Чтение онлайн

Я огляделся. К выходу в залив двигались не мы одни, туда стремились чуть не все лодки, что были в порту, причем половина из них была явно переполнена, похоже, что на рыболовство сегодня все наплевали, а зарабатывали на извозе.

— Это зрители, что ли? — спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Ответил рулевой и он же, насколько я понимаю, моторист:

— А ты как думал? То ли еще будет. Сейчас до Бакланьего дойдем и сам увидишь.

— А почему Бакланий? — спросил я его. — Вроде там бы и ни одного баклана не видел.

— А кто его знает? — сделал тот задумчивое лицо. — Нет там бакланов. И не было, кажется. Просто назвали так.

— Так почему назвали-то? — решил уточнить Фрол.

— Да откуда я знаю? — немного разозлился лодочник. — Надо было — вот и назвали.

На выходе из бухты баркас чуть качнулся на пологой волне, но и пошел быстрее. До Бакланьего острова было от порта рукой подать, и как только мы вышли за маяк, я присвистнул:

— Ни черта себе! Это все зрители, что ли?

Почти все свободное пространство перед островом было заполнено лодками, от мелких до больших, судовыми шлюпками, большими баркасами, и даже пара яхт была, включая даже "Баклана" Арсения Плотникова. И он пожаловал, получается.

— Это не он так остров назвал? — спросил я.

— Да откуда я знаю?

Во всем этом скоплении лодок был некий явно выраженный центр — широкая низкая баржа, которую явно притащили сюда на буксире. На ней топталось несколько человек, лодки подплывали к ее борту, из рук в руки переходили деньги, какие-то бумажки, кто-то что-то кричал, а при виде нас человек в красном жилете начал разгонять пришвартованные лодки, одновременно жестами подзывая нас.

— Распорядитель, — прокомментировал лодочник, направляя баркас к барже. — Сперва к нему надо!

— Делай как надо, — согласился я.

Я увидел Павла. Тот был уже на барже, стоял у мачты, даже не глядя на меня. Фома о чем-то тихо говорил с ним, давешний крепыш и еще двое незнакомых мне стояли там же. Все вооружены, но подчеркнуто нас игнорируют. Ну и хорошо, в обще-то, мы с ними не рвемся общаться.

— Собрался? — спросил распорядитель, мощный пузатый мужик с двумя косами в бороде и с бриллиантовой серьгой в ухе.

Одет он был в кожаный жилет на голое тело, могучие руки сплошь в ножевых шрамах, нос на загорелом лице чуть не в лепешку расплющен, уши больше на неудачно слепленные вареники похожи. Боец, в общем. И на ремне большой револьвер в кобуре. И, кажется, еще маленький, за поясом, под жилетом. Я еще подумал, что я бы лучше с Павлом опять в рукопашную схватился, чем с этим быком. Раздавит просто, мне кажется.

— Собрался.

— Ставить деньги будешь? На себя можешь, правила дозволяют.

Говорил распорядитель сиплым басом, заметно в нос.

— а что выиграю?

— Вдвое. Равные ставки. Тебе, как участнику, даже комиссию платить не надо.

— Да? — я махнул рукой. — А давай, — и полез за кошельком.

Потом, получив желтоватый картонный билетик, я убрал его в рюкзак и распорядитель сказал:

— Двое секундантов от тебя пусть обыщут Павла. Двое от него обыщут тебя. Нельзя иметь оружия больше чем договорились, нельзя гранат, нельзя всякого для ловушек, колья там, копья и прочее. Охота ловчую яму сделать — сам копай и сам колья для нее режь. Услышим гранату и найдем на трупе осколочные — утопим. Против правил это.

— Я понял.

Правила мне уже объяснили, Иван был в курсе, так что ко всему был готов. Запретного в моем мешке не было ничего. Разве что воды многовато. В резиновых бурдюках, в которых она становится противной. Так мне и не пить, в общем-то.

Рылись в мешке незнакомые товарищи Павла. Перебрали не слишком тщательно, свернутую ткань одеяла просто прощупали, не найдя ничего подозрительного. Мешок Павла был раза в два меньше моего. В руках знакомая "павловка", я даже засмеялся над таким сочетанием с именем моего противника, револьвер в кобуре тоже вроде моего, со средним стволом. Нож не такой пугающий, как мой тесак — для драки. Бог в помощь тебе с ножом ко мне подойти.

— Все, — сказал распорядитель после того, как секунданты, Байкин и Иван, отошли от Павла. — Закончили. Теперь так: эти лодки видите? — он показал на два небольших тузика, каждый с одним гребцом, стоявшие у борта. — выбирайте любой, какой кому нравится. Могу монету кинуть, — он достал из кармана золотой. — Кто будет называть? Орел — вот эта лодка и южный край острова, решка — вот эта и северный.

— Он пускай, — кивнул я на Павла.

Распорядитель щелчком подбросил монету, причем я почему-то ожидал, что она свалится за борт, но не свалилась — тот ловко поймал ее на тыльную сторону левой ладони, прихлопнув правой.

— Ну? — спросил он Павла.

— Не знаю… решка, — отмахнулся тот.

— На север поедешь, — чуть подняв мохнатую бровь, сказал распорядитель и показал монету: — Решка. Высаживаетесь по выстрелу. Вернется только один. Надо выйти на тот пляж, — он, обернувшись, — и там во-он флагшток, видите? Надо поднять флаг, тогда пошлем лодку. Если флаг не поднимаешь, то мы думаем, что там не закончено и человек просто так шляется. Потом заберем тело. Все. Давайте по лодкам.

По всему скоплению людей на воде пошел шум, едва мы начали рассаживаться по лодкам. Свист, крики, мужские и женские. Женщин много, кстати, даже очень. Увидел Арсения Плотникова, сидящего на палубе под тентом, за столом, уставленном кувшинами и корзинами с фруктами, сразу с тремя женщинами, на другой яхте, которая называлась "Мираж", тоже сидел кто-то солидный, толстый, красномордый, в исключительно мужской компании. Шоу у них, точно.

Гребец — татуированный с головы до пят жилистый негр — навалился на весла, легкая лодка быстро разогналась. Зеленая гора острова, формой похожая на верхушку кекса, медленно приближалась. Я посмотрел на Павла, лодка которого удалялась от нас с каждым гребком весел. Смотрит на остров и… что это он делает? Крестится? И губами шевелит. Павел, да ты весь на нервах, это же хорошо. Не такой ты и железный, получается.

А вот я как-то перегорел уже, сейчас просто собран и спокоен. И как-то даже не думаю, что меня убить могут, просто свой план в голове перебираю. Словно не на поединок отправляюсь, а забор чинить на даче.

Лодка совсем маленькая, даже на малой волне качается. Сдвинул карабин так, чтобы на него брызги не летели. Понятно, что не успеет заржаветь, но все же, привычка уже.

Ближе остров, ближе. Вот он на левый траверз лодки сместился, волна чуть изменилась, начала покачивать с боку на бок. Я оглянулся: на лодках почти все стоят, смотрят вслед. И что им видно будет после того, как мы уйдем в заросли? Наверняка ничего, разве что выстрелы услышат. А расходиться явно не собираются, потому что все с едой, вином, пивом — пикник на воде, в общем, городской праздник.

Гребец развернул лодку прямо на берег, явно стараясь разогнать ее как можно быстрее, затем ее острый нос ткнулся зашуршавшую гальку, а гребец поднял руку, сказал:

— Жди выстрела.

Ждать пришлось минуты три. Потом вдалеке послышался хлопок и я, перешагивая через банки, встал на нос лодки и прыгнул как можно дальше вперед, чтобы не замочить сапоги. А затем быстро зашагал в сторону леса. Вот теперь надо торопиться.

Все, теперь меня ниоткуда не видно, ни с лодок, ни даже с холма, если Павел туда все же полезет. Стоп. Кусты, мне сюда и надо.