Чтение онлайн

Мадам Де Верлей улыбнулась:

— Это будет решать только твой брат, сударь. Но как бы там ни было, это обязательно случится сегодня. Он настроен решительно.

— Неужели даже такая проницательная дама, как ты, не может предположить, кто в этой гонке явный фаворит? — Великий герцог замер в поклоне.

Леди Одиль присела в реверансе:

— Фи, ты опять принес в наше изысканное общество свои грубые лошадиные метафоры. И кто-то при дворе еще удивляется, что ты сам до сих пор не женат!

Повинуясь канону танца, они разошлись по разным сторонам зала. Дамы собрались в круг справа, кавалеры — слева. Несколько движений, и пары снова сошлись.

— Мадам, ты не отвечаешь на вопрос, — любезно улыбнулся герцог. — Значит ли это, что все куда серьезнее, чем мне кажется?

Леди Де Верлей подняла на него свои большие карие глаза. В них светилось явное предостережение:

— Не мешай ему, мой лорд герцог. Поверь, ничем хорошим для тебя это не закончится.

Гильом усмехнулся:

— Я узнал то, что хотел. Ты сегодня просто обворожительна, моя леди баронесса.

Остаток танца оба промолчали. Одиль выглядела спокойной и даже расслабленной. Гильом же, наоборот, напрягся. По безмятежному лицу мадам Де Верлей он никак не мог прочесть, достигла ли цели его попытка заставить ее беспокоиться, и это нервировало его самого. Но как бы там ни было, надо было действовать дальше. Когда танец закончился, он проводил баронессу на место, где ее ожидал уже новый кавалер, а сам отправился бродить по залу. Как человек военный, Гильом не находил удовольствия в танцах.

Однако надо было действовать. Партию Максимиллиана ожидало крупное разочарование: увы, их королю сегодня будет не до выбора невесты.

Не зря новый советник Гильома так тщательно разведывал обстановку, выяснял, кто из иностранных дипломатов будет присутствовать на празднике, и планировал первый шаг. Посланник Марссонта — ветеран освободительной войны против эвермирских оккупантов. Посланник Эвермира — младший сын лорда, который, отступая из Марссонта, приказал вырезать всех мирных жителей в Инверрэри, деревни на захваченной территории, отданной ему в управление. Поднеси спичку, и эту пороховую бочку взаимной ненависти разорвет с оглушительным грохотом.

Посланника Марссонта Гильом Де Тайер нашел почти сразу: с лордом Эодом Мак Нейсом он был знаком давно. Лорд Эод стоял у стены с бокалом вина, наблюдая за шумным сборищем. Великий герцог заметил, что посол Марссонта чувствует себя на этом официальном празднике неловко и глупо. Лорд Эод, ветеран Освободительной войны, такой же солдат, как и сам Великий герцог, был симпатичен Гильому. Герцогу даже было немного стыдно использовать его в своих целях, но корона на кону однозначно этого стоила.

— Лорд Эод Мак Нейс! — радостно воскликнул Гильом Де Тайер, разводя руки в стороны. — Какая встреча!

Несколько придворных вздрогнули и обернулись: Великий герцог демонстративно нарушал протокол. Лорд Эод повернул голову на голос и его суровое лицо просияло. Он поставил бокал на столик и сделал порывистое движение, чтобы обнять старого знакомого:

— Герцог Гильом! Рад тебя видеть!

Великий герцог и посол Марссонта тепло приветствовали друг друга. Гильом улыбнулся и понизил голос:

— Сила Единого, хоть одно дружеское лицо на этом сборище хищников, готовых сожрать друг друга! Сколько мы не виделись? Лет пять?

— Шесть, мой лорд. Я уже думал, что так и буду подпирать тут стену, пока не дождусь хоть какого-то результата. Мне неловко в таких местах.

— Ну, до оглашения королевского выбора еще долго, — подмигнул герцог. — А пока мы можем найти укромное местечко, и выпить по рюмочке чего покрепче, как в старые добрые времена, а не этого разбавленного пойла.

С этими словами Великий герцог продемонстрировал послу горлышко походной серебряной фляги.

— Почту за честь, мой лорд! — воскликнул посол.

Через несколько минут оба уже стояли на балконе, выходящем в сад, потягивая из серебряных позолоченных рюмок крепчайшую тейярскую настойку.

— Знаешь, друг мой, — философствовал Гильом. — я бы на месте брата не рассматривал никакие другие кандидатуры, кроме леди Лейтис. Старый военный союз — это старый военный союз. Да и портреты я видел — все остальные принцессы вашей леди Лейтис даже в горничные не годятся! Так что мой братец будет круглым дураком, если не сделает ее своей королевой.

— Ты прав, мой лорд герцог! — заплетающимся языком проговорил лорд Эод. Он хмелел на глазах.

— Только я должен тебя предупредить, — герцог заговорщически понизил голос. — Эти навозники, эвермирцы, все пытаются испортить. Они боятся новой войны с нами и хотят подсунуть брату свою принцессу. А про леди Лейтис распространяют такие слухи… — Гильом наклонился и зашептал что-то на ухо посланнику.

Лорд слушал герцога. Лицо Эода Мак Нейса багровело не то от ярости, не то от выпитого алкоголя. Наконец, герцог отстранился:

— Прошу, не затевай прямо здесь скандал, друг мой. Просто хочу, чтобы ты знал, какую интригу плетут против тебя эти навозники.

— Сп… Спассибо, д-дружище! — лорд Мак Нейс посмотрел на Гильома осоловелыми глазами. — Я… Я эт-то т-так не ос-ставлю!

Эод Мак Нейс погрозил в воздух кулаком. Посол был уже совершенно пьян.

Гильом извинился перед дамами, подвел посланника к окну, чтобы тот подышал свежим воздухом, и вернулся в зал усмехаясь. Тот, кто посоветовал ему воспользоваться этой травой, был настоящим знатоком. За считанные минуты лорда Эода развезло до полной потери самоконтроля. Хорошо, что свою рюмку Гильом незаметно вылил в вазон с цветами.

Теперь была очередь за послом Эвермира. Граф Лайонхолл был очень молод, ему не было и двадцати пяти. А еще, как было известно Гильому, он очень переживал из-за поражения Эвермира в войне с Марссонтом двадцатилетней давности, во время которой его старший брат остался калекой, и мечтал о реванше.

Молодой граф нервничал, не решаясь пригласить на танец понравившуюся ему девушку, когда Великий герцог похлопал его по плечу.

— Лорд Лайонхолл, — приветливо улыбнулся он. — Как тебе нравится прием?