Вешние воды
Шрифт:
4
По утрам Скриппс медленно идет трудиться на насосную фабрику. Миссис Скриппс смотрит ему вслед из окна, пока он не исчезает в конце улицы. У нее теперь не так много времени, чтобы читать «Гардиан». Не так много времени, чтобы быть в курсе английской политики. Не так много времени, чтобы беспокоиться по поводу правительственного кризиса во Франции. Странный народ эти французы. Жанна д’Арк. Эйва ле Гальен. [35] Клемансо. [36] Жорж Карпентьер. [37] Саша Гитри. [38] Ивонна Прентам. [39] Грок. [40] Фрателлини. [41] Жильбер Селд. [42] «Дайял». Премия «Дайяла». Мэрон Мур. [43] э э каммингс. [44] «Огромная комната». [45] «Ярмарка тщеславия». [46] Фрэнк Крауниншилд. [47] Зачем ей все это? Куда это ее заведет?
35
Эйва ле Гальен (1899—1991) — актриса, продюсер, режиссер, звезда Бродвея.
36
Клемансо, Жорж (1841 — 1929) — французский премьер-министр.
37
Карпентьер, Жорж (1894—1975) — французский боксер, чемпион мира и Европы в полутяжелом весе.
38
Гитри, Саша (1885—1957) — французский драматург и актер русского происхождения.
39
Прентам, Ивонна (1894—1975) — певица.
40
Грок (Чарльз Эдриан Уэттеч) (1808—1959) — один из лучших клоунов мира. Международная премия «Маска Грока» — высшая награда за клоунское мастерство.
41
Фрателлини — артисты цирка, основатели цирковой школы.
42
Селд, Жильбер (1893—1970) — американский писатель и культуровед, был редактором и театральным обозревателем журнала «Дайял» (см. примеч. к с. 382 [№9]).
43
Мур, Мэрон (1887—1972) — поэтесса, переводчица, литературный обозреватель, эссеист. Тесно сотрудничала с журналом «Дайял» (см. примеч. к с. 382 [№9]).
44
Каммингс, Эдуард Эстлин (1894—1962) — поэт, новеллист и фотограф, радикально экспериментировавший с формой, пунктуацией, орфографией и синтаксисом в поисках идеосинкретичных средств выражения, лауреат многих литературных премий, поэт-лауреат. Свои инициалы и фамилию писал со строчных букв, без знаков препинания.
45
«Огромная комната» (1922) — его воспоминания о пребывании во французской тюрьме по надуманному подозрению в шпионаже во время Первой мировой войны, на которую он пошел добровольцем.
46
«Ярмарка тщеславия» — роман английского писателя Уильяма Теккерея (1811—1863).
47
Крауниншилд, Фрэнк (1872—1947) — редактор журнала «Ярмарка тщеславия», театральный критик.
Теперь у нее был мужчина. Ее собственный мужчина. Только ее. Сможет ли она его удержать? Сможет ли удержать возле себя? Это вопрос.
Миссис Скриппс, бывшая пожилая официантка, а ныне жена Скриппса О’Нила, имеющего приличную работу на насосной фабрике. Даяна Скриппс. Даяна — ее собственное имя. Так же звали и ее мать. Даяна Скриппс смотрит в зеркало и думает: сможет ли она удержать его? Это начинало вызывать сомнения. И зачем только он познакомился с Мэнди? Осмелится ли она вмешаться, придя со Скриппсом в столовую? Нет, она не сможет. Он предпочтет ходить туда один. Она это знает. Будет ходить один и разговаривать с Мэнди. Даяна смотрела в зеркало. Сможет ли она его удержать? Сможет ли она его удержать? Эта мысль преследовала ее.
Он каждый вечер в ресторане — она не могла теперь называть заведение столовой. От этой мысли ком вставал у нее в горле и начинал душить. Теперь Скриппс и Мэнди каждый вечер разговаривали в ресторане. Девица пыталась увести его от нее. Его, ее Скриппса. Пыталась увести. Увести. Сможет ли она, Даяна, удержать его?
Эта Мэнди — она же просто потаскушка. Разве можно так вести себя? Разве можно делать такие вещи? Охотиться за чужим мужчиной? Вставать между мужем и женой? Разрушать дом? А все из-за этих бесконечных литературных реминисценций. Этих нескончаемых анекдотов. Скриппс очарован Мэнди. Это Даяна уже внутренне признала. Но она еще может его удержать. Это единственное, что сейчас имело значение. Удержать его. Удержать его. Не отпустить. Заставить остаться. Она смотрела на себя в зеркало.
