Чтение онлайн

– Нет... Это из- за... ведьмы...

Седые брови Божена взлетели вверх.

– Ведьмы?..

– Я видел суд... Я слышал, то, что там говорилось... Неужели ты, князь, веришь в бредни суеверного мужичья?.. Все обвинения против нее - чушь!.. Выдумки одурманенного вуривихой разума. Я раз попробовал эту самую вуривиху и...

– Ты молод и наивен, чтобы не сказать - глуп!.. Тебе предстоит многому научиться, Адонаш...

Князь замолчал, он стоял, задумчиво ухватив себя двумя руками за передние седые косы, а Адонаш внутренне содрогнулся - этот жест напомнил ему наставника... (Жив ли еще старик?..)

– Когда ты появился здесь, - продолжал Божен тихим, печальным голосом, совершенно ему несвойственным, - мое сердце растаяло... Я так давно не видел снежной вершины пика Тигра, так давно не слышал, как поет горный соловей в зарослях цаай. Вчера из окна башни я заметил тебя, входящего во внутренние врата и содрогнулся: словно это моя молодость решила заглянуть в пристанище одинокого горца. А когда ты вошел в зал, мое сердце облилось кровью - ты очень похож на меня... не только обычаем заплетать семь кос.... лицом, голосом, походкой, манерами, тем, что носишь два меча за спиной, как и я когда-то... Хинси спросил, не мой ли ты сын... Ты рассуждаешь, как я в юности... И ты делаешь те же ошибки...

Адонаш молчал. Он не знал, что говорить. Это было странно. Весьма странно и неожиданно...

– Я создал здесь сильное и великое княжество, которым можно гордиться. Я выстраивал новый мир в этих диких землях, применяя опыт и знания, накопленные за долгую жизнь Одаренного. И успел очень многое, в том числе - и насладиться плодами своих трудов. Теперь же мне недолго осталось топтать эту землю - всякая жизнь когда-нибудь заканчивается, даже такая длинная, какой наделили свыше меня ... Создатель сыграл с нами, отмеченными Силой, злую шутку: лишив возможности передавать дело своей жизни отпрыску - плоти от плоти, крови от крови... У меня не рождались Одаренные, чтобы дожить до этого часа, а последний, рожденный от меня неодаренный сын умер еще семьдесят лет назад, проведя всю свою никчемную жизнь под моим крылом. Я не задумывался о наследнике очень долго, а теперь чувствую скорый конец... Если я найду достойного приемника, то Божения когда-нибудь станет настоящей державой. И ее правителю не придется кланяться Огненосцам. Ты подходить для этой роли...

Адонаш стоял в ступоре, а Божен глубоко вздохнул, присел и замолчал, не обращая внимания ни на него, ни на застывшую в углу девушку-танцовщицу, все больше погружаясь в свои собственные мысли, не понятные тому, кого князь считал подходящим кандидатом на роль наследника.

– Да... ты послан мне свыше...
– наконец, заговорил Божен, - Позволь в твою пустую голову, где гуляет ветер, вложить несколько мудрых мыслей, позволь научить тебя не только слушать песню меча и проливать кровь, но и править! И ты будешь иметь все! Ты послан мне Создателем, как сын с моей Родины, которая, несмотря на прошедшие годы, до сих пор в моем сердце...

– Князь, я не знаю, почему ты предлагаешь мне все это, совершенно меня не зная, но... я не для этого пришел...
– Адонаш заикался.

– Я знаю тебя, поверь. Я был там, где ты сейчас. Я могу сказать, зачем ты пришел, - Божен ухмыльнулся, - ты хочешь, чтобы я отпустил эту безумную Асию, потому что она - лишь сумасшедшая, а никакая ни ведьма. Ты хочешь сказать, что казнь этой женщины - обычное, недостойное меня, убийство. Что все обвинения - бред! Что я проявлю высшей степени благородство, если освобожу ее. Так?

Адонаш кивнул.

– Но ты видишь лишь поверхность озера, а я весь подводный мир! Люди, Адонаш, всегда ропщут. Что бы ты не сделал для них - они будут недовольны. Я уничтожил стольких тварей, досаждавших жителям окрестных деревень, что не счесть, я дал пришедшим сюда людям земли - плодородные, свободные от чудовищ, богатые лесами, в которых изобилует дичь, чистыми родниками, лугами с сочными травами. Я охранял народ Божении от разбойников и создал для них законы... Но этого мало. Особенно теперь, когда чудовищ почти не осталось...

– Но как же гипок?..

Князь очень странно посмотрел на него.

– Как ты сказал? Гипок?

– Слизень...

– Где ты слышал то, другое название?

– В Городе Семи Огней, - соврал Адонаш.

Божен задумчиво кивнул.

– Людям нужны страхи и тот, кто защищает их от этих страхов, - продолжал он.
– Только это по-настоящему укрепляет власть, никакие благодеяния, милости, предоставленные возможности или справедливое правление не могут их удовлетворить - лишь защита от ужаса, с которым им не совладать!.. Не я объявляю этих женщин ведьмами. Не я обвиняю их. Я лишь выполняю волю народа. Я как бы говорю им: "Да. Вы правы. Именно она виновна в ваших бедах". Я подтверждаю их правоту, признаю их догадливость, благодарю за бдительность, узакониваю то, что они считают справедливым. Если они не будут обвинять ведьм, то станут винить меня. Ты понимаешь?

– Нет.

– За один вечер всего не объяснишь. Жаль, что в первый же день нашего знакомства, ты увидел этот суд. Это противоречивая, сложная ситуация... Понятие и принятие моих решений требует определенной зрелости. Со временем ты согласишься с необходимостью таких жертв. Эта женщина сумасшедшая, я лишь избавлю ее от страданий. Она умрет быстро. А что потом сделают с ее телом, ее уж не будет волновать...

– А ее отец?..

Князь вздохнул.

– Ты видел ее. Как ты думаешь, как долго она еще проживет? Сколько еще промучается ее отец, глядя на свою дочь, наблюдая день за днем, как та угасает. Понимаешь ли ты в своей беззаботной молодости, что такое для отца - видеть свое дитя лишенным разума? Есть у тебя дети?..

На последний вопрос Адонаш не счел нужным отвечать, впрочем, он и не знал ответа.

– Но ее можно исцелить. У тебя ведь есть Целители, Божен.

– Есть. Но пытаться исцелить душевную хворь - очень опасно для Целителя, и достаточно сложно, чтобы не сказать - невозможно... Требуется невероятной яркости Дар. И за всю свою жизнь я встречал лишь одного, который взялся бы за подобное дело.

– Я тоже знаю такого человека.

– Знаешь? Неужели?.. И где же он?

– Он отсутствует... Но скоро объявится. Прошу тебя, отложи казнь!

– Ерунда... Ты знаешь хорошего Целителя, и думаешь, что он справится? Но тот человек, который осилил бы исцеление безумца - больше, чем Целитель... Казнь состоится утром... Иначе люди будут разочарованы...

– Я прошу тебя лишь о том, чтобы ты отложил исполнение приговора, даже не о том, чтобы отменить его. Перенеси на несколько дней, хотя бы еще на один... Скоро сюда прибудет мой друг, и он...

– Нет!
– отрезал князь.
– Возьми себя в руки, мысли трезво и хладнокровно, как стайш с Хвоста Дракона, а не как женщина, поддавшаяся эмоциям! Ты ведь стайш, Адонаш? Разве тебя не научили: правление без необходимой крови, что строение без извести!

Адонаш вздохнул. Ему не переубедить князя. Это бесполезно. Ему нужно уйти отсюда еще до рассвета и увести Скайси, чтобы тот не видел, как будут вешать ведьму.

– Значит, нет?.. Тогда, оставляю тебя, разбираться со своими делами...
– он кивнул на женщину в углу, все еще стоявшую неподвижно, луна заглянула в окно и осветила ее. Это была та - зеленоглазая, которая танцевала с отрезом алого шелка на пиру.
– Спокойной тебе ночи, князь, - и Адонаш отвернулся, чтобы уйти.

– Кстати, гипока невозможно убить - я пробовал, - сказал князь ему вслед.