«Весомый» повод для скандала
Шрифт:
— Ты чего замолчала? — послышался обеспокоенный голос Насти. И только сейчас я поняла, что она еще на связи.
— Он… Настя… он здесь! — забормотала я. — Он идет за мной!
— Кто?! — голос подруги подвел, срываясь на писк. — Кто? НИКА? Что происходит?! Ну?
Незнакомец ускорился, его шаги гулким эхом зазвучали по парковке.
— Проклятье! Беги! — зарычала Настя, не дождавшись от меня ответа. — Я звоню в полицию! Возвращайся в мастерскую и запрись!
Я уже и сама это поняла. Рванув с места, наплевала на высокие каблуки. Сумка сорвалась с плеча, падая на асфальт, но мне было все равно. Легкие горели, но я слышала лишь один звук, быстрые шаги психа, мчащегося за мной.
Выбегая с парковки, я зацепилась за дверной косяк. Острая боль пронзила плечо, телефон выпал из рук, и экран мгновенно погас.
Поднимать его не было времени. Мчась дальше, в панике я закричала, вот только офисное здание уже пустовало. Ослепленная ужасом, не разбирала дороги, мчась к ступенькам и тут… железная хватка сжала руку. Один удар сердца, меня силой рванули назад и придавили к бетонной холодной стене. Грубая ладонь прижалась к губам, заглушая очередной крик.
— Наконец-то, — просипел мужчина, хриплым, возбужденным голосом. — Я так долго ждал нашей встречи. А ты? Ты тоже этого хотела, да? Я видел, как ты на меня смотрела в кофейне.
Поглощенная животным ужасом, я металась в хватке этого психа. Он говорил что-то безумное, нес полный бред.
На короткий момент мне удалось вырвать руку. Маска слетела с его лица. Я действительно видела этого человека пару раз. В кофейне он всегда садился за соседний столик с книгой. Ничем не примечательный. Тихий.
— Что, вспомнила?! — оскалился мужчина, словно разозлился. — Ты сегодня была груба со мной по телефону… — его дыхание стало чаще.
Ужас опьянял, но я не имела права на слабость. Собрав крупицы разбегающегося здравомыслия, на которое была способна в такой ситуации, резко вскинула колено, целясь в пах. Удар пришелся точно в цель.
Безумец ахнул от боли, на мгновение ослабляя хватку. Этого было достаточно, чтобы вырваться. Я снова рванула прочь, не видя ничего перед собой, кроме темного пролета лестницы, ведущей на следующий уровень.
Я не слышала в какой момент мой сталкер оправился и кинулся за мной, не ощутила, когда он догнал меня на краю лестницы, лишь почувствовала сильный толчок в спину.
Не было времени испугаться, закричать, понять что-либо. Мир перевернулся, полетел кувырком, ударяя мое тело о бетонные ступени. Голова с глухим, страшным стуком ударилась о перила, потом снова о ступень.
Боль была ослепительной и мгновенно угасшей.
Тьма. Тишина. Ничего.
А потом — спокойствие. Тепло. Невесомая ткань, щекочущая щеку.
Сознание возвращалось медленно, лениво, как после глубокого, тяжелого сна. Я с трудом открыла глаза, осознавая, что лежу на чем-то невероятно мягком. В воздухе пахло не бензином и пылью, а цветами и древесными нотками, уютом.
Лежа на кровати, я с изумлением смотрела на полог из струящегося шелка, безмятежно колыхающийся надо мной и пропускающий рассеянный, солнечный свет.
«Где я?! Так выглядит смерть?!»
Глава 2. Шокирующая правда
Вероника
Последнее, что я помнила, — это безумная паника, холодный бетон, дрожащий свет ламп на лестничной площадке, эхо быстрых шагов моего преследователя и острая, но короткая вспышка боли.
Теперь же я лежала на мягкой кровати. Кожу щеки ласкал нежный шелк подушки, пахнущей лавандой, а из приоткрытого окна, вместо суматохи шумного города, слышалось заливистое пение птиц.
Моргнув, я вновь устремила взгляд на танцующий полог, заставляющий солнечных зайчиков подрагивать на тяжелом одеяле.
Это место… Оно было мне незнакомо.
Чувствуя, как сердце ускоряет свой бег, осторожно повернула голову, в надежде отыскать хоть что-то, способное ответить на главный вопрос.
«Где я, черт возьми, оказалась?!»
Протестующее тело ответило на движение легкой тянущей болью в шее и плече. Но этот отголосок прежних страданий был ничтожным, в сравнении со слишком свежими воспоминаниями. Уверенность в том, что я должна была умереть, не отпускала. Точно помнила треск костей, помнила липкость крови…
«Или мне просто показалось?»
Роскошная комната в пастельных тонах казалась декорацией к историческому фильму. Нежно-розовые стены, резная мебель из светлого дерева, кружевные покрывала на креслах у камина, где весело потрескивали поленья, придавая этому месту еще больше уюта. Все дышало стариной и богатством, тем самым вызывая новые вопросы.
Я в растерянности осматривала странный интерьер, когда дверь тихо приоткрылась и в комнату вошла девушка в строгом темно-синем платье, белоснежном переднике и крошечном чепце, прикрывающем собранные в пучок русые волосы. Увидев, что я смотрю на нее, она вздрогнула, мгновенно оживившись. На лице незнакомки расцвела странная несовместимая смесь из облегчения и паники.
— Леди Элайна! Вы, наконец, пришли в себя! Слава богине! — голос неожиданной гостьи прозвучал высоко и взволнованно. Словно не зная, как реагировать, она бросилась к кровати, принимаясь расправлять несуществующие складки на одеяле. — Какое счастье! Мы все так переживали! Ой! Я… Я сию минуту позову лекаря! И доложу их сиятельствам, что вы очнулись! Не двигайтесь, ради всего святого!
Ошеломленная, я смотрела на девушку. Ураганном она стремительно развернулась и кинулась к двери.
— Стой! — садясь в кровати, крикнула ей, когда эта неугомонная уже добежала до выхода. Голос прозвучал хрипло, а его громкость вызвала тупую боль в голове. — Сначала ответь мне, кто такая Элайна? И где я?
Девушка замерла на месте, как вкопанная. Мгновение она смотрела на меня распахнутыми в ужасе глазами, будто зверек, попавший под свет фар. Кровь отлила от ее лица, делая его восковым, веснушки на носу незнакомки стали еще заметнее, а я невольно заволновалась, не понимая, что сказала не так.
Мне всего лишь хотелось понять, как здесь оказалась.
— Леди… — тихим, жалостливым голосом произнесла она, в то время как на лице девушки отразилась неподдельная тревога. — Вы… вы не помните? Бедная моя госпожа… Лекарь Йормун говорил, что подобное может случиться… после такого потрясения и падения. У вас шок… помутился рассудок.
«Падение… Да уж, оно действительно было травмирующим, — кивнула мысленно, подтверждая слова незнакомки. — Но при чем здесь Элайна?! Имечко еще какое! И о каком потрясении речь? Хотя…»
Я собралась задать еще вопрос, надеясь хоть что-то понять, но тут в висках застучало, словно отбойный молоток. Я едва не вскрикнула от пронзительной боли. Зажмурившись, застонала. И вместе с этим невыносимым чувством на меня обрушился водопад чужих воспоминаний.
Яркий свет сотен свечей в огромном соборе. Давящее платье, туго стянутое в талии и вызывающее жуткий дискомфорт. Претенциозный мужчина с волосами цвета соломы и карими глазами, смотрящий на меня с таким отвращением, что хочется провалиться сквозь землю. Его голос, громкий, четкий, разящий наповал: