Чтение онлайн

– Еда!..
– пискляво крикнула маленькая девчушка.

– Это чего за мешки?..
– почесывая затылок, сдвинув кожаный колпак на лоб, спросил подошедший к ним жилистый невысокий мужчина с козлиной бородкой.

Джай остановился, расправил спину, - тележка не была легкой, - подождал, пока соберется как можно больше людей.

Вдали он заметил, приближающегося размашистым деловым шагом, белобородого крепыша, что встречал их в воротах. Тот, по-видимому, был одним из важных людей в деревне, что давало ему право на строгий и немного сердитый тон:

– Что происходит? Чего собрались? Крик устроили! Ты, я вижу, не успел в Каменгорке появиться, как беспорядки устраиваешь?

Каменгорка, значит.

– Раздели на всех поровну. Индейка - мужикам, что охраняли деревню по ночам, - беззаботно сказал Джай, отворачиваясь и шагая обратно к дому Кары.

– А нам?..
– крикнул вслед Шустряк.
– Нам он еще наколдует?

Мальчик сомневался в том, что колдун наколдует еще, или попросту не хотел зря рисковать, поэтому остался, чтобы получить свою долю.

Джай вновь вошел в сарай и вновь переместился на рынок в Баекс. Тамошние торговцы будут сегодня ломать себе голову, что за чудак скупает у них продукты и тачки, откатив их за угол, как свозь землю проваливается, а затем появляется снова и начинает все сначала.

4

– Славная краска вышла!
– Скайси любовался на свою голубую косу, отражающуюся в дне пустого медного таза.

Джай только продрал глаза. Скайси всегда вставал ни свет ни заря, и тут же принимался заниматься своей головой: то скреб бритвой лысину, то красил косичку, но это бы ничего, не буди он их с Адонашем.

Дом Кары был просторным для деревенского строения. Кроме гостиной, которая служила одновременно кухней и столовой, имелись еще две спальни. В одной спала хозяйка, а вторую отдали гостям. Шустряк, настоящее имя которого было - Бонли, предпочитал коротать теплые пока еще ночи на сеновале чердака.

У них же в комнате было тесно. Адонаш спал на полу, подстелив под бока набитый сеном тюфяк, но Адонаш всегда был неприхотлив. Они со Скайси занимали одну не очень широкую кровать, и Джай подумывал, не перебраться ли и ему на чердак: монах вертелся ночью, как юла, толкался локтями и коленями, еще и бубнил что-то о посвящении, об откровении, о радуге и прочей ерунде. А один раз вскинулся и так завизжал, что Адонаш сразу обнажил мечи, а Джай создал светильник и приготовился отражать атаку как минимум дюжины кивелов. Оказалось - кошмарный сон. Ко всему этому - еще и ранее его пробуждение.

– Если я туда еще лазурита подмешаю, синий получится?

– Разве ты не все использовал?..
– сонно пробубнел Джай, переворачиваясь на другой бок.

– Конечно, нет! Я собрал остатки в бутылочку, закрыл плотно крышкой, и храню, как зеницу ока. Ценнейшая вещь!..

– Я тебе еще сделаю, только дай поспать...

Но монах, вместо того, чтобы успокоиться, вдруг принялся копошиться в своих вещах с каким-то необычным остервенением, о чем свидетельствовали шорох, бряцание и его ругань. Джай подозревал, что до знакомства с ними, благочестивый Скайси так не сквернословил.

– Кто-то украл, смарг его сожри!.. Украл! Зачем?.. Потухни мой огонь, зачем воровать мои вещи?! Вот ведь!.. Гипокова кровь!.. Чтоб тебе сгореть в плевке кивела... Чтоб тебя бабка кафтайфа забодала... Да чтоб ты голой задницей на муравейник уселся!.. Чтоб тебя синица заклевала!..

Джай снова перевернулся, приоткрыл один глаз: Скайси вытряхнул содержимое своей сумки на кровать рядом, и перебирал бутылочки, мисочки, палочки, книжечки, лоскуты, бусы и прочие вещи, крайне необходимые в его монашеской жизни.

Адонаш сел на тюфяке, лицо его было таким, что взгляни на него сейчас вражеская армия - разбежались бы без боя все до последнего солдата. Он не говорил ни слова, и даже не смотрел в сторону Скайси, но Джай знал, что терпение его лопнуло.

– Кто-то украл мою краску!..
– взвизгнул Скайси.
– Джай! Ты?

– Зачем она мне? Я сам ее тебе дал...

– В прошлый раз...

– В прошлый раз я просто избавился от вони, Скайси.

– Так ты не брал?.. Кто же тогда? Ни искры ни пламени. Кому это понадобилось?

– Еще раз разбудишь меня раньше, чем нужно, - прорычал Адонаш, так и не взглянув в сторону монаха, - и я, клянусь своим огнем, обрею тебя полностью!.. А твою смаргову косицу заставлю тебя съесть!..

Скайси открыл рот, чтобы возразить или поспорить, или выразить обиду, но увидев глаза Мастера Смерти, обращенные в видимую лишь ему одному точку на дверях, клацнул челюстью и заткнулся.

Адонаш лег так же резко, как и встал до этого.

Теперь монах вел себя тише воды, ниже травы, но Джай все равно не смог уснуть, и Мастер Меча, по-видимому, тоже.

– Почему кивелы до сих пор не прокопались в деревню, если они кишат вокруг?
– спросил Адонаш, не раскрывая глаз.

– Деревня расположена на скальной породе, кто-то разумно выбрал для нее место, - ответил Джай.
– Кивелам не подкопаться, но зато и растет тут все плохо. Их поля и сады снаружи, за частоколом. Теперь, когда твари расплодились, жители не могут обрабатывать землю за пределами деревни, да и просто выйти боятся - вот и голодают.

– Но ведь как-то они жили до сих пор?

– До сих здесь не было столько тварей. Что-то стимулировало рост популяции... Он произошел внезапно, неожиданно, за несколько месяцев. Чудовища уничтожили окрестные деревни, а Каменгорка стоит, потому что - Камен-горка!

Адонаш вздохнул и встал.

– На завтрак что? Мясо какое-нибудь есть?

– Нет, Адонаш...
– рассмеялся Джай, - всех собак-то поели.

– Тьфу!..
– Мастер брезгливо сплюнул, натянул сапоги, надел перевязь с мечами и плащ.
– Может поохотиться?..

– Да шучу я...
– Джай тоже поднялся, сердито глянув на притихшего Скайси, - Есть мясо - я вчера купил говяжью ногу специально для нас.

– Хм!.. Хорошо, а как ты объяснил местным появление такого количества еды?

Джай рассмеялся:

– Сказал, что Скайси наколдовал голубой косицей!

Адонаш тоже захохотал, и только Скайси непонимающе хмурился.

Кара, которая поправлялась просто на глазах, уже давно встала. Она навела сверкающую чистоту в своем доме, растопила печь, и бодро готовила завтрак из принесенных вчера Джаем продуктов.