Чтение онлайн

– Приляг, родная, рядом со мной. – Голос Кейна соблазнял чувственной хрипотцой. Он потянул ее на себя, но она увернулась.

– К тебе гости.

– Гости? Подождут. Мне так хочется обнять тебя, любовь моя, прижать к себе и целовать, целовать, целовать… – Он взял ее руку и засунул под свою рубашку. – Стоило получить пулю, чтобы теперь испытывать подобное блаженство.

– Это женщина. Она ждет тебя в гостиной.

– Что ей нужно? – Кейн нехотя отпустил Ванессу. Он сел на краешке кровати, натянул ботинки, пригладил волосы. Ванесса была уже у двери, когда он поднял голову. – Подожди секунду, дорогая…

Ванесса пересекла холл и начала подниматься вверх по лестнице. До нее донесся звук шагов Кейна и легкий смех гостьи.

– Кейн, дорогой, так приятно снова видеть тебя! Кейн услышал, как хлопнула дверь, ведущая к лестнице.

– Привет, Дэлла.

– Ты мне не рад?

– Польщен сверх всякой меры, – сухо ответил он и протиснулся мимо нее в гостиную.

– Я была в городе и услышала, что ты вернулся. Ты решил снова открыть заведение? – Дэлла закрыла двери в гостиную и повернулась к брату. – Ты был болен? Вид у тебя изможденный, да и похудел…

– Ближе к делу, Дэлла. Тебе совершенно наплевать, болел я или нет. Ты умираешь от любопытства, осталось ли у меня хоть что-то после биржевого краха, не так ли? Кое-что я и правда потерял, но не все.

Кейн взглянул в красивое лицо сестры и, хотя они и были одной плоти и крови, не ощутил никаких родственных чувств. Будь он проклят, если хоть чем-то выдаст, что дом, земля вокруг него и несколько долларов в кармане – все, что осталось у него после краха.

– К чему такая прямолинейность, дорогой братец? Просто мне подумалось, что, если тебе нужны деньги, я с удовольствием избавлю тебя от этой недвижимости. Мне всегда нравился «дом», и неплохо было бы вновь открыть его. У меня есть отличные заведения в Денвере и Грили. Папа не будет возражать, если я приобрету еще одно, при условии, что я не буду сама им заниматься. Дела у меня идут отлично, и я многого достигла в жизни.

– Как же, я слышал. Ты теперь очень богатая шлюха.

– Боже мой, как грубо! И какое жуткое слово! Только не пытайся убедить меня, что сам никогда не пользовался услугами проституток, мой братец-чистоплюй.

– Даже если и так, из этого вовсе не следует, что хочется видеть шлюхой собственную сестру.

Дэлла рассмеялась приятным музыкальным смехом, который донесся и до Ванессы на втором этаже. Она судорожно стиснула влажную тряпку.

– Я прекрасная профессионалка, Кейн. Мне довелось побывать в постели у членов королевской семьи, и они считали, что лучше меня им еще никто не встречался.

– Давай выкладывай, зачем сюда явилась, и уходи.

– Ты будешь продавать дом?

– Нет.

Дэлла пожала плечами.

– Сколько ты собираешься пробыть здесь, Кейн? И кто эта рыжая грязнуля?

– Сколько бы я здесь ни пробыл, это абсолютно не касается ни тебя, ни твоего дорогого папочки. А рыжая, чумазая она или нет, настоящая леди, в ее мизинце больше достоинства, чем когда-либо появится у тебя.

– Да ну? А разве у леди все устроено как-то иначе? Разве у нее между ног что-то другое? Все мы под платьем голенькие, и не будь всяких наших женских штучек, сам ты обратил бы на нее внимание? С ней тебе лучше на спине или когда она стоит на коленях, а, Кейн?

Дэлла издевательски рассмеялась.

– Если ты ее рекомендуешь, могу предложить ей работу. Волосы у нее действительно неплохие, а что касается остального…

Кейн молча смотрел на сестру. Она казалась ему фарфоровой куклой. Он вспомнил, как однажды ночью забрел в салун в Денвере и заметил невероятно красивую женщину, которая совершенно обнаженной танцевала на столе. Он понял, что это его собственная сестра, лишь когда она сняла с лица маску и ускользнула за занавес. И еще он вспомнил, как она пыталась отомстить Логану Хорну, обвинив его в изнасиловании, поскольку он остался равнодушным ко всем ее авансам. Болтали также, что она все эти годы оставалась любовницей Адама Клейхилла. Интересно, как такая красота может сочетаться с такой грязью? Он прошагал к двери и распахнул ее.

– Прощай, Дэлла.

– Значит, ты сам открываешь «дом». Отлично. Если собираешься использовать рыжую, советую хорошенько отмыть ее. От нее несет потом, словно от козла. И хотя ей придется обслуживать всего лишь ковбоев, они, знаешь ли, тоже люди: им нравится, когда…

– Заткнись! У тебя в голове ни одной приличной мысли, а когда ты открываешь рот, то вообще задохнуться можно!

– Приличной что это такое? Тебе от этого легче на душе? Это помогает тебе набивать карманы деньгами?

– Почему бы тебе не убраться отсюда?

– Папа знает, что ты вернулся?

– Наверное. Этот сукин сын обычно знает обо всем, что творится на его территории.

– Ты собираешься с ним встретиться?

– За каким дьяволом? Ты прекрасно знаешь, что я его на дух не переношу!

– Ему нездоровится. Джозеф сказал, что у него уже был приступ. Я осталась здесь, чтобы поухаживать за ним.

– Не забывай, что я слишком хорошо тебя знаю, сестренка! Ты осталась, чтобы все его денежки не прошли мимо твоего кармана, если старый козел отбросит копыта!

– А по-твоему, я терпела старого ублюдка все эти годы просто так? И мне ничего не причитается? – Дэлла прошла в холл. – Это здание идеально подходит для тех целей, ради которых его построили. Немного отсырело, конечно, но все можно мигом привести в порядок. Если понадобится моя помощь, чтобы вымуштровать твоих девочек и улучшить их манеры, дай мне знать. Или ты предпочитаешь заниматься такими вещами самостоятельно?

Она постаралась, чтобы ее ангельский голосок разнесся по всему дому. Кинув взгляд в сторону лестницы, она расхохоталась.

Кейн распахнул входную дверь, твердо подхватил Дэллу под локоток и вытолкал из дома.

– Убирайся отсюда, Дэлла, и больше не смей появляться здесь.

– Советую обращаться со мной побережней, Кейн. Хоть ты мне и брат, папе это может не понравиться. Вдруг ненароком пристрелит? Он никогда не дает свою девочку в обиду.

– Ты хочешь сказать – «свою подстилку»? Я рад, что мама умерла раньше, чем узнала, какой ты стала.

– О, это ты напрасно. Она знает. Наверно, сидит там на небе и неодобрительно цокает языком: «Нельзя быть такой нехорошей девочкой, Дэлла. Хорошие девочки не спят со своими отчимами!» – Дэлла пошла к своему ландо, громко хохоча, затем обернулась и крикнула: – Пока, дорогой. Если захочешь повидаться, ты знаешь, где меня найти!

Кейн наблюдал, как слуга-негр помог Дэлле закутаться в плащ, затем подставил маленькую табуреточку, чтобы хозяйка забралась в ландо. Она радостно помахала ему белым платочком на прощание и укатила, вслед за ней двинулись и сопровождавшие ее всадники. Кейн еще несколько минут постоял на крыльце, пытаясь отделаться от неприятного чувства, как будто его только что окатили ведром помоев.

Стоя у окна своего особняка, Адам Клейхилл наблюдал, как его падчерица с грацией королевы выходила из экипажа. Улыбка раздвинула его губы под холеными седыми усами. На нее стоило посмотреть. Она чувствовала себя как рыба в воде в любом обществе. Внешне Дэлла казалась истинной леди, но на самом деле была прирожденной шлюхой. Когда Адам женился на ее матери, она была угловатым десятилетним подростком. Но даже тогда обожала сидеть у отчима на коленях и ерзала до тех пор, пока не заводила его. Это было у нее в крови, она еще в детстве интуитивно понимала, что и как надо сделать. Примерно четыре года спустя она стала его любовницей, и оказалась лучшей из всех, побывавших в его постели. А потом, после скандала с этим проклятым ублюдком Логаном Хорном, она уехала в Денвер и посвятила себя весьма прибыльному бизнесу. В последние годы она частенько гостила у него на ранчо, а в этот раз ее визит затянулся уже на несколько недель. Адам хохотнул. Да-а, эта девочка ни за что не упустит момента, когда будут подсчитывать его денежки. Да в ней гораздо больше его черт, чем в любом из этих ублюдков, появившихся на свет с его помощью.