нет?

– Должно быть, Дарья Михайловна не пустила, ты ведь знаешь, какая она чудачка: наверное, решила, что посторонние сегодня помешают.

Лева сменил тужурку на белый китель и отправился с бабушкой в столовую.

За обедом он все время рассказывал домашним подробности о своих экзаменах и казался страшно доволен, что наконец вернулся к себе.

За кофе, который прислуга принесла на балкон, Леве были торжественно переданы подарки. Он сейчас же надел подаренные золотые часы и начал с увлечением рассматривать купленные бабушкой книги. Прекрасные ботанические атласы также имели большой успех.

«Ну, этим мы будем вместе с Иринкой наслаждаться! – подумал Лева, и ему вдруг стало ужасно скучно без своего маленького Жучка. – Хорошо бы повидаться с нею!»

– О чем ты так задумался, Лева? – ласково спросила бабушка, положив руку на его плечо.

– А вот мы сейчас развеселим его! – засмеялась Лиза и с сияющим лицом выбежала в сад.

На большой дороге уже виднелись голубое платье Милочки и высокая сухощавая фигура Кокочки Замятина в белом кителе.

– Бабушка! – тихонько проговорил Лева, прижимая к губам руку старушки. – Вы не рассердитесь, если я на часочек уйду теперь?

– В овраг?

– Да, в овраг!

– Ну, беги, беги, там рады будут! – улыбнулась Прасковья Андреевна. – Да смотри только по дороге с гостями не повстречайся – задержат. Пройди лучше через мою комнату, она во двор выходит.

Лева еще раз прижал к губам руку бабушки и быстро прошел в ее комнату.

Летний жаркий день медленно догорал, заходящее солнце золотило верхушки деревьев, и в его розовых лучах и небо, и речка, и сад Снегурочки – все казалось розовым.

Иринка сидела на своей дерновой скамейке, окруженная высоким тмином, и в сиянии этой вечерней зари сама походила немного на большой полевой цветок.

Девочка сидела печальная, уронив руки на колени. У ног ее валялся большой букет белых ромашек, сорванных для Левы, которые ей так и не удалось преподнести ему.

Другие встретили Леву и теперь, вероятно, сидят с ним и разговаривают… Милочка, Замятин, только ее, Иринки, там нет, она посторонняя, сказала мама… помешать может.

Крупные слезы навернулись на глаза девочки и повисли на длинных ресницах.

Но, боже, что это? Уж не показалось ли ей?.. Чьи-то быстрые шаги… неужели сюда? Да, сюда… шаги приближаются… И вдруг в конце лужайки промелькнула знакомая гимназическая фуражка!..

– Ау! Черный Жук, где ты?

– Лева! – слабо вскрикнула Иринка и почувствовала вдруг, что не может бежать – ноги не слушаются. – Лева!

Лева уже стоял около нее.

– Иринка, ты плачешь? О чем? – Он с беспокойством вглядывался в личико девочки, мокрое от слез. – Жучок мой, о чем?

– Нет, нет, я не плачу, это только так… – силилась скрыть свое волнение Иринка. – Я, видишь ли, хотела встретить тебя и большой букет приготовила, а мама… мама… сказала, что я помешаю… я посторонняя…