Даяна подписывается на «Форум». [48] Даяна читает «Ментор». [49] Даяна читает Уильяма Лайона Фелпса [50] в «Скрибнерс». Даяна ходит через весь застывший от мороза безмолвный город в Публичную библиотеку, чтобы читать литературное обозрение «Бук ревью». Даяна ждет почтальона, который приносит «Букмен» [51] . Даяна, стоя под снегом, ждет, когда почтальон принесет «Субботнее литературное обозрение». Даяна, так и оставшись с непокрытой головой, стоит в сугробе, который становится все более глубоким, и ждет, когда почтальон принесет ей литературное приложение к «Нью-Йорк таймс» [52] . Но поможет ли это? Удержит ли его?
48
«Форум» — журнал, специализирующийся на статьях о сексуальных отношениях.
49
«Ментор» — журнал, основанный в 1913 г., специализируется на освещении культурных событий, искусстве, путешествиях.
50
Фелпс, Уильям Лайон (1865—1943) — американский писатель, критик и ученый-филолог, в течение 41 года заведовал кафедрой английской литературы в Йельском университете.
51
«Букмен» — литературный журнал с рецензиями на книжные новинки, выходивший в Лондоне в 1890—1930 гг.
52
«Нью-Йорк таймс» — самая авторитетная газета США, выходит с 1851 г.
Поначалу так казалось. Даяна выучивала передовицы Джона Фаррара наизусть. Скриппс сиял от радости. Потом в его глазах почти ничего не осталось от былого блеска. А потом блеск и вовсе померк. Любая ее незначительная ошибка в словоупотреблении, легкий сдвиг в понимании фразы, небольшое расхождение в позициях — и все обращалось в фальшь. Но она не сдастся. Она еще не побеждена. Он — ее мужчина, и она его удержит. Взглянув в окно, она открыла первую страницу журнала, который лежал у нее на столе. Это был «Харперс мэгазин». [53] «Харперс мэгазин» в новом формате. «Харперс мэгазин», полностью измененный и обновленный. Может, это сработает? Как знать.
53
«Харперс мэгазин» — американский журнал, освещающий все темы от политики до искусства, выходит с 1850 г.
5
Близилась весна. Весна уже витала в воздухе. (Это все тот же день, в который началась эта история, см. с. 388. [54] — Примеч. автора.) Дул чинук. Рабочие расходились с фабрики по домам. Птица Скриппса поет в своей клетке. Даяна смотрит из открытого окна. Даяна наблюдает, как ее Скриппс идет по улице. Сможет ли она удержать его? Сможет ли она удержать его? А если не сможет, оставит ли он ей свою птицу? В последнее время ей кажется, что она не сможет его удержать. Теперь по ночам, когда она к нему прикасалась, он переворачивался на другой бок, от нее. Пусть это был несущественный знак, но из несущественных знаков состоит жизнь. Она чувствовала, что не сможет его удержать. Пока она смотрела на него в окно, «Сенчури мэгазин» [55] выпал из ее ослабевших рук. В «Сенчури» был новый редактор. В журнале стало больше репродукций с гравюр. Гленн Фрэнк отправился возглавлять какой-то крупный университет. А в журнале стало на одного Ван Дорена [56] больше. Даяна почувствовала, что это может стать для нее шансом. На радостях она читала «Сенчури» все утро. Потом подул ветер, теплый чинук, и она поняла, что Скриппс скоро придет домой. Поток мужчин, двигавшихся по улице, становился все гуще. Есть ли среди них Скриппс? Она не хотела надевать очки, чтобы разглядеть его. Она хотела, чтобы при первом взгляде на нее Скриппс увидел ее в наилучшем виде. По мере его предполагаемого приближения ее вера в «Сенчури» все больше угасала. Еще недавно она так надеялась, что журнал придаст ей нечто, что поможет удержать его. Теперь она вовсе не была в этом уверена.
54
Начало главы «Борьба за жизнь»
55
«Сенчури мэгазин» — популярный американский журнал, выходил в 1881—1930 гг., публиковал репродукции с картин, гравюр.
56
Ван Дорен, Карл (1885—1950), Ван Дорен, Марк (1894—1972), братья, оба — профессора Колумбийского университета. Марк сотрудничал в «Сенчури мэгазин», а Карл был его редактором с 1922 по 1925 г.
Скриппс идет по улице в оживленной компании рабочих. Мужчин возбуждает весна. Скриппс размахивает своим судком для завтраков. Скриппс на прощание машет рукой рабочим, которые строем, один за другим, направляются в заведение, бывшее некогда салуном. Скриппс не смотрит на окно. Скриппс поднимается по лестнице. Скриппс все ближе. Ближе. Вот Скриппс уже здесь.
— Добрый день, Скриппс, милый, — говорит она. — А я читала рассказ Рут Сакоу.
— Привет, Даяна, — отвечает Скриппс. Он ставит судок. Она выглядит усталой и старой. Он заставляет себя быть любезным.
— И о чем рассказ, Даяна? — спросил он.
— О маленькой девочке из Айовы, — сказала Даяна, подойдя к нему поближе. — О сельскохозяйственных рабочих. Он немного напомнил мне мой собственный Озерный край.
— В самом деле? — спросил Скриппс. В определенном смысле работа на насосной фабрике сделала его более грубым. Его речь стала отрывистой, как у всех этих выносливых рабочих-северян. Но помыслы у него остались прежними.
— Хочешь, почитаю тебе его вслух? — спросила Даяна. — Там есть несколько прелестных репродукций с гравюр.
— А как насчет того, чтобы сходить в столовую, Даяна? — спросил он.
— Как хочешь, дорогой, — сказала Даяна. Голос у нее дрогнул. — Я хотела бы... о, как бы я хотела, чтобы ты никогда не знал этого места! — Она смахнула слезы. Скриппс их даже не заметил. — Я возьму с собой птицу, дорогой, — сказала Даяна. — Она весь день не выходила из дому.
Они вместе отправились в столовую. Теперь они уже не держались за руки. Они шли — как ходят так называемые старые супружеские пары. Миссис Скриппс несла птичью клетку. Птица радовалась теплому ветру. Мужчины, опьяненные весной, шныряли мимо них. Некоторые заговаривали со Скриппсом. Теперь его в городе многие знали и относились к нему с симпатией. Кое-кто, пробегая мимо, приподнимал шляпу, приветствуя миссис Скриппс. Она рассеянно отвечала на приветствия. Если бы только я могла его удержать, думала она. Если бы только я могла его удержать. Пока они шли по раскисшему от слякоти тротуару северного города, у нее начало стучать в висках. Вероятно, это просто отдавался ритм их шагов. Я не могу его удержать. Я не могу его удержать. Я не могу его удержать.
Когда они переходили улицу, Скриппс взял ее под руку. И когда его рука коснулась ее локтя, Даяна поняла: это правда. Она ни за что не сможет его удержать. Мимо прошла группа индейцев. Не над ней ли они смеялись, или это была какая-то понятная только людям их племени шутка? Даяна не знала. Единственное, что она знала точно, ритмично стучало у нее в голове: я не мо-гу е-го у-дер-жать. Я не мо-гу е-го у-дер-жать.
Авторское примечание
К сведению читателя, не типографа. Какое дело до этого типографу? И кто он вообще, этот типограф? Гутенберг. [57] Библия Гутенберга. [58] Кэкстон. [59] Кезлон [60] двенадцатый светлый. Линотип. [61] Когда автор был мальчишкой, его посылали ловить типографских блох. Когда автор стал молодым человеком, его посылали за ключом к печатным формам. О, эти печатники умели подшутить.
57
Гутенберг, Иоганн (1400—1468), изобретатель книгопечатания, первым предложил использовать подвижные литеры для печатания, отлил 5 шрифтов.
58
Библия Гутенберга — первая книга, отпечатанная в Европе в 1450 г. с помощью наборных досок, изобретенных Гутенбергом, хранится в Британской библиотеке.
59
Кэкстон, Уильям (1422—1491) — английский первопечатник, именем которого назван распространенный в Британии набор шрифтов.
60
Кезлон — система специфически английских шрифтов, названная по имени английского печатника Уильяма Кезлона (1693—1766).
61
Линотип — вид полиграфического оборудования, широко использовался до 1980-х гг., пока не появились технологии фотонабора и компьютерной верстки.
(Если читатель окончательно запутался, напоминаем: мы там же, где начиналась эта история про Йоги Джонсона и Скриппса О’Нила, на насосной фабрике. Дует чинук. Как видите, Скриппс О’Нил покинул насосную фабрику и идет в столовую со своей женой, которая боится, что не сможет удержать его. Мы лично не верим в то, что ей это удастся, но у читателя может быть другое мнение. Теперь мы предоставим супружеской паре следовать дальше в столовую, а сами вернемся на фабрику и обратимся к Йоги Джонсону. Нам хочется, чтобы читатель полюбил Йоги Джонсона. С этого момента повествование станет разворачиваться быстрей — это на тот случай, если кто-то из читателей притомился. Мы также постараемся насытить его изрядным количеством забавных историй. Надеемся, это не будет сочтено обманом доверия, если мы признаемся читателю, что лучшие из этих историй мы позаимствовали у Форда Мэдокса Форда? Мы выражаем ему свою признательность и надеемся, что читатель к нам тоже присоединится. В любом случае теперь мы переходим к Йоги Джонсону. Йоги Джонсон, как, вероятно, помнит читатель, это тот парень, который побывал на войне. В начале этого повествования он как раз выходит с насосной фабрики. (См. с. 388.) [62]
62
Начало главы «Борьба за жизнь»