Ветер прошлого (Забытая мелодия для флейты)
Шрифт:
Разговор, который вели в гостиной, Татьяну никоим образом не касался и она, постоянно ощущая на себе неприятный Катин взгляд, села в одно из кресел и стала наблюдать за Артемом. Роман был рядом, сидел на диванном подлокотнике рядом с ней, но легче от этого Тане совсем не было. Из-за того, что он старался постоянно находиться рядом с ней, было только хуже, из-за этого на Таню было устремлено сразу несколько взглядов, довольно неприятных.
Заглянув в очередной пакет, Артём достал оттуда несколько детских книг, долго смотрел на них, а потом к Тане подошёл и отдал их ей. Она поглядела на обложки и почувствовала, как внутри закипает раздражение. Подняла глаза на Романа.
Тот немного нахмурился, когда встретил её взгляд, тоже посмотрел на книги и недовольно поджал губы. Но промолчал. Таня поняла это так, что делать он опять ничего не собирается. И подарок от мамы Кати, в виде нескольких детских книг на английском языке, снова пройдёт на ура.
Таня знала, что Катя внимательно следит за каждым её движением, и поэтому, как можно небрежнее отложила книги в сторону. Но сделала это не в отместку ей, а чтобы не заострять на этом внимание Артёма, который заметно сник.
– Почитай пока журнал, ты же хотел.
Он в момент просиял.
– Точно! Я забыл совсем! А где он? Сейчас я тебе наклейки покажу!
Пока Артём бегал в поисках журнала, Самойлова, наконец, набралась смелости и в упор посмотрела на Катерину. Конечно, все присутствующие понимали, что происходит, но усиленно делали вид, что ничего не замечают и продолжали поддерживать ничего незначащий разговор. Елена Викторовна жестикулировала, Роман посмеивался над какими-то словами отца, а Татьяна с Катей постоянно переглядывались.
Тёмка вернулся с журналом, втиснулся на кресло рядом с Таней и начал переворачивать страницы.
– Наклейки в темноте светятся, - похвастал он, правда, тихо, боясь помешать взрослым разговаривать.
– Можно я одну на шкаф наклею?
– Лучше на лампу настольную. Мы всегда раньше на лампу клеили.
Артём задумался, а потом кивнул.
– Можно и на лампу. Здорово будет, да?
Она кивнула. А Артём прижался к ней и зевнул. Она его пощекотала.
– Не выспался сегодня?
– А до выходного ещё четыре дня, - горестно вздохнув, пожаловался ребёнок.
– Я тебя понимаю.
– А Светка Жарова сегодня рассказывала, что они вчера в цирк ходили. Давай тоже пойдём? Там бегемот дрессированный.
– Бегемот?
– удивилась Татьяна.
– Таких не бывает.
– Бывает, бывает. Она сказала. Если не врёт, конечно... Надо проверить!
Таня засмеялась, слишком громко, забылась просто, а потом опомнилась и замолчала под удивлёнными взглядами.
– Что вы тут шепчетесь?
– легко спросил Роман, а Артём посмотрел на отца.
– Пап, пойдём в выходной в цирк? Мне срочно надо!
– Прямо-таки срочно?
– улыбнулась Елена Викторовна.
– Да! Бегемота проверить. Врёт Светка или нет.
– Артём!
– в один голос возмутились Таня с Романом, а мальчик выразительно надул губы и сложил руки на груди.
– Лучше расскажи нам с дедушкой про школу, - попросила Елена Викторовна, а Тёмка смешно сморщился.
– Тёмыч, прекращай, - попросил его Роман.
– Ничего там нового нет. Правда.
– Отстал?
– Да нет, он занимался, - успокоил мать Роман.
– Мне по английскому четыре поставили, - вдруг похвастал Артём, а отец удивлённо посмотрел на него.
– Да ты что? И за что тебе такая честь?
– Ни за что, я песню спел. Которая из Шрека. Таня, помнишь?
Она кивнула.
– Помню.
Роман хохотнул.
– Ну, хоть на что-то ваши песнопения сгодились. Не зря соседей пугали.
– Папа, не смейся!
– Не смеюсь, не смеюсь.
Татьяна едва дождалась того момента, когда "гости" засобирались. Она коротко попрощалась и ушла на кухню, оставив Романа с Артёмом самим провожать дорогих родственников. Но даже с кухни расслышала голос Кристины, которая с любопытством поинтересовалась непонятно у кого:
– А эта девушка здесь останется?
– Ещё бы, - послышался насмешливый Катин голос.
– Да, Баринов? Ты же спал и видел...
– Катя, замолчи.
– Рома, не кричи на Катю.
– Мама, тогда забери Катю отсюда. Я от неё устал.
– Я и сама уйду, мешать семейному счастью не буду.
– Вот и иди.
Таня стояла, прижавшись к стене, и не знала, что делать. Как вытащить из прихожей Тёмку, чтобы он ничего этого не слышал? Но ничего умного так и не придумала, а потом все разом заговорили, и вот уже хлопнула дверь, и стало тихо. Правда, всего на несколько секунд, раздалось топанье Артёма, и вот он уже вбежал на кухню, спокойный и, кажется, довольный, что Таню, если честно, удивило. После той некрасивой сцены, которая разыгралась в прихожей между Романом и Катей, Татьяна ждала от ребёнка какой-то нервной реакции, а не такого безразличия к произошедшему.
– Ты чего здесь стоишь?
Она повернулась и посмотрела на Романа. Пожала плечами.
– Просто так.
– Тёмка, ты чего расселся? Бери робота и уроки делать. Тебе много задали?
Ребёнок жалобно застонал, снова поелозил по столу, замечания не дождался и встал.
– Ладно... Таня, а английский?
– Ты пока другие уроки делай, я потом приду.
– Вот как хорошо было болеть, - пробормотал он, когда вышел за дверь.
Роман улыбнулся ему вслед, потом сел на стул и потянул Таню к себе.
– Ну что ты такая грустная? Всё же нормально.
– Ты так считаешь?
Баринов, который за пару секунд до этого уткнулся носом в её живот, поднял голову, чтобы в лицо Тане взглянуть.
– Я знаю, ты нервничаешь из-за их неожиданного визита, но...
– Я не из-за визита нервничаю, Рома.
– А из-за чего?
Она вздохнула, не зная, стоит ли поднимать эту тему. Точнее, имеет ли она на это право.