Чтение онлайн

Он не сможет глядеть на рассвет, и знать, что для нее это в последний раз.

Не сможет...

Филиппо ему заплатит за это, страшно заплатит, о смерти будет молить, как о милости, но Адриенну это не вернет.

Никогда...

Не будет ее глаз, улыбки, ее серебристого смеха... не будет - ЕЁ.

И все сильнее накрывает отчаяние.

Почему - так!?

Почему, за что, так неправильно, нехорошо, нельзя...

Жизнь не слушает и не интересуется человеческими страданиями. И луна заглядывает в окно, словно оскаленный череп. И ухмыляется.

Чего ты хотел, человек? Ты же сам ее приговорил?

Ты сам, все сделал сам. И она уйдет по солнечному лучу, а ты останешься. И выть будешь от отчаяния, и кровью захлебываться, и каждый раз вспоминать... царапнет - и вспомнишь. И никакая черная магия тебе не поможет.

Для каждого своя цена.

Для Иларии, которая стала бесчувственной, для Виолетты которая решила остаться человеком, и даже для чернокнижника, который так хочет власти.

Но смысл цены один и тот же.

Боль.

Жуткая, жгучая, отчаянная...

Думаешь, тебя не найдут, чем зацепить?

Наивный....

Анжело Санторо опрокинул еще кубок с вином. Может, хоть с десятой бутылки возьмет? Или с двадцатой?

Кристалл на его груди пульсировал, подавая хозяину сигналы опасности, но...

Это кардинала вино не брало. А вот его чутье давно уже утонуло... кажется, на шестой бутылке. Или на восьмой? Даже и не булькнуло.

***

– Дан Нери!

Помощник постучал в покои коменданта, давая понять, что пора бы и делом заняться?

Скоро рассвет... пока все приготовишь, пока то да се... король на казнь не пожалует, но организовано все должно быть на высшем уровне. Ему ведь доложат.

И свидетели будут...

Ответа не было.

– Дан Нери!

Даже когда помощник заколотил в дверь по-простому, ногой, отклика он все равно не дождался.

– Ньор Федеричи?
– поинтересовался у него стражник.

Что делаем-то? Ась?

Ньор думал недолго.

– Ломайте дверь.

Против стражников, да с алебардами, да с топорами и ломками у той не было никаких шансов. Дерево треснуло, крякнуло и поддалось.

– Матерь Божия, - застыл на пороге ньор Федеричи.

Рядом с ним так же застыли стражники.

Как-то не вписывался в картину их мировоззрения мертвый комендант, и рисунок на полу тоже никому не нравился.

Кто знает, сколько бы они так стояли, если бы не грохнулся кто-то в коридоре. Видимо, удрать пытался, поскользнулся, выругался...

Ньор Федеричи пришел в себя...

– Так. Я сейчас проверю, на месте ли королева, и будем готовить все к казни.

– А...
– вякнул кто-то из стражников.

Глупые возражения ньор Федеричи отмел взмахом руки.

– Король со всех спросит.

Это было чистой правдой. И спросит, и отвесит, и как бы самим не разделить судьбу королевы, если казнь сорвется.

И то сказать... кто нужен для казни?

Королева и палач. Остальное - так, мелочи. Ерунда. Свита...

Комендант должен все организовать, но если он этого и не сделал... ну так что же? Ньор Федеричи справится не хуже. А там, может, и даном по результату станет?

Все может быть...

И ньор Федеричи помчался по этажам.

Плаха, палач, королева... последняя никуда не делась. Эданна Чиприани заглянула в щелочку и даже ньору кивнула.

Лео посмотрел сам - сидит ее величество на подоконнике, на небо смотрит.

– Ничего она не просила?

– Нет.

И то понятно. Вот что ей может быть нужно?

Уже ничего.

Плаха - готова?

***

Мия и Лоренцо переглянулись.

Им бы туда!

Руки чесались немножко подраться! Чуть-чуть... они бы и монахам оставили, и сами позабавились... что такое штук по двадцать волков на человека?

Ерунда!

Даже говорить не о чем!

Но - нельзя.

Монахи решительно определили обоих Феретти в охрану к ее величеству. Ну то есть - попросили не путаться под ногами, чем сильно обидели и Мию, и Лоренцо. Но - не поспоришь.

Доминиканцы действовали уверенно и спокойно.

Это Леверранское чудовище могло и не с такими справиться. Но там другое. Там и древней крови было побольше, и опять же, поди, поймай волка в лесу?

А обычная нечисть...

Братья привыкли с ней бороться, и действовали слажено, как на учениях.

Сначала выманивали на кровь, которой с собой оказалось несколько фляг. Нет, не человеческой. Скотобойню посетили.

Потом расстреливали посеребренными болтами из арбалетов и добивали, кого не успеют отстрелить. Без потерь не обходилось, это верно.

Нескольких братьев уже покусали, один, слишком самонадеянный, погиб на месте. А вот нечего гулять вразвалочку!

Это - нечисть!

К ней надо подходить осторожно, и ждать, что тебя цапнет... так и получилось. Притворилась одна из тварей мертвой, и дотянулась лапой. А с распоротым животом, да когда все кишки наружу вывалились...

Нет, так не побегаешь.

Доминиканцы уверенно продвигались к собственно поместью. К дому его преосвященства. Когда знаешь, где тебя ждет засада, это несложно.

Ну и сыграло свою роль опьянение.

Будь кардинал в полном рассудке, потери были бы намного больше. Ему всего лишь стоило скомандовать: 'защищать!' - и вся нечисть кинулась бы на людей.

А он просто приказал патрулировать, не показываясь людям на глаза. Рано пока еще.

Результат был вполне предсказуем.

Нечисть и пыталась дозваться своего господина, но бесполезно. Ох уж это вино...

***

– Ваше величество, я прошу вас... осторожнее.

Брат Томазо понимал, во многом их мизерные... да-да, мизерные, двое убитых, шестнадцать раненых больше чем на сотню голов дохлой нечисти, потери - это потому, что Адриенна с ними.

Она и показала, куда бить, и сказала, кто где находится, да и просто... монах не мог это сформулировать точнее, но нечисть... словно бы для галочки сопротивлялась. Для проформы...

И мечтала о смерти.

Все было верно.