Весна в душе
Шрифт:
– Это вовсе не глупости, лейтенант!
– возразила Анжелина, стукнув по подлокотнику кулачком.
– Это дело чести!
– Ваша Светлость, я Вас умоляю, не переживайте из-за какого-то узника.
– Этот Ваш «какой-то узник» наводит на меня хулу, а ему и слова поперёк никто не скажет? И это всё попадает в опросные листы?!
Чёрные глаза Анжелины сузились, буквально сверля мужчину насквозь. Её белые пальцы заиграли по дереву, выдавая нервное напряжение хозяйки.
– Упаси Боже, миледи!
– картинно всплеснул руками Ричмонд.
– Какие опросные листы? Да никто этого Кеннеди и не слушает. Прокурору его показания нисколько не на руку, а мне как-то наплевать, что за околесицу он несёт. Я листов не подписываю, а контролирую количество съеденного, выпитого и сломанного узниками[3].
– Конечно, тебе наплевать, - процедила сквозь зубы Анжелина и резко поднялась с кресла.
– Посмотрела бы я на тебя, был бы ты на моём месте!
Красавица нервно схватила со стола перчатки и разгневанная ушла прочь, отстукивая по лестнице каблучками.
Приказ гнать лошадей во весь опор был выполнен кучером без возражений. Спустя час с четвертью Анжелина уже достигла Виндзора. По дороге в её хитрой голове созрел новый план: раз не получается попасть к Кеннеди обычным способом, значит, нужно воспользоваться обходным.
Сменив роскошное платье на бархатную амазонку с широкой юбкой, не сходящейся впереди, чтобы можно было ездить в мужском седле, которая надевалась прямо на трико, Анжелина скинула изящные сапожки, выбрав мягкие кожаные ботфорты. Поверх этого непривычного для себя облачения она надела тёплый кожаный плащ с шерстяной подкладкой. Взяв шляпу и перчатки, девушка направилась к конюшням, никем не узнанная.
Подойдя к стойлам, первая леди привычно крикнула:
– Эй! Есть здесь кто-нибудь?
– Что угодно, миледи?
– узнав маркизу по голосу, отозвался Вильямс.
– А, это ты, Брик...
– довольно протянула Анжелина.
– Брюс...
– Я знаю, - на удивление спокойно отреагировала маркиза, одарив конюха двусмысленным взглядом.
– Приготовь-ка мне коня.
– Хорошо, Ваша Светлость, - поклонился мужчина и провёл девицу в соседнее стойло.
– Думаю, этот отличный арабский скакун подойдёт для Вашей прогулки.
– Что?
– округлила глаза Анжелина.
– Ты предлагаешь мне эту жирную клячу? Как я, по-твоему, буду на ней смотреться?
– Но Ваша Светлость, это один из лучших меринов...
– Молчи!
– одёрнула его красавица.
– И не спорь со мной.
Отпихнув конюха, племянница короля поспешными шагами прошла вдоль денников с лошадьми. Брюс бросился за ней следом:
– Миледи, куда Вы?
– Я сама найду себе достойную лошадь!
– Но это уже стойла, принадлежащие двору Её Высочества!
– Ах ты, наглец!
– резко повернулась к Вильямсу Анжелина и влепила мужчине звонкую пощёчину.
– За что?
– изумился конюх, коснувшись лица.
– Ты обманул меня. Здесь есть конь более привлекательный, чем тот, которого ты мне показал. Вот этот, например! Белый. Это, по-твоему, не конь?
– Нет, Ваша Светлость, это кобыла, - возразил Брюс.
– Да какая разница!
– воскликнула маркиза.
– Зато она отлично подойдёт мне.
– Эта кобыла принадлежит принцессе Уэльской, и без королевского приказа я не смею её запрягать.
– А не много ли ей лошадей, а, Брюс? У неё же есть Буран, и она прекрасно на нём катается. Запрягай!
– Я не могу Вам подчиниться, миледи.
– Тогда я сама её возьму, - ответила маркиза.
– Прошу прощения, но я не могу Вас впустить, - загораживая вход в стойло лошади, отпарировал конюх.
– Да кто тебя будет спрашивать!
– сверкнула глазами Анжелина и ринулась вперёд: - С дороги, негодяй!
Но Вильямс крепко схватил даму за запястья и не дал пройти.
Анжелина не ожидала такого отпора - шутка ли, конюх посмел коснуться её рук без позволения! В смятении первая леди вскрикнула и попыталась освободиться, но у неё ничего не вышло: Брюс не пускал ни назад, ни вперёд. Тогда маркиза отчаянно наступила ему на ногу и дёрнулась изо всей силы назад. Мужчина разжал ладони, девушка отлетела к стене, ударилась и поцарапала руку о крюк с хлыстами.
Почувствовав резкую боль над запястьем, Анжелина схватилась за рану и увидела кровь. В стойле победоносно заржал Буран, и в тот же миг на шум вошёл Арнольд Бир, новый помощник королевского конюшего.
– Что происходит?
– Он пытался меня убить!
– мгновенно нашлась, что ответить прекрасная маркиза.
– Что?!
– изумился такому повороту событий Вильямс и выпучил глаза.
– Молчи, - бросил в его сторону Бир и помог Анжелине подняться на ноги.
Кровь из царапины продолжала сочиться, но одного взгляда на неё было достаточно для мужчины, чтобы понять - рана не смертельна.
– Я требую, чтобы ему отрубили руки!
– закричала девушка.
Глаза Брюса ещё больше расширились от удивления.
– Это уже переходит все границы, - едва успел произнести конюх.
Но его снова оборвал Бир:
– Молчи, Вильямс!
– А ещё ему не помешает отрезать язык, - ехидно заметила красавица, сверля непокорного мужчину глазами.
Помощник конюшего стёр своим платком кровь с руки девушки и буркнул в сторону слуги принцессы:
– Действительно, распустил язык.
– Чего Вы ждёте? Арестуйте же его!
– потребовала маркиза.
– Прямо сейчас?
– растерянно спросил Бир.
– Нет, завтра!
– снова взбесилась Анжелина.
– У Вас ничего не выйдет, я подчиняюсь только прямым указаниям короля и принцессы!
– вставил Брюс.
Бир, не зная, что уже делать, подошёл к нему вплотную и прошептал:
– Помолчи, я тебя умоляю, ты сам себя загоняешь в тюрьму сейчас!
– Что Вы с ним нянчитесь, сударь! Вы тут старший или нет, в конце концов? Будь на Вашем месте лорд Беркли, он бы не стал тянуть время!
Бир застыдился собственных сомнений и крикнул:
– Караульные!
Анжелина победоносно подняла голову и одарила Брюса Вильямса таким презрительно-надменным взглядом, что на миг бедняге стало не по себе.
– Это Ваша месть, миледи?
– тихо спросил он.
– Это власть, дуралей, - ответила красавица и бросила испачканный кровью платок под ноги.
– Всегда нужно знать, по чьим правилам играть выгоднее.
Бир тут же поднял платок и убрал в карман, после чего отошёл на несколько шагов, чтобы позвать охрану снова.