Чтение онлайн

– Да уж, потрепало природу!
– Вылизывая банку из под тушенки, произнес Юрий.
– Поверит нам кто-нибудь или нет? Жаль, фотик разбило и телефон промок, такую эпопею можно было бы задокументировать.

– Это точно. Про наши приключения можно было бы книгу написать или фильм снять.
– Согласился кто-то из уфимских менеджеров.

– Если осталось кому?
– Аркадий, как всегда, предполагал худшее.

– Да, заткнись ты уже!
– Оборвал его Вячеслав.
– Вечно ты ноешь. Что здесь, что на работе.

– А ты же на посту еще должен быть?
– Напомнил ему Зураб.

– Да мы это, мы с Максом решили, что и по одному уже можно. Вроде, заканчивается всё.

– Сразу видно, не служил.
– Произнес Юрий.

Раздался топот бегущих ног. Зураб направил фонарь в сторону выхода. В луче фонаря, прикрываясь руками от света, появился Максим.

– Там это..., кажется, началось!

– Что началось?

– Рассвет, как-будто..., а может, и нет.

Максим умел заинтриговать. Народ бросил разговоры и завтрак и поспешил на выход. Водопад почти иссяк. Редкие струи уже не закрывали обзор. Люди остановились у самого края. Их изумленному взгляду предстало необычное зрелище. Впереди, на востоке, сквозь толщу плотных облаков, пробивалось коричнево-рыжее пятно света. Оно было тусклым и неравномерным. Свет от пятна едва падал на землю, и страннее всего было видеть, как этот свет отражался от глянцево-черной поверхности, похожей на нефть.

– Это солнце?
– Удивленно спросила Софья.

– Должно быть оно.
– Неуверенно ответил Зураб.

– Почему оно такое тусклое?

– Не знаю.

– Вода вокруг, смотрите!
– Воскликнула Татьяна.

Народ опустил взгляд. У кого-то вырвался вздох удивления, кто-то рефлекторно выругался, а кто-то замер в немом ступоре. Вода была везде. Черная, мрачная, пугающая самой невероятностью своего появления. Глаза, привыкшие к недельному заточению в темнице, различали ее блеск до самого горизонта.

– Потоп.
– Как-то спокойно произнес Юрий.

– Дождемся нормального рассвета. Вдруг, нам только кажется.
– Посоветовала Софья.

Народ молча согласился с ней, лелея мысль о том, что не все так страшно. Рыжее пятно рассвета росло на глазах. Под его слабым светом, мир проявлялся как фотография в проявочной ванне. Чем светлее становился мир, тем больше казалось, что это другой мир. Взгляд искал привычные вещи, но натыкался только на бесконечную воду и неземное небо, за которым скрывалось слабое солнце.

– Как у Гамильтона в книге «Город на краю света».
– Вспомнил всезнайка Аркадий.

– А что там было?

– Бомба взорвалась над городом, и его перекинуло на много миллионов лет вперед, когда солнце начало гаснуть.

– Мне кажется, что мы вообще не на Земле. Или где-то внутри нее. Я не вижу ничего общего с тем, что было.
– Признался Виктор.

– Мамочки, я домой хочу.
– Плаксиво заявила Татьяна.

– Все хотят. Надо еще потерпеть.

Разговоры снова замолкли. Пятно ширилось, наполняя мрачный мир неестественным светом. Из темноты проступили очертания противоположной горы. Черный силуэт на темном фоне.

– Гора на месте.
– Удовлетворенно произнес Стас.

Лучи света, преодолевшие заслон из темных облаков, пробежались по очертаниям горы, оставив отблеск на ее гранях, промчались по воде и осветили вход в пещеру. Струи падающей воды, рассыпавшиеся в пыль, будто впитали свет и засветились самостоятельно. Вход в пещеру наполнился рыжим пламенем. Глаза, привыкшие к темноте, не могли перенести отраженный от мокрых поверхностей свет. Народ отвернулся и прикрыл глаза руками.

– Пройдемте назад, в пещеру, а то ослепнем от радости.
– Предложил Зураб.

Народ согласился, хоть и не сразу. Слишком долго они ждали, чтобы подождать еще чуть-чуть. Глаза резало, они слезились от попытки приподнять веки. Лучше было привыкать к свету постепенно.

– Врут, когда говорят, что к хорошему быстро привыкаешь.
– Пошутил Вадим, когда, наконец, смог открыть глаза в полутьме пещеры.
– К темноте привыкаешь гораздо быстрее.

Внешний свет изменил освещение пещеры. Желтый отсвет на стенах придал холодному убежищу более теплый вид. Подкрашивало действительность и воодушевление, наполнившее душу каждого человека. Хотелось верить, что все закончилось, и впереди осталось совсем недолгое ожидание спасения и возвращения к прежней жизни.

На радостях, Зураб заварил ароматный чай. Он держал несколько фольгированных непромокаемых пакетиков на всякий случай, и по его мнению, этот случай как раз наступил. Завтрак не был похож на все предыдущие, когда угнетение исподволь мешало нормально общаться и шутить. Пережитое, как всем думалось, несчастье сблизило людей. Всем хотелось шутить и говорить жизнеутверждающие фразы.

Словно почувствовав всеобщий подъем, зашевелился Марк и открыл глаза.

– Чё пьете?
– Спросил он еле слышно.

– О! Марк ожил!
– радостно сообщил Юрий.
– Чай пьем, друг. Как ты?

– Где я? Что за погреб?

– Ха, друзья, да он и не в курсе, что с нами случилось.
– Догадался Стас.
– Налейте ему чайку с пустырником, чтобы сердце выдержало.

Софья сделала чуть теплый чай и подала кружку Марку, пытающемуся сесть.

– Рано тебе, садиться. Давай я сделаю тебе валик под голову.

– Садиться всегда рано. Что вы со мной сделали? Танюха, Риммка, где вы?

Татьяна подскочила и подобострастно подбежала к Марку.

– Привет, Марк. А Риммы нет, погибла. Ее водой унесло.

– Как это? Ты дура? Какой водой?

Глаза Татьяны виновато забегали.

– Марк, ты пей чай, приходи в себя. Мы тебе все расскажем, постепенно.
– Зурабу не понравилось, что этот получеловек, еще не придя в себя, начинает качать права.
– Ты еще слаб, чтобы знать правду.

Марк фыркнул.

– Мне ваш турпоход с самого начала мутным показался. Выходит, не показался.

– Тише, ты, мумия, разошелся! Тебе, как говно на лопате таскали на себе, спасали.
– Возмутился Юрий.

– От чего спасали? Танюха, что происходит?

– Марк, тут такое произошло, пока ты без сознания был. Ветер был, потом вода пошла отовсюду, гора разрушилась.

Марк отхлебнул чай и закрыл глаза.

– Нашим звонила?
– Спросил он еле слышно.

– Нет. У меня телефон перестал работать, после того, как намок.

– С моего позвони.

Марк полез в нагрудный карман и вынул телефон.

– На, попробуй.

Татьяна взяла телефон и попробовала его включить. Ничего не получилось. Экран оставался темным.