Чтение онлайн

— За что?!

— За глупость, — последовал невозмутимый ответ.

Я сердито засопела, но спорить не стала. Маг был абсолютно прав. Поэтому я просто молча пошла вслед за ним, небрежно помахивая петухом из стороны в сторону, попинывая небольшие камешки и думая о том, что жизнь ко мне все-таки несправедлива.

— Давай договоримся, — тем временем вещали мне, а я от нечего делать слушала. — Пока ты со мной — я за тебя отвечаю. Пока я за тебя отвечаю — ты слушаешься меня во всем и не попадаешь в ситуации, подобные этой. Если что-то похожее повторяется снова — извини, нам с тобой не по пути.

— Но ведь я тебя нанял! — возмутилась я.

— За ту сумму, которую ты мне пообещал, тебя не взялся бы охранять ни один здравомыслящий наемник. Так что считай, что работаю я на добровольных началах. Я на эту плату согласился и, будь спокоен, сумею защитить тебя от разбойников, нежити и прочих неожиданностей. Но от твоей собственной глупости я тебя спасать не собираюсь. Это был первый и последний раз. Влипнешь еще во что-нибудь — будешь выпутываться сам. Все ясно?

— Ясно, — пристыженно кивнула я. — А куда мы сейчас идем?

— К старосте. Проситься на ночлег.

— Почему к нему?

— Потому что благодаря одному чересчур мягкосердечному юнцу, возомнившему себя защитником всех сирых и убогих… кхм… петухов, в корчму нас теперь не пустят. А староста, как мой наниматель, просто не может меня не пустить.

— А меня? — поспешила уточнить я.

— А вот насчет тебя поручиться не могу. Ну, в крайнем случае переночуешь на сеновале.

— То есть как это?!

— Да как все. Может даже, тебе повезет и на сеновал забредет какая-нибудь девица. Вдвоем-то оно веселее ночь коротать. Ну, чего молчишь? Видел я здешних девиц — кровь с молоком! Хороши, чертовки!

«Боги всевышние! Я не хочу этого слышать. Пожалуйста, пусть он заткнется», — молилась я, мрачно глядя в спину наемнику и прикидывая, как бы в эту самую спину плюнуть половчее, чтобы мне потом за это еще и ничего не было. По всему выходило — никак. А еще я молилась о том, чтобы в старостиной избе нашлось местечко и для меня.

И — о чудо! — местечко нашлось. Я на радостях во всевышних уверовала окончательно и принялась молиться еще усерднее на предмет удачного завершения своего путешествия. Правда, наемнику пришлось солгать, обозвав меня своим учеником, но это уже были его личные трудности. О чем я ему и сообщила. Но бесправному ученику отдельного койко-места не полагалось, и мне пришлось довольствоваться жесткой лавкой, которая к тому же еще и стояла у самого входа. Однако по сравнению с сеновалом (и, избавьте боги, с какой-нибудь внезапной девицей) это явно было меньшим злом. Тем более это были уже мои личные трудности. Это мне так маг сказал. Ну и ладно.

Староста звался Кузьмой и при ближайшем рассмотрении оказался кряжистым мужичком с добрым лицом, бородой-лопатой и пышными усами. Обилие растительности на лице с лихвой компенсировалось блестящей лысиной. Сраженная наповал таким неслабым контрастом, я пару минут давилась здоровым девичьим хохотом и сосредоточенно кашляла в кулак, пытаясь за кашлем этот самый хохот скрыть. Но, получив от мага затрещину, сразу все осознала, утихла и даже решила обидеться. Кузьма как-то настороженно на меня поглядывал, а Ян отчаянно пытался уверить его в том, что ни скоротечной чахоткой, ни уж тем более слабоумием его ученик не страдает.

Жена старосты — пухленькая, улыбчивая и расторопная — быстро накрыла на стол, за который позвали и меня, и, пожелав приятного аппетита, удалилась в другую комнату.

Перед тем как сесть за стол, я торжественно вручила Кузьме дохлого петуха, после чего тот стал поглядывать на меня еще подозрительнее, но тушку безропотно взял. Маг закатил глаза и провел ребром ладони по горлу, что, видимо, должно было означать мою скорую кончину. Я показала ему язык и отвернулась.

За трапезой на меня упорно не обращали внимания, очевидно, отождествляя мою скромную персону с новым предметом меблировки. Поэтому я времени даром не теряла и усиленно поглощала все, до чего только могла дотянуться. А с голодухи я дотягивалась практически везде. Староста увлеченно выспрашивал у моего «учителя» о том, что в мире делается, а «учитель» смотрел на меня осуждающе голодными глазами, но тем не менее терпеливо удовлетворял любопытство гостеприимного хозяина.

— Слушай, — подсела я после ужина к наемнику: тот как раз точил свой меч, хотя, на мой не искушенный в ратном деле взгляд, точить его дальше было просто некуда. — А где твой волк?

— Серый? Бегает где-то. С ним нас бы точно не пустили. Да и ему здесь было бы скучно.

— Скучно? Волку?

— Он намного умнее, чем ты думаешь.

— Ну-ну, — не поверила я и отправилась на боковую.

Существует очень мало вещей, способных поднять меня ночью. Одна из них — малая нужда. Она меня и подняла. Я тихо ругнулась, прекрасно понимая, что теперь, пока не посещу деревянную будочку во дворе, точно не засну.

В избе было темно и тихо. Темноты я боялась с детства. А ставни, как назло, были плотно закрыты, и в комнату не проникал даже слабый лунный свет. Я с головой зарылась в щедро выделенное мне хозяйкой одеяло и стала раздумывать над своим незавидным положением. В такую кромешную темноту я из своего убежища даже нос не высуну. Детские страхи брали свое, и мне уже мерещились стада чудовищ: в каждом углу штуки по три-четыре. Но больше всего — штук десять, не меньше — их угнездилось под кроватью, то есть, пардон, под лавкой. Каким образом и с какой целью чудовища туда утрамбовались, меня не сильно волновало.

В принципе, короткими перебежками на улицу выскочить можно. Но там будет еще страшней, и я рискую просто не добежать до вожделенной будочки. С другой стороны, уснуть я теперь тоже не смогу. Да и терпеть долго не получится. «Так или иначе, а идти придется», — поняла я. Тут до меня донесся тихий шорох, затем немелодичное позвякивание и в довершение всего — осторожные шаги. Ура! Кому-то тоже приспичило! И, скорее всего, не кому-то, а наемнику. Кто ж еще пойдет в нужник с мечом в наспинных ножнах? Почему с мечом? А бряцанье тогда откуда? Вот то-то и оно… Тем временем скрипнула, открываясь, дверь. Надо спешить. Вдвоем-то не так страшно. Я быстро нащупала и надела куртку, так же на ощупь прыгнула в сапоги и, стараясь не думать о затаившихся по углам чудовищах, метнулась к выходу. Тихо притворив за собой дверь, я действительно увидела мага. Вот только направлялся он не в туалет, а к небольшой калиточке, ведущей со двора на улицу. Меч и сумка были при нем. Интересно. Хозяйский пес, высунув из конуры сонную морду, попробовал было залаять, но маг на него коротко шикнул, и бедное животное мгновенно забилось обратно, обиженно поскуливая. Да, умеет наемник впечатление произвести. Изверг!

Я немного помедлила, разрываясь между любопытством и вполне естественной нуждой, но все-таки пошла за Яном, решив, что какой-нибудь укромный кустик найти не составит труда. Не остановил меня даже мелкий моросящий дождик. Любопытство — страшная сила, я это всегда говорила.

Вы когда-нибудь пытались следить за человеком на абсолютно пустой улице? В полной тишине и лишь немного рассеянной лунным светом темноте? Лично меня рассекретили уже через несколько минут, просто потому что в этой самой темноте я спотыкалась на каждом шагу, безостановочно попадала ногами в лужи (дождь набрал силу очень быстро и теперь был совсем не моросящим, а, скорее, поливающим) и, уже не таясь, попеременно проклинала то паршивую погоду, то бессовестного мага, а то и собственное любопытство. Поэтому, когда из очередной лужи меня подняли за шкирку, я даже не удивилась — моего шествия не заметил бы только слепо-глухо-немо-слабоумный идиот. Мага я таковым не считала.

— Какого черта ты тут делаешь? — встряхивая меня, как нашкодившего кота, гневно вопросил он.

— Сижу в луже, — честно призналась я.

— Лет! — прикрикнул наемник.

— Ну ладно, — я примирительно подняла руки вверх. — Я в туалет вышел, смотрю — ты крадешься. Ну я за тобой и пошел. Ты ведь не можешь охранять меня на расстоянии…

— Но в доме было абсолютно безопасно! — возразил он, но меня все-таки отпустил.

— Кто знает… — глубокомысленно изрекла я.

— Я знаю